31 июня
Шрифт:
– Он малый неглупый, – хихикнул старик. – Только ужасный пакостник. Ловкий интриган, но уж больно смонадеян, сами увидите.
– Мой Сэм всё ещё в темнице? – спросила Мелисента.
– Какой там ещё твой! – сердито оборвал её король. – Но он действительно в темнице и там останется.
– Ах, отец, молю вас, сжальтесь.
– И вот что, юная леди, хватит с нас твоих выходок и капризов. Завтра после турнира мы объявим, что ты выходишь замуж.
– Никогда! Только за Сэма!
– Мы пока сами не знаем, кто
– Не выйду, не выйду, не выйду!
– Выйдешь! – вскричал король. – Такова наша королевская воля. Леди Нинет и магистр Марлаграм, будьте свидетелями.
Мелисента повернулась к старому волшебнику.
– Помните ту брошь, которую просил Мальгрим?
– А как же! Хи-хи-хи! Ведь мы оба за ней охотимся.
– Если вы мне сейчас поможете, она ваша, – нетерпеливо сказала Мелисента.
– Идёт! – сказал Марлаграм с нескрываемой радостью. – И заметьте, я её у вас не просил, хи-хи-хи!
– Нам угодно, чтоб ты перестал хихикать, – сказал король. – И что это за идиотский бред насчёт какой-то брошки? Как бы там ни было, можете нам поверить…
– Остановись, король Мелиот!
Старый волшебник, весь внезапно преобразившись, величественно поднял руку. Вместо мягкого вечернего света вокруг разлилось зелёное сияние, словно замок очутился под водой. Издалека донёсся раскат грома. Женщины испуганно взвизгнули.
– Ну вот что, Марлаграм, пожалуйста, без этих мерлинских штучек, – неуверенно сказал король. – Они уже давным-давно вышли из моды, мой милый. Так что ты полегче!
Марлаграм заговорил, и зелёный свет перешёл в зловещий багрянец.
– Мелиот, король Перадора! Прозрение, дарованное мне властью Соломоновой печати, отныне нисходит на меня. Две грозные опасности надвигаются на твой замок. Одна из них – никому не ведомый Красный рыцарь, на завтрашнем турнире он бросит вызов всем и победит всех, кроме одного. А другая – свирепый, всепожирающий дракон, он и сейчас уже рычит и изрыгает пламя в лесу, под холмом. Только тому, кто победит Красного рыцаря, суждено одолеть дракона. Ему же суждено жениться на принцессе.
– Ну, ясно, ясно, – сказал король. – В такой ситуации это самое разумное. Но, любезный магистр Марлаграм, уверен ли ты насчёт Красного рыцаря и дракона? Нет ли здесь какой-нибудь ошибки?
– Ошибки? – воскликнул Марлаграм, и его лицо озарилось в темноте зловещим сиянием, а борода затрепетала, словно язык зелёного пламени. – Как! Ты посмел усомниться в истинности презрения… в Соломоновой печати?
Грянул страшный удар грома, ослепительно сверкнула молния.
– Нет, нет, нет! – закричал король, вконец перепугавшись. – Ты прав! Это вполне разумно. Мы даем тебе слово…
Он огляделся. В комнате снова стоял мягкий вечерний свет, но волшебника как
– Хи-хи-хи! Всё идёт как по маслу! – Торжествующий голос донёсся неведомо откуда. – А ведь это всего-навсего одна из штучек старика Мерлина! Давным-давно вышла из моды, так ведь? Хи-хи-хи!
Хихиканье замерло вдали.
– Кажется, исчез, – сказал король с явным облегчением. – Нинет, налей-ка мне вина. Последнюю на дорожку. Нет, мы всегда говорили: с волшебниками старой школы – если только они в форме – никто не сравнится. Эксцентрично, дорого, довольно сумбурно – это всё так, но зато точно знаешь, что нас ждёт.
– А что же нас ждёт? – спросила Нинет, поднося ему чашу.
– Кровожадный Красный рыцарь и ненасытный свирепый дракон, – ответил король беспечно. – Ты скажешь, что это многовато, и будешь недалека от истины. А теперь мы, пожалуй, засядем за черновик нашего завтрашнего воззвания.
Глава 11
ВСТРЕЧА В ТЕМНИЦЕ
В подземелье было теперь так темно, что два солдата, Джек и Фред, неся Сэму ужин, захватили с собой факелы.
Джек поставил миску около Сэма.
– На этот раз мы принесли тебе похлёбку для подкрепления сил.
– И ещё хлеба, – сказал Фред.
– С этим хлебом ты хлебнёшь горя, – сострил Джек. – Каково, Фред?
– Ой, Джек, ты меня уморишь!
– Где сэр Шкипер, ваш капитан? – спросил Сэм.
– Этому сукину сэру солоно пришлось, – ответил Джек. – Сперва мы его арестовали, взяли под стражу, а потом он вместе со вторым молодчиком попал в лапы к волшебнику.
– Так что он, может, уже превратил их в пару такс, – сказал Фред.
– Собачья жизнь, приятель! – подхватил Джек со смехом. – Слышь, Фред, шуточки-то у меня сами собой так и сыплются.
– Ты голова, Джек!
– А ты как думал, Фред! Ну, где же кандалы и цепи?
– Кандалы? – заволновался Сэм. – Это ещё зачем?
– Так положено, браток, понял? – сказал Фред. – Это мы вроде бы укрываем тебя на ночь одеяльцем.
– Да ты их и не почувствуешь, приятель, – сказал Джек, заковывая его в цепи. – Ну, как похлёбка?
– Жуть! – сказал Сэм. – Из чего её у вас варят – из наконечников для стрел, что ли?
– Больно уж ты привередлив, браток, в этом твоя беда, – сказал Фред, помогая товарищу. – Мы для тебя стараемся, из кожи вон лезем – и вот благодарность.
– Да, брат, живём-то ведь только раз, – сказал Джек, проверяя, надёжно ли закован узник. – А глядишь, немножко доброты – и человек чувствует себя по-другому. Мы с Фредом золотые парни, запомни это, приятель! Ну вот! Я ж тебе говорил – ты и не почувствуешь.
– Да тут добрых четыреста фунтов железа! – завопил Сэм.
– И вовсе не четыреста, приятель. Ты преувеличиваешь. Я так думаю, тут всего фунтов триста.