Алмас
Шрифт:
Автиль. Оставь, говорю тебе, ее! Пусть идет учиться!
Бала-Рза. Отстань, говорю! Клянусь богом, всех перебью к черту!
Ссорятся и уходят. Входит Барат со стариком Аллаверды.
Барат. Да, подумайте хорошенько. Оставь ребенка, пожалуйста.
Аллаверды. Я ее породил или ты? Я породил или ты?
Барат. Она моя сестра или нет?
Аллаверды. Убирайся ты к черту! Отстань, говорю!
Барат. Я не хочу, чтобы моя сестра оставалась темной.
Аллаверды. Не отстанешь? Не отстанешь?
Барат.
Аллаверды. Нет? Так на тебе. (Бьет Барата по щеке). Уйди, говорю!
Барат. Не расходись, старик! Ты же мой отец. Оставь ребенка. Это все делают люди, которые свой карман защищают. И исподтишка других настраивают... Что вы, товарищи, делаете? Мужской колхоз развалили. Женский колхоз развалили. А теперь до училища добрались? Уводите своих детей оттуда?
Ш а р и ф. Это она, гулящая и негодная женщина, наше прекрасное училище развалила!
Барат. Училище вы развалили!
Ш а р и ф. Слава богу, весь народ видит.
И б а т. Пускай все скажут. Раз в училище учительница ребенка без мужа родила, то в такое училище нельзя пускать детей.
Толпа. Такая учительница нам не нужна!!!
Барат. Вы врете!
Ибат. Кто врет - собачий сын, и кто не верит тоже.
Барат. Я завтра в комиссии от вас буду требовать доказательств!
Ш а р и ф. Доказательства у меня. Все фактологически и документологически. Честь-честью!
Фатманса. Да что вы языком вертите и крутите? Кто всех детей в селении принимает? Я или не я? Спросите меня, и я вам скажу. Ребенка приняла я. Ночью Наз-Ханум пришла ко мне и вызвала меня к своей дочери. Я пошла и приняла у нее ребенка. Зачем же тут прятать и скрывать? Тут дело ясное.
В это время Алмас выходит к толпе.
Ал мае. Крестьяне! Товарищи! Вы им не верьте! Подождите, я вам все расскажу...
Фатманса. Не надо! Мы все лучше тебя знаем. Сама своими глазами видела!
Ш а р и ф. В газете все написано!
Алмас. Товарищи, советское правительство...
Гаджи-Ахмед. Как ты советское правительство ругаешь?! Не смей правительство наше трогать!
Алмас. Товарищи, правительство...
Гаджи-Ахмед. Правительство не трогай. Мы не допустим, чтобы ты наше правительство ругала!
Алмас. Товарищи, дайте мне сказать!
Ш а р и ф. Не надо! Не допустим, чтобы ты при нас говорила против советской власти! Товарищи, мы все слышали!..
Бала-Оглан. Товарищи, товарищи! Расходитесь! Не шумите! Из города приехала комиссия и прокурор.
Ш а р и ф. Очень хорошо! Вовремя. Пускай придут и посмотрят, какую учительницу нам прислали. Разрушила прекрасное училище! Пускай придут и собственными глазами убедятся. Вот она, гулящая контра!
Алмас, пораженная, прислонившись к стене, неподвижно стоит. Все быстро расходятся.
АКТ ПЯТЫЙ
КАРТИНА 6-я
Комната
Алмас за столом, пишет. Плачет ребенок. Алмас встает и подходит к ребенку.
Алмас. Нет, нет, плакать нельзя... Голодная? Ой ты, бедненькая! Ну постой, постой! Я сейчас тебя супом кормить буду. (Укрывает ребенка и садится около него).
Раздается стук.
Алмас. Кто там?
Барат. Алмас-ханум, это я, Барат.
Алмас уходит и возвращается с Баратом.
Алмас. Ну, что слышно, Барат?
Барат. Комиссия приняла требование крестьян.
Алмас. Требование-снять меня со службы и арестовать?
Барат. Нет, требование открытого разбора дела. С завтрашнего дня заседания будут открытые.
Алмас. Тебя допрашивали?
Барат. Нас всех. У меня спрашивали такие вещи, что я совершенно растерялся.
Алмас. Испугался?
Барат. Испугаться-то не испугался... За последние дни ты похудела, Алмас, побледнела.
Алмас. Положение мое слишком тяжелое, Барат. И ночами не сплю, все думаю, но выхода не нахожу.
Барат. Ты держись крепче, Алмас. Мы все тебя будем защищать.
Алмас. Барат, ответь мне: если бы жизнь двух людей зависела от одного твоего слова, то что бы ты сделал?
Барат. Смотря каких людей.
Алмас. Таких, просто невиновных, несчастных людей...
Барат. Ну, конечно, я бы сделал так, чтобы они жили.
Алмас. Но их жизнь должна быть смертью для меня. Да и не для меня одной. Она очернит всю мою работу все, что я делаю, к чему я стремлюсь. Понимаешь?
Бара т. Что-то не особенно понял, Алмас.
Алмас. Сейчас я, Барат, между двух огней. Или я должна предать смерти двух совершенно невинных людей-или в глазах всех навсегда должна запятнать себя, свое имя. Понимаешь, Барат? Или они должны умереть, или я. Или они должны жить, или я. Понимаешь? Я как-то собраться с мыслями не могу. Дай мне совет, Барат.
Барат. Алмас-ханум, мы должны стремиться все их сплетни раскрыть.
Алмас. Нет. Не раскроете. По-видимому, сами обстоятельства им помогают. У меня руки связаны. Я должна молчать. Положение тяжелое, Барат, тяжелое!
Барат. Ты, Алмас-ханум, не бойся! Давеча я сам боялся. А теперь у меня страх прошел. Мы их обвинять будем.
Алмас. В чем?
Барат. Они ведь явную ложь говорят. Говорят, что между нами что-то было.
Алмас. Значит, они и тебя запутать хотят?
Барат. Ну да. И что будто бы даже у нас ребенок родился.
Алмас (с возрастающим волнением). У нас ребенок?
Барат. Да. И вот завтра мы все потребуем, пускай они это докажут. Пусть покажут ребенка. У них же в руках доказательств нет