Антикиллер
Шрифт:
В начале шестого Леший выскочил из подворотни, огляделся и быстро направился к пивной. Когда он поравнялся с Лисом, тот негромко сказал:
– Здорово, Петруччо! А зря ты форму пошить не хочешь!
Леший вертанулся вокруг оси как ужаленный, но увидел только спину своего куратора. Подчиняясь правилам конспирации, он перешел на противоположный тротуар и медленно двинулся следом, часто заглядывая в витрины и поправляя шнурки видавших виды туфель. Так они добрались до одного из обычных мест контактов – захламленного
– Здорово, дружище! – преувеличенно радостно офицер обнял агента.
– Вышли все-таки, – тихо пробубнил Леший и отвернулся.
– Чего ты?! – удивился Коренев. – Радоваться надо!
– Так я от радости... Бывалый карманный вор вытер повлажневшие глаза.
– Ваша дамочка говорила, что скоро выпустят, да я не особо верил... А дамочка хорошая...
– Ладно! – резковато перебил Лис. – Как тут жизнь без меня проходила? Какие новости?
– И-и-и, много всего, – махнул рукой агент. – Крест вернулся. С Отцом они не поладили. Крест городской сходняк собирает, зимой общий грозятся... А главное... Леший огляделся, придвинулся вплотную и зашептал в самое ухо:
– К отцу москвичи наезжали. Метла и еще кто-то... Он обещал им Креста отдать.
– Да? А чьими руками?..
– Пришлют человека, Отец его наведет и потом «отмазывать» станет.
– Хорошо, молодец Петр Батькович! – похвалил Лис. Агент довольно улыбнулся.
– Теперь давай дальше. Подробно, обстоятельно, по порядку...
Больше часа Коренев впитывал выдаваемую Лешим информацию. Как всегда ничего не записывая, полностью полагаясь на память. В столь щекотливых делах попавшая кому не надо запись могла стоить жизни информатору или куратору. А могла – обоим.
Хондачев, несмотря на позднее время, ожидал его в банке.
– Байков напуган, – вместо приветствия начал он. – Говорит, с тобой и он может влететь. Очень здорово ты на юриста насел! И компаньоны мои на грубость жаловались.
Председатель правления прощупывал старшего консультанта острым взглядом. Тот оставался совершенно спокойным.
– А что вы обо всем этом думаете?
– Лаской с ними не больше справишься.
– Точно.
– И хотя срок ультиматума истек, меня никто не трогает.
– Ваш хорек сидит в камере, а у Шамана сейчас большой переполох, ему не до вас.
– Такое положение надо закрепить. Кстати, Байков сказал, что титановые пластины в дверцах ничего не дадут: автомат их пробивает...
– Мы поставили их под углом. Стреляют всегда спереди, и пули будут рикошетировать в сторону. Если Байков хочет, я с ним поспорю. Поставим «волгу», я сяду внутрь – пусть полоснет очередью... Конечно, ставка должна быть серьезной.
– Он не очень любит рисковать, – чуть заметно улыбнулся банкир.
– Тогда надо менять работу.
Лис
– Завтра к обеду мне понадобится нарезной карабин с оптикой и четыре патрона. Будет лучше, если он незарегистрированный.
– Криминал? – повел бровью банкир.
– Самый минимальный. Но, может, удастся решить вашу проблему.
Выйдя из банка, Лис сел в выделенную ему красную «девятку» и объехал несколько злачных мест. Заглянул в «Якорь», к Вартаняну, тот обрадовался, плеснул в стаканчики «Мартини» со льдом, выпили за возвращение. Но потом отвел взгляд в сторону:
– Пока ты сидел, время хило... Без «крыши» нельзя, а тут подошли ребята... Извини, конечно, но жизнь есть жизнь...
– Я не за этим, – отмахнулся Лис. – Томка Федотова у тебя бывает?
– Редко. Она козырной стала. В «Сапфире» отирается.
– Ну ладно...
Акоп проводил до двери, приглашал заходить и обещал всегда бесплатную выпивку.
В «Спасательном круге» Эдик уже не работал, новый бармен неузнавающим взглядом уставился на приход начальника УР, а сбоку, заподозрив неладное, появился крепкий, приблатненного вида паренек.
– Кого ищем? – покровительственно спросил он.
Коренев усмехнулся. На не отягощенным разумом лице промелькнула тень понимания.
– У нас полный порядок, – буркнул паренек и снова отступил в тень.
Лис выпил еще один «Мартини», на этот раз за свой счет, огляделся, но никого из знакомых не увидел.
У «Сапфира» он появился как раз в тот момент, когда Тамара Федотова вышла из стеклянных дверей и опустилась на мраморную облицовку фонтана. Она была пьяна и, похоже, кого-то ждала.
Лис несколько раз мигнул фарами. Девушка тяжело встала и, чуть пошатываясь, направилась к машине. Он распахнул дверцу.
– Приветик! – Она привычно плюхнулась на переднее сиденье. – Куда поедем? Только без глупостей!
– Как можно, Тамара!
– Ой, кто это?
Девица пристально всматривалась в сидящего за рулем человека, и на лице медленно проступало узнавание.
– Майор мой вернулся! – Она всплеснула руками и бросилась Лису на шею. Он отстранился. Еще не хватало на пиджаке и рубашке помады, грима, теней, туши, пудры и других компонентов, составляющих лицо ночной Красавицы.
– Ты за меня заступился, закопал эту гадину! Иначе я бы уже сгнила, как Галка... Все решили, что промежду нами любовь. И отскочили, боялись трогать, даже бабки не доили... Они же, падлы, усираются, когда запах смерти учуют!
Лис тронул машину с места. Федотова Откинулась на спинку, запустив руку под сиденье, нащупала рычаг и увеличила угол наклона. Достала сигареты, нажала кнопку прикуривателя, когда он выскочил, раскалившись, привычно зажгла сигарету.
– Музычки нет? – тонкие пальцы скользнули по панели, где обычно стоит магнитофон. – Жаль...