Антираспад
Шрифт:
— Идем! В душевую, туалет всем нужен.
Напоследок Норберт оглянулся: Аманда опустилась в кресло и уткнулась лицом в ладони. Гестен вытряхивал из флакона на ладонь таблетку. На мгновение он отвлекся от своего занятия, поднял голову и пробормотал:
— Норберт, от вас зависит будущее человечества!
Облицованная коричневой плиткой душевая представляла собой помещение два на два метра, разделенное надвое прозрачной скользящей перегородкой. По одну сторону перегородки находились душ и сушилка, по другую торчали из стены крючки для одежды.
— Я вас загерметизирую, —
Дверь захлопнулась. Оба надели кислородные маски. Достав из кобуры бластер, Норберт выстрелил в иллюминатор — толстое стекло треснуло, осколки тут же утянуло наружу. Порыв ветра взъерошил волосы. Иллюминатор со свистом всасывал воздух; голову словно сдавило обручем, до боли заложило уши — хуже, чем при спуске с элангом в затопленный котлован. Норберт несколько раз сглотнул. Вдвоем установили пулемет — его можно было поднимать и опускать на массивном телескопическом штативе с распорками. Ледяной воздух обжигал лицо и руки, пальцы прилипали к металлу. Норберт выругал себя за то, что не догадался попросить перчатки, но сейчас было уже не до того. Он припал к прицелу: подернутое пурпурной дымкой пустое небо, увеличенные верхушки далеких гор, белесые и растрескавшиеся…
— Капитан, мы готовы! — включив передатчик, сообщил Олег.
— Разворачиваюсь!
Изображение сместилось, Норберт стукнулся маской о корпус пулемета. В окуляре появился черный сигарообразный предмет. Он быстро увеличивался в размерах и вдруг выпустил три пары суставчатых манипуляторов — они придали ему сходство с гигантским насекомым.
— Стреляй или меня пусти! — не вытерпел Олег.
Вибрация мешала, но наконец удалось поймать черное насекомое в перекрестье прицела, Норберт нажал на спуск. Наглядного результата не было. Со стороны бота что-то сверкнуло — ответный огонь?
— Фиксируй цель, — подсказал Олег.
Ага, чуть не забыл… Вновь совместив перекрестье прицела с ботом, Норберт ткнул пальцем в кнопку «Фиксация» — таким образом, компьютер пулемета получил команду стрелять именно по этому объекту, а не куда попало. Теперь стало легче: ствол автоматически поворачивался, следуя за целью, и выпускал короткие очереди. Насекомое закувыркалось в воздухе.
— Кончай, ты его сбил, — услышал Норберт голос Олега. — Падает.
Оторвавшись от прицела, Норберт обнаружил, что выставленный в иллюминатор ствол пулемета смотрит под углом вниз, а вражеский бот пропал из поля зрения.
— Парни, вы молодцы! — ожил передатчик. — С меня бутылка!
Болезненное давление в области глаз, леденящий холод — во время боя он отключился от этих ощущений, но теперь они вернулись. У Олега заиндевели ресницы. Для того, чтобы открыть дверь, надо сначала закрыть иллюминатор. Норберт огляделся: ничего подходящего…
— Капитан, мы замерзаем!
— Иду на снижение, — отозвался Клекнас. — Нырнем в ущелье. Когда давление сравняется, мы вас выпустим. Держитесь!
У Норберта зуб на зуб не попадал, Олега тоже колотил озноб. Магнитоплан начал медленно опускаться по вертикали.
— Побыстрее нельзя?
— Если побыстрее, вас …! — жизнерадостно объяснил
— Ну зачем по каждому поводу ругаться? — долетел приглушенный голос Аманды — видимо, она тоже находилась в кабине.
Туманное пурпурное небо исчезло, перед иллюминатором выросла иссеченная трещинами изжелта-белая стена. Душевую затопила тень, и стало еще холоднее. Скорее всего, ощущения врали: чем ниже — тем плотнее воздух и тем теплее, но, пока сияло солнце, переносить холод было легче. Норберт уже не чувствовал собственных пальцев. Один раз магнитоплан шоркнулся боком о скалу; против ожиданий, пострадала не машина, а скала — посыпалось крошево, на пол упало несколько сухих пористых кусочков. «Так, значит, это не камень?» — удивился Норберт.
Наконец движение прекратилось, а чуть погодя в коридоре послышалась возня, дверь распахнулась. Он запоздало сообразил, что кислородную маску можно снять. Впрочем, сейчас при всем желании не смог бы это сделать — окоченевшие пальцы не слушались. Маску с него снял Клекнас. Их с Олегом довели до салона, усадили в кресла, Аманда поднесла к его губам чашку горячего кофе с ликилой. Вевегер взял на себя заботу о компьютерщике. Руки и ноги понемногу отходили и при этом болели, будто обваренные кипятком.
— Взлетаем! — объявил капитан. — Тут задерживаться нельзя, вдруг эти … успели передать SOS. Летим в Гаору, чтоб ее!..
Аманда выразительно вздохнула и закатила глаза.
— А хорошо вы их …, ребята, — ухмыльнулся Вевегер.
— Ну, уж как получилось, — невнятно ответил Норберт, отхлебнув кофе.
Никакого ликования, как положено после победы, он не испытывал: он не хотел убивать людей (да и вообще кого бы то ни было), и предпочел бы, будь такая возможность, обойтись без жертв. Правда, совесть его тоже не мучила — слакиане сами напросились. Если выбор ограниченный, лучше убить, чем стать рабом. Он пошевелил распухшими красными пальцами и потянулся к чашке.
— Не трогай, я подержу, — остановила его Аманда. — Вот вернемся домой, и я вам обоим премию выплачу за героизм!
— У меня в аптечке есть мазь, — подал голос из своего кресла Гестен. — Для обмороженной кожи, очень эффективная. Смажете руки, а то вдруг опять придется стрелять. Что ж, вы оправдали свою репутацию!
Это происшествие еще больше укрепило клиента во мнении, что «Антираспад» — самое настоящее охранно-сыскное агентство, а Нор Ларре — крутой профессионал, каких поискать… Норберт криво усмехнулся.
— А странные тут скалы, — заговорил Олег. — Крошатся, как пенопласт или что-то вроде того.
— Это не скалы, а …, — кратко пояснил Вевегер.
Аманда со стуком поставила на столик пустую чашку.
— По химическому составу это камень, — сказал Гестен, — но камень пористый и сверхлегкий. Застывшая пена, вы совершенно правы. Недаром Рчеад при своих значительных размерах обладает нормальным для нас притяжением — тут много веществ с низкой плотностью. Здесь уникальные полезные ископаемые, поэтому Рчеад постоянно подвергается нашествиям агрессивных инопланетян. Не знаю, почему эти горы назвали Мраморными. Наверное, из-за цвета… На самом деле это не мрамор, а довольно-таки хрупкое вещество.