Ася
Шрифт:
— Слушайте, странный вы, — заявила я, немного придя в себя. — С чего вы взяли, что я пойду на это, если наяву я даже целоваться с вами не захотела?
— Здесь особая реальность, — он вновь придвинулся ко мне и заговорил соблазняя: — Тут могут исполниться все ваши фантазии…, — его руки обняли меня и притянули к себе.
— А вам не приходило в голову, что в моих фантазиях ваша персона уж никак не присутствует? — спросила я, упираясь и стараясь освободиться, но этот гад освобождать меня не спешил. Вот
— Да уберите руки! — потребовала я, и он меня всё же выпустил из своих цепких рук.
— Это сон и тут нет запретов. Ты можешь делать всё что захочешь! — убеждал меня он, переходя на «ты».
— Сон говорите…, — я немного отошла от него и недобро посмотрела, а потом резко села на перила. — Всегда мечтала прыгнуть с высоты. Сейчас это и сделаю!
Меня тут же с них сдернули и сжали в объятиях, прижимая к себе. Что и требовалось доказать! Сон… ага…
— Я хочу проснуться! — потребовала я, замерев и уткнувшись в его грудь.
— Ася…
— Я не давала вам права так себя называть! — взбесившись, я не выдержала и подняла голову, посмотрев ему в глаза.
Этим воспользовались и меня поцеловали, положив руку на затылок и не давая ускользнуть. Если в первое мгновение я замерла, то потом начала вырываться и его укусила. Мир завертелся и я, прерывесто дыша, открыла глаза у себя в комнате, лежа рядом с Рианом.
— Плохой сон? — тут же спросил он. Видно я его разбудила.
— Кошмар, — призналась я и обняла его. Мои губы всё еще пылали после властного поцелуя…
ГЛАВА 24
На следующее утро мы все собрались за завтраком. К счастью, в эту ночь никаких снов мне больше не снилось, и я выспалась. Этот наглый Ингл-Рей при нашей встрече был предельно вежлив, а меня при виде него просто трясло от ненависти. Теперь я даже не представляла, как буду с ним работать.
«Настя, думай о детях!», — как мантру повторяла себе я. Аппетита у меня не было, и я не могла дождаться, когда же мы уедем.
— Ася, что же вы ничего не едите? Вы сегодня бледны. Плохо спалось? — спросили меня. И кто бы вы думали? Белобрысая сволочь! Смотрит главное так, с вежливым беспокойством. Все, держите меня!
— Во-первых, меня зовут Анастасия, и впредь попрошу именно так ко мне обращаться, — произнесла я, еле сдерживая ярость. Риан почувствовал это и с беспокойством посмотрел на меня. — Имя «Ася» лишь для ближайших друзей, а вы в этот круг не входите! — Испепеляла я его взглядом.
— Во-вторых, мой аппетит вас уж никоем образом волновать не должен, но я отвечу. Да, я сегодня не выспалась, так как мне снились кошмары, — ледяным тоном сказала я. — На этом, надеюсь, ваш интерес к моей скромной персоне исчерпан?
— Я надеялся, что человек, который собирается финансировать ваши проекты, всё же входит в круг ваших друзей, —
Это он зачем сейчас про проекты вспомнил? Хочет намекнуть, что не будет их финансировать?
— Это делает вас лишь моим деловым партнером, — сдержано ответила я. — Ваша финансовая помощь к дружеским отношениям с моей персоной никакого отношения не имеет, и является следствием нашей договорённости. Желаете всё отменить?
Я с вызовом смотрела на него. Надо было прояснить отношения раз и навсегда, чтобы ему неповадно было еще раз в мои сны лезть. Конечно, он мог сейчас всё отменить, но я решила рискнуть. Что-то мне подсказывало, что помощь Весты им необходима.
Он сверлил меня взглядом, крепко сжав губы. С тёмными как омуты глазами, которые сверкали на бледном лице, он был невероятно красив. Сегодня его длинные волосы были убраны в косу с интересным плетением, открывая лицо. Я смотрела на него, и его холодная красота оставляла меня равнодушной. Можно восхищаться и красотой статуи, не испытывая желания прикоснуться.
— Нет, — наконец ответил он. — Наш уговор в силе.
Валериан и Риан смотрели с него на меня, и в глазах оракула я заметила беспокойство. За столом тут же возникло напряжение, которое не рассеялось даже тогда, когда Вал перевёл тему.
После нашей стычки аппетит похоже пропал у всех. Сразу после завтрака мы засобирались обратно. Риан не понимал причин моего грубого поведения с единорогом, но вопросов не задавал. Да и не в присутствии же этого самого единорога их задавать? Эх, чувствую, допрос мне всё-таки предстоит.
Единорог был со мною холоден и вежлив. Передал запечатанное послание для Весты. Спросил, как скоро я её увижу. На это ответа у меня не было, и я сказала, что в ближайшее время. Не знаю, устроил ли его этот ответ, так как по лицу ничего прочитать было нельзя. Он же в свою очередь пообещал, что скоро посетит нас.
Риан с единорогом вежливо, но холодно попрощался. С Валом же при прощании в его голосе теплоты было больше. Я, наплевав на всех, крепко обняла этого шалопая и пожелала ему удачи. Он сжал меня в объятиях и шепнул: — «Помни, что я говорил».
Забудешь тут! Когда предмет нашего разговора стоит рядом и почему-то сверкает глазами. Когда Риан сел на лошадь и протянул мне руку, чтобы подсадить меня, единорог не сдержался и сказал:
— Вы же упоминали, что не любите верховые прогулки…
Интересно, что он этим хотел сказать?
— Все зависит от компании, — ответила я. Риан меня подсадил и мы, тепло улыбнувшись на прощание Валу, отбыли.
— Ася, что происходит? — спросил меня Риан, как только мы отъехали. Мне даже не надо было спрашивать о чём он, и так всё ясно.