Борьба за трон
Шрифт:
– Я не хочу покоряться! Я скорее умру, чем позволю арестовать себя здесь. Но прежде, чем сделать последние свои распоряжения, я хочу отдать вам кое-что на хранение. Вы знаете, кого это касается.
И, отперев ларец, полковник передал Вальтеру свое завещание.
Тот спрятал его на груди.
– Я передам его Беатрисе, – промолвил он.
Между тем подъемный мост был уже поднят, и за ним поставлены три человека с ружьями и пистолетами. Из-за моста их совершенно не было видно.
Горнби распоряжался
Горнби раздавал людям боевые припасы, а Вальтер размещал их на возможно удобных местах. Полковник, запершись в церкви, вознес горячую молитву и исповедывался у отца Джонсона, который даровал ему полное отпущение грехов.
– Теперь, что бы ни случилось, – воскликнул он, – я готов ко всему.
И он принялся уговаривать отца Джонсона, чтобы тот не выходил во двор, а оставался все время в доме.
– Если дело примет дурной оборот, вы можете еще бежать. В парке в прибрежных кустах на этой стороне рва вы найдете спрятанную лодку.
Подойдя к мосту, он сказал Вальтеру, стоявшему на страже вместе с Горнби:
– Дайте мне ваше ружье. Если вы пустите его в ход, то тем самым уничтожите прощение, дарованное вам принцем Оранским. Удалитесь в дом. Здесь вы не можете ничего сделать для меня.
Вальтер согласился неохотно и присоединился к священнику, сидевшему в главном зале.
Вскоре послышался стук копыт. То подъезжал Бридж со своим отрядом. Прошло несколько секунд, и около моста появилось несколько дюжих драгун в блестящих латах и касках.
Подъехал и капитан Бридж.
Узнав полковника, который стоял посреди двора, он предложил ему сдаться.
– Никогда бы я не поверил, что вам придет в голову безумная мысль вернуться в Майерскоф, – закричал он. – Вы словно нарочно бросаете вызов правительству. Я послан для того, чтобы захватить вас и доставить в Ланкастерскую крепость.
– Не думаю, чтобы эта обязанность доставляла вам особое удовольствие, – сказал полковник.
– Неужели вы настолько безумны, что решаетесь сопротивляться! – вскричал Бридж.
– Несмотря на всю вашу силу, вам не удастся увезти меня отсюда.
– Увидим, – насмешливо рассмеялся Бридж.
– Может быть, это тебя остановит, – вдруг крикнул чей-то голос из-за моста.
Грянул выстрел, и капитан Бридж упал с лошади с раздробленной головой.
Пораженные внезапной смертью своего начальника, солдаты сначала было растерялись, но затем быстро оправились и дали залп.
Горнби и стоявшие за мостом остались невредимы, но полковник упал, раненный насмерть.
Услышав залп, Вальтер бросился
Полковника положили на пол. Отец Джонсон наклонился над ним и стал читать отходную, приложив крест к его губам. Слабым пожатием руки раненый давал понять, что он узнает своих друзей.
Через минуту все было кончено, и лучший из ланкастерских дворян отошел в вечность.
Вальтер и отец Джонсон не могли оторвать взгляд от этого благородного лица, которое не изменило своего выражения и после смерти.
Вошел Горнби.
– Извините меня, господа, – сказал он. – Но вам незачем здесь оставаться. Моему благородному господину больше нечего бояться, но беда, если эти разъяренные драгуны захватят вас здесь. Пощады никому не будет. Следуйте за мною, и я незаметно перевезу вас через ров, а там уже заготовлены для вас лошади, на которых вы можете унестись куда угодно. Позвольте же мне оказать вам эту услугу.
Втроем они быстро пустились к той части рва, которая примыкала к саду. Здесь они нашли плоскодонную лодку, на которой уже были перевезены на другую сторону слуги, женщины, некоторый домашний скарб и лошади, о которых говорил Горнби.
Через минуту Вальтер и священник очутились на другом берегу и галопом скакали к Престону, сопровождаемые Горнби и двумя слугами. Они неслись сломя голову и, наняв в Престоне новых лошадей, летели вперед и ночью. К счастью, они никого не встретили на своем пути и благополучно достигли Лондона.
Между тем голландские драгуны, ворвавшись, наконец, в Майерскоф, не нашли там никого, на ком можно было бы сорвать свой гнев. Они бросились грабить и тащить все, что было ценного в доме.
Тело хозяина они отнесли в церковь и погребли там.
На надгробной плите не было никаких надписей, а значились лишь простые слова: «вечный покой».
XXIII. Гибель последнего якобита
Вечером в день прибытия в Лондон Вальтер вместе с отцом Джонсоном направились к дому леди Фенвик на Сент-Джемской площади передать подробности смерти полковника Тильдеслея;
– Не падайте духом, дитя мое, – утешал священник горько плакавшую Беатрису. – Полковник вполне приготовился к смерти. Незадолго до своего конца он с трогательной заботливостью говорил о вас, выражая надежду, что Майерскоф останется за вами. Я горячо молюсь, чтобы поскорее исполнилось его последнее желание.
– То же самое говорил полковник и мне. Он просил меня сохранить его завещание, которым он оставляет вам все свое имущество.
– Он всегда относился ко мне, как родной брат, – промолвила Беатриса, едва удерживаясь от рыданий.