Целительница для графа

Рао Лия

«Готово,» подумала я с облегчением, «я использовала весь свой арсенал. У меня осталось только немного воды и небольшой, совсем маленький, кусочек сушеного мяса.» Воду я, как и прежде, снова налила в большой лист лопуха, а мясо положила рядом, чтобы ему было удобно.

– Ну всё, – проговорила я, отступая на шаг назад. – Теперь ты должен отдохнуть и набраться сил. Я обязательно вернусь, – я старалась, чтобы мой голос звучал убедительно, словно это я себе говорила, а не зверю. Я не понимала, почему он стал так важен

для меня.

Волк продолжал следить за мной взглядом, не отрываясь, но при этом не двигался и не проявлял никакого интереса к воде или еде, оставленной рядом.

– Пошли уже, – прокаркал Карл, срываясь с моего плеча и кружа надо мной, словно маленький чёрный вихрь, – хватит уже на этого волка смотреть, он в порядке. Детей тебе надо, – заявил он, – а то вон на раненных зверюшек потянуло. Лучше бы мясо мне отдала, чем этого кормить.

– Ему силы нужны, он ранен, Карл, – ответила я, – А мы завтра с тобой силки поставим, и обязательно поймаем тебе самого жирного зайца, обещаю. Будет тебе мясо, и ещё лучше, чем это.

– Ну-ну, – пробурчал Карл, – хоть раз поужинать нормально.

Домой я шла под его непрерывное ворчание что-то про бессмысленную трату времени и о том, что меня пора уже замуж. Мысли и чувства бушевали во мне, как дикий ураган. «Почему его глаза так меня тревожат? Что со мной происходит?» в отчаянии подумала я.

Глава 9

Утро следующего дня встретило меня прохладным воздухом и тихим пением птиц. Я вышла из избушки, потягиваясь и вдыхая свежий аромат сосновой хвои. Карл уже ждал меня на крыльце, нетерпеливо перебирая лапами и поглядывая на меня одним глазом.

– Ну что, пошли уже? – нетерпеливо каркнул он, – Пора силки ставить!

– Сейчас, уже иду, – ответила я, улыбнувшись его нетерпению и захлопнув дверь избушки.

Мы направились к месту, где собирались ставить силки. Карл, как всегда, летел рядом, ворча себе под нос, что я слишком медленная. Я проигнорировала его ворчание, зная, что он всё равно не успокоится. Найдя подходящую поляну с заячьими следами, я аккуратно установила силки, а Карл в это время внимательно следил за моими действиями, и давал мне ценные советы.

– Не так, давай вот тут, – каркал он, показывая своим клювом, куда, по его мнению, надо ставить силки, – Агафья знала, как правильно ставить силки, а ты, как всегда, всё не так делаешь!

Закончив с силками, я отряхнула руки и сказала:

– Ну, всё, теперь можем пойти к волку.

– К волку? – Карл сел на ближайшую ветку и посмотрел на меня, наклонив голову набок. – Чего ты с ним так возишься? Когда он выздоровеет, может он ещё с нами жить будет?

– Кто знает, – улыбнулась я. – Мне так нравится, что он не разговаривает.

– Ага, молча тебе голову и откусит. – прокаркал Карл сердито.

– Ну ты идёшь или нет?

Мы

направились на поляну, где я оставила раненого зверя. По дороге, я не могла удержаться, и собирала травы, приглядываясь к каждому листочку, грибы, выглядывающие из-под мха, и ягоды, что так и просились в корзинку, поэтому шли мы довольно долго.

Наконец, добравшись до поляны, я увидела, что волк съел мясо и выпил воду. Ему явно стало лучше – он поднял голову и внимательно посмотрел на меня своими янтарными глазами, в которых теперь плескалось спокойствие.

– Я пришла тебя полечить ещё немного, – обратилась я к нему, стараясь, чтобы мой голос звучал мягко и спокойно. – Я вижу, тебе стало лучше. Скоро совсем поправишься и сможешь уйти.

Волк продолжал молча смотреть на меня, затем, словно в знак согласия, положил голову на землю и прикрыл глаза. Я осторожно смазала его раны целебной мазью и напоила его настойкой, он вел себя спокойно и доверчиво.

– Посмотрите на него, развалился, лежит весь такой… – начал было Карл, наблюдавший за происходящим со стороны, но не успел договорить.

Тут волк внезапно открыл свои янтарные глаза и уставился на ворона. Карл резко замолчал, и, словно испуганный воробей, нахохлился, прижавшись к ветке.

Я снова оставила ему свежей воды и сушеного мяса и, мы с Карлом отправились к месту, где были установлены силки. Там, мы с радостью обнаружили, что заяц попался, и теперь Карл, похоже, был вполне счастлив. Я быстро вытащила зайца из силка и, довольные своей удачей, мы отправились домой, по дороге обсуждая, как лучше его приготовить.

– Ты только потуши его хорошенько, – наставлял меня Карл, – И трав своих поменьше клади, а то перебьешь весь вкус мяса!

Дома я начала готовить, как вдруг в дверь раздался стук.

На пороге стояла молодая девушка по имени Мира, с бледным лицом и большими, испуганными глазами, которые, казалось, вот-вот наполнятся слезами.

– Простите, что беспокою, – проговорила она, дрожащим голосом, – Бабушка моя совсем плоха. Говорит, сердце у неё болит. Сама прийти не может, так как старая и сильно уж мучается. И попросила меня. Есть у вас что-то?

Я знала бабушку Агнессу, она была известна своим склочным характером, острым языком и любовью к сплетням. Но, несмотря на все её недостатки, я не могла отказать в помощи пожилому человеку, которому действительно плохо.

– Подожди, – сказала я, – Я посмотрю, что у меня есть.

Я вернулась в дом и достала настойку из боярышника, пустырника и мяты. «Наверняка Агнесса мне потом за «невкусное лекарство» отругает,» пронеслось у меня в голове.

– А что это ты ей так стараешься? – прокаркал Карл, сидя на столе и наблюдая за моими действиями. – Она же тебя терпеть не может! Сплетни всякие распускает. Дай ей лучше что-нибудь ядовитое!