Дай волю чувствам

Блесс Эйвери

– Знаете, а я бы еще, пожалуй, послушал историю, про то, почему Фролов вас искал по всей стране.

Ну, хоть в этот раз я могла ответить.

– Я потерялась…

Но Осипов не дал мне и двух слов сказать.

— Нет, нет, Тасенька. Я имел в виду не то, что произошло не столь давно. С этим мы и сами не только разберемся, но и накажем всех виновных, мне хотелось услышать рассказ о ваших злоключениях во время беременности.

Я бросаю очередной растерянный взгляд на Дмитрия. Сейчас он уже стоит спокойно, всунув руки в карманы. И только его пристальный взгляд

направленный на представителя совета, говорил о том, в каком волк бешенстве. Как я понимаю, у Фролова пошла крупная игра с советом и я могу стать в ней разменной монетой. И если Дмитрий меня еще может пожалеть, то вот его оппоненты не будут считаться ни с моими желаниями, ни с моими чувствами, ни со мной. Меня хотят использовать, чтобы поставить на место зарвавшегося альфу. Все слова про защиту, охрану и помощь — фикция. Обычная ширма — за которой собирается спрятать свои темные делишки совет. То, что волк им не спустит с рук решения принятого в отношении его пары и Совельева, я не сомневалась. Как и в том, что он будет мстить всем, кого посчитает виновным в случившемся. Но что делать мне, маленькой полукровке, чтобы выжить и не дать меня растоптать сильным мира сего? Фролов, конечно же, попытается мне помочь, я в этом не сомневаюсь, вот только сейчас я для него несу опасность. Ведь все то, что я знаю, можно так перекрутить, что Дмитрию вовек не отмыться. А при выборе между мной и безопасностью своей семьи, я точно знала что волк выберет. И такой выбор сделал бы любой оборотень.

— Тасенька, вы ведь хотите забрать сына, и жить с ним в какой-нибудь тихом и спокойном месте, на берегу моря, вдвоем? Я же знаю как медведицы относятся к своим детям и поэтому ни за что не поверю, что вы могли оставить ребенка в чужом доме без давления, шантажа, угроз и принуждения.

– Мой сын живет в доме своего отца.

Я старалась казаться спокойной и не позволять собой манипулировать. И, пока, это у меня получалось. Вот только я не уверена, что меня на долго хватит.

— Вы правы Тасенька, вы, конечно же, правы. Но неужели в доме матери ему жилось бы хуже? Тем более, что там бы он был с вами, а не страдал бы от одиночества в доме погибшего отца, с дядей, у которого, между прочим, уже есть своя семья.

Каждое слово Осипова все сильнее заставляло кровоточить старые раны в моем сердце. Ведь сколько раз я мечтала о том, чтобы забрать своего мальчика и жить с ним вдвоем. Обнимать его каждый день утром, днем и вечером. Баловать. Смотреть как он растет, рассказывать ему на ночь сказки, читать с ним книги. И не переживать, что завтра ему опять придется отстаивать свое место в стае, доказывая, что он достоин унаследовать ее и занимать наивысшее место в местной иерархии. А если у Оли родиться сын также с альфа-силой. Кому тогда Дмитрий передаст стаю? Сильнейшему или…? Нет, Фролов никогда не сделает ничего плохого Владу. Но как же тоскливо и тяжело на сердце от осознания, что еще долго я буду только время от времени появляться в жизни сына. Рядом со мной ему не вырасти полноценным волком и сильным альфой. Хорошо, что я это поняла пусть и не сразу, но до того как наделала глупостей и испортила своему мальчику жизнь. Вот только все равно непонятно, что мне делать сейчас.

– Неужели я ошибся и сын вам не нужен? Возможно, в вас больше от человека, чем от медведицы, поэтому вы, Тасенька, предпочитаете, освободившись от материнских обязанностей, вести свободный образ жизни. А ведь мы можем заставить Дмитрия вам вернуть ребенка.

Я, в очередной раз растерянно посмотрела на Фролова, не зная что делать и как поступить. Подставлять его под удар мне не хотелось, так как я отлично понимаю, что пострадают в этом случае и Ольга, и Катюша и мой Влад, уже не говоря про всю стаю.

Поймав мой взгляд, Дмитрий уверенно кивнул, шепнув одними губами " Иди с ним". Больше не колеблясь, я тихо спросила.

– А вы точно вернете мне сына?

Как

только я произнесла свой вопрос, губы старика растянулись в довольной улыбке.

— Конечно, вернем. Вы, Тасенька, мало жили среди оборотней, поэтому, возможно, и не знаете, какой силой и влиянием обладает совет старейшин. Общему решению совета обязаны подчиняться все альфы и главы стай. Справедливость восторжествует и вы получите назад своего ребенка, а виновный будет наказан. Сейчас же прошу, Тасенька, поехать вместе со мной.

Перед тем как уйти с Осиповым я еще раз посмотрела на волка и он снова кивнул мне головой, показывая, что я поступаю правильно. Ну что же, надеюсь, он знает что делает.

— Куда мы едем?

Этот вопрос я задала сразу же, как только машина в которую меня посадили сорвалась с места. Но вместо ответа услышала просьбу.

— Можно ваш телефон?

Нахмурившись, я несколько мгновений с сомнением смотрела на протянутую в требовательном жесте руку старейшины, который расположился рядом со мной на заднем сидение автомобиля.

— Зачем?

Даже понимая, что на мой вопрос вряд ли услышу ответ, все равно не смогла удержаться, чтобы не задать его.

— Вы мне не доверяете?

Отвечать вопросом на вопрос не очень вежливо, но, по-видимому, Осипов или этого не знал, или ему наплевать. И что-то мне подсказывает, что из двух вариантов, верным будет именно второй.

Расставаться с телефоном не хотелось. Все-таки это была моя единственная ниточка связи с внешним миром. Но, настойчиво протянутая рука не оставляла ни единого шанса оставить подарок брата у себя. Не выполнить приказ старейшины, это бросить ему открытый вызов. А ведь даже Фролов себе такого не позволяет и это с расчетом, что он непросто полноценный оборотень, он — довольно влиятельный и сильный альфа большой стаи. Что уже тогда говорить про меня, оборотня-одиночку, самку, слабую полукровку — медведицу. Печально вздохнув, я полезла в карман ветровки и, достав новенький аппарат, протянула его Осипову. Ободряюще мне улыбнувшись, старик забрал мой телефон, после чего, не стесняясь моего присутствия, быстро пробежавшись по менюшке. Я и возмутиться-то не успела такому самовольству, как пожилой мужчина, открыв окно, выбросив мою мобилку прямо под колеса едущей рядом с нами машины.

— Что за…?

Разозлиться мне не дали, впрочем, как и высказать все то, что я думаю о произошедшем.

— Так будет лучше для вашей безопасности. Вы же не хотите, чтобы вас выследили по телефону?

— Да кому я нужна, чтобы меня выслеживать? Зато теперь я не смогу связаться ни с сыном, ни с братом.

— Тасенька, не преуменьшайте свою значимость. И не переживайте так, с Драгожем все в порядке, его уже выпустили из участка принеся искренние извинения, а ваши данные удалили из списков пропавших без вести. За сына так же можете не волноваться. Уже в скором времени вы будете вместе. Я же вам обещал.

Именно последнее меня беспокоило больше всего. Не то чтобы я не хотела увидеть сына, но все же, на данный момент, выходя из сложившихся обстоятельств, предпочла бы, чтобы он оставался там, где сейчас и находится, под защитой Фролова. Только ведь этого вслух не скажешь. Пока я делаю вид, что играю на стороне старейшин и позволяю себя использовать, ни мне, ни Владу, открыто вредить не будут. Разве что использовать. Но еще неизвестно что хуже. У меня еще свежо в памяти, как с молчаливого согласия совета Савельев издевался над Катюшей и Ольгой. Вот только если я начну артачиться, еще неизвестно, как все повернется и не покажется ли мне то, что произошло с парой и дочкой Фролова, цветочками.