Девочка по имени Аме
Шрифт:
– Буду ждать с нетерпением, - процедил он сквозь зубы.
За его плечом послышался издевательский смешок, а потом тоненькая ручка Риты похлопала по плечу.
– Бывают моменты, - сказала она проникновенно, с насмешливым огнем в глубоких глазах.
– Когда лучше помолчать, милый Данте.
– А ты ревнуешь?
– сразу встал на защиту Ебрахий.
– Как насчет моей ленты для волос? Я знаю, она у тебя.
Ебрахий уселся на одну из парт, точно король на трон, и довольно засверкал белозубой улыбкой.
– Думаешь,
Данте закатил глаза. Только одной Великой Богине было известно, насколько ему надоели все эти товарищи, которые не теряли ни минуты, чтобы поспорить друг с другом. Он схватил свою сумку, и, не обращая внимания на недоуменные взгляды, вышел на улицу.
Как же непривычно. Эта буйная, яркая осень. Листопад. Синее, прозрачное небо. И лед на лужах по утрам. А еще клубы пара, которые вырывались изо рта при дыхании.
– Есть что-нибудь перекусить?
– его нагнал Элайя. Данте посмотрел на него, размышляя о том, так же непривычна ему погода в Академии, или это только Удзумэ на нее так остро реагирует.
– Только яблоко.
– Сойдет.
Данте покопался в сумке и выудил оттуда краснобокое яблоко, которым угостила его одна из прелестниц сегодня утром. Прелестница училась на пятом курсе Аши Кагемуси, и ками бы давно взял ее в оборот согревать себе постель, но слишком хорошо помнил, что появляется от союза человека и ками.
– А ты популярен среди девушек, - Элайя подмигнул и вгрызся в твердый яблочный бок. Струйка сока потекла по подбородку, и Данте дал своему собеседнику платок. Мама всегда повторяла, чтобы он выглядел безупречно, и вот результат.
– Я просто знаю, что они хотят услышать.
– И почему я ни капли не сомневаюсь, - засмеялся Элайя.
– Кстати, у тебя, похоже, появилась еще одна поклонница.
– О, я рад.
Данте развернулся, собираясь уходить. Тем более он слышал, как к нему приближались звуки очередной ссоры между Ебрахием и Ритой. Вот уж кто никак не могли найти общий язык и лаялись по пустякам.
– Скажи, если я предложу Ебрахию и Рите лечь, наконец, в постель, они успокоятся?
– Ты же знаешь, что дела обстоят совсем не так. Ну и что пребывание в одной постели проблему не решит, потому что корни ее совершенно иные. Я уверен, что ты знаешь, где тут собака зарыта, а? Скажешь мне? Мне интересно!
Данте смерил его взглядом. Он сам-то не был высоким, но Элайя по сравнению с ним выглядел совсем коротышкой. Ребенком, который о таких вещах еще и задумываться не должен.
– А не рановато ли тебе о таком знать?
Элайя обижено фыркнул.
– Совета так он спрашивает, а чуть что… Я ведь не думаю о твоей внешности. Скажи, Данте, ты считаешь себя неотразимым? С такой худобой, бледной кожей и вообще видом перманентного недоедания.
– Мне не нравится, к чему ты клонишь…
– Обидел ты меня, вот к чему. Имею право на ответный удар!
Данте потеребил кончик косы, оглядываясь по сторонам.
– О, Таманоя…
– И ты только заметил? Она здесь ошивается уже вот неделю. И на тебя такие страстные взгляды бросает, что даже меня до костей пробирает!
Элайя аппетитно захрустел яблоком.
– Таманоя бросает страстные взгляды только на Акито, - усмехнулся Данте, и сделал шаг по направлению к ней. Если она что-то от него хочет, то он это выяснит. В любом случае стоит разузнать, что здесь делает член комитета по профилактике и дисциплине.
– Подожди, - Элайя схватил его за предплечье. Данте собрался уже сопротивляться, но маленький ками только усмехнулся и протянул платок.
– Ты забыл.
– Оставь себе.
Теперь ему ничего не мешало подойти к девушке, которая сидела на скамейке. Она казалась погруженной в чтение. Одна ее рука держала свиток, другая - неспешно перебирала звенья на браслете.
Данте нацепил улыбку и плюхнулся на скамейку рядом. Таманоя и бровью не повела, продолжая читать. Да, характер у нее скверный, ни капли вежливости. И от этого еще более привлекательный?
– Привет.
Мимо пронесся Ебрахий. За ним гнался Александр. Толпа ками на крыльце делала ставки на то, удастся ли Футодаме сбежать. Но не очень-то они в него верили. Хихаяхи, будучи представителем Сошу, вел по всем параметрам.
Яцуно подняла голову и с безразличным видом проводила взглядом бегущих ками. Слегка скривившись, покосилась на Данте, всем своим видом показывая, что не в восторге от подобной компании.
– Добрый день, - тем не менее, отозвалась она.
– Ты не первый день здесь сидишь, - Данте решил поддержать разговор. Не очень-то получилось.
– И что?
– прямо спросила девушка.
Ками только пожал плечами. Замолчали. Данте сидел и водил мыском по земле, рисуя бессмысленные узоры, Яцуно читала. Разговора никак не получалось. Все это так глупо. Еще глупее, идти на контакт с ней, зная, что она связана с Акито. А ведь с братом он не разговаривал с тех пор, как…
– Ну, я пойду тогда. Эдгар за опоздание с меня шкуру спустит, - произнес Данте и поднялся на ноги.
Когда он услышал ее тихий, нерешительный голос, решил, что ему почудилось. Что принял желаемое за действительное или что-то в этом роде.
– Мне нужна твоя помощь…
Данте резко обернулся, но она по-прежнему сидела со своим свитком, заглянув в который любому станет плохо от обилия непонятных схем. Если, конечно, ты не Таманоя.
– Что-что?
– переспросил он.
Яцуно подняла голову. Взгляд у нее был… недовольный. И смотрела она на Данте, как на какое-то насекомое, которое ничего не стоит.