Добрее
Шрифт:
– Пап, привет! Ты где?
– Привет, мой милый. Я в другом городе, это по работе.
– Ясно. Как-то скучно одному. Няня сериал смотрит.
– Чтобы быть счастливым, тебе никто не нужен, кроме тебя самого, помнишь? Расскажи, как прошёл день. Назови три хороших события и одно плохое.
– Утром мы с тобой почитали книжку про Гулливера. Потом облились холодной водой на улице. Ещё ты сварил рисовую кашу с ванилью, очень вкусную. А плохое – садик. Большое печальное пятно.
– Ясно. Давай
– Пап, когда ты перестанешь работать?
– Скоро, сынок. Нужно скопить некоторую сумму. Положим её в банк и будем жить на проценты. Нам с тобой много не надо, правда?
– Правда. Давай копи быстрее!
– Даю!
От таких разговоров у Кати предательски щипало в носу. Она понимала, что через пару недель Полысаева посадят. Материала накопилось на вполне приличный срок – в основном благодаря ей.
На планёрке Катя прятала глаза и говорила:
– Владимир Иванович, мне бы ещё пару месяцев.
– Милая моя, прокуратура давит. Пора брать!
– Там не везде состав преступления, и сын у Полысаева малолетний.
– У тебя что, подобие стокгольмского синдрома? Жалко стало преступника?
– Нет!
– Смотри у меня. После обеда всю доказуху на стол. Завтра будем брать.
– А если…
– Это приказ.
Катя копировала аудиофайлы на флешку для начальства, когда раздались гудки: Полысаеву кто-то звонил. Она надела наушники и включила запись.
– Господин Полысаев, вас беспокоят из треста номер 43. Мы отправили сегодня большой транш. У вас всё хорошо?
– Конечно, завтра выдача.
– Это радует. Мои коллеги просили напомнить, что если что-то пойдёт не так, ваш сын…
– При чём тут он?
– В том-то и дело, что мальчик абсолютно ни при чём, господин Полысаев. Всего доброго.
Катя похолодела. Эту организацию она знала, но лучше бы, конечно, не знать. Такие люди пойдут до конца. Завтра Полысаева ждёт персональный ад. Счета заблокируют, имущество конфискуют, его посадят, а сына…
– Катя, прослушка!
– Владимир Иванович, у нас ЧП. Похоже, тут вирус.
По улице шли двое: высокий долговязый мужчина и мальчик лет пяти.
– Пап, а кто сильнее: кит или слон?
– Смотря где, на море или на суше.
– На море!
– Тогда слон, если наденет акваланг.
Мальчик смеялся.
На скамейке у автобусной остановки сидела девушка лет тридцати в наушниках. Когда мальчик и мужчина проходили мимо, она встала и неловко улыбнулась им. Потом сунула наушники в карман, задержалась рядом, будто хотела что-то сказать, но передумала и побежала за отходящим автобусом.
– Пап, а кто это?
– Не знаю, но мне кажется,
Побег из Шоушенка
(Русская версия)
В камере на шесть человек все всё друг про друга знают: кто, за что, почему. Никто не задаёт лишних вопросов. Время идёт, вернее, срок.
После вечернего отбоя дверца в двери открылась и громкий голос начальника охраны Смирнова задал странный вопрос:
– Кто знает, что такое CS, и умеет в неё играть?
Ему тут же ответили:
– Начальник, хватит выражаться. У нас отбой, дай поспать.
– Ещё раз ставлю вопрос: кто знает, что такое CS?
Из угла камеры тихий голос сказал:
– Counter-Strike. Компьютерная игра. Немного умею.
– На выход, быстро! – скомандовал Смирнов.
С кровати поднялся восемнадцатилетний парень, мгновенно оделся и пошёл к выходу.
В дверях, при хорошем освещении Смирнов заметил, что у молодого человека свежие ссадины на лице.
– Как звать?
– Рыков.
– За что тебя так?
– Упал на прогулке. Претензий ни к кому не имею.
– Ясно. Пошли.
В кабинете Смирнова стоял стол. На столе ноут. На ноуте – заставка игры.
– Ну смотри, Рыков, хочу, чтобы ты научил меня играть в эту хрень. Скачать – скачал, а что делать – не знаю…
Рыков тут же сел за ноут и, как профессиональный пианист, начал стучать по клавиатуре.
– Вот настроил. Вы за кого будете играть? За террористов или за спецназ?
Смирнов странно посмотрел на него.
– Понял. Глупость сморозил.
– Играть обязательно на сервере. – Смирнов достал бумажку и прочитал по слогам. – Ма-три-кс. Матрикс!
– Там одни ламеры сидят! Давайте что-нибудь посерьезнее…
– Рыков, делай как сказано!
– Готово. Садитесь рядом. Управление простое…
– Наушники забыли. Вот. – Смирнов достал из пакета недавно купленные наушники, к коробке приклеился наэлектризованный чек.
Так прошло часа два. Рыков показал основы игры, Смирнов аккуратно всё записывал в блокнотик. Выключая ноут, Смирнов предложил:
– Рыков, есть вариант сделки. Ты меня каждый вечер учишь этой дряни несусветной, а тебя перестанут трогать в камере.
– Да это я упал…
– Хорошо, я сделаю так, чтобы ты под ноги внимательнее смотрел и больше не падал.
– Боюсь, после таких вечерних свиданий падений будет больше.
– Посмотрим. Договорились?
– Ну давайте. Мож, убьют быстрее. Не понимаю только, зачем вам это.
– Пытаюсь наверстать упущенное. Скажи, мне сказали, в этой игре можно друг с другом общаться?