Дом Роял
Шрифт:
Жизнь бездомного серфера. Он подозрительно сощурился на словах «со всеми рассорилась». Но надеюсь, расспрашивать не станет, а то от одного воспоминания о том, что меня чуть не изнасиловали, стало дурно. С самого начала меня напрягало, как Джозеф пялился на меня, и нет-нет, да старался прикоснуться. Но тогда решила, что, по крайней мере, не придется спать под открытым небом. Ну и старалась как можно чаще избегать его. Но однажды он дико нажрался, и даже закрытая на замок дверь в мою комнату его не удержала.
Той же ночью я свалила,
— Больше ты не одинока, — пообещала Эмма, и я с облегчением отвернулась от внимательного, сверлящего взгляда Даэлайтера на дальнем конце ряда, — несмотря на все ужасное, что натворил Лаус, и потерю… Марсила, — она запнулась на имени и продолжила, — есть мы. Мы команда.
Майя и Чейз немного рассказали об убитом во время боя с сопротивлением брате Лексена. Судя по тому, как трудно им было о нем говорить, это была большая потеря. Страшно даже подумать, что один из людей в этой комнате мог так же пострадать. Хоть я и знала их всего-ничего, но буду оплакивать гибель каждого.
— Во мне сейчас столько эмоций, — больше не в силах скрываться, призналась я, — если не считать всей этой заварухи с Лаусом, знакомство со всеми вами кажется какой-то сказкой, в которую трудно поверить. Поэтому возникает желание отталкивать вас и дальше. Но… я устала от вечной борьбы.
Показать свою уязвимость чертовски страшно, но я чувствовала, что единственный способ увидеть их истинные намерения — это показать себя настоящую и посмотреть, что произойдет дальше.
Эмма теперь почти полностью лежала на Лексене. Она переползла через него и обняла меня.
— Ну, это можно было сделать и более легким способом, — покачал головой он.
Она показала ему язык и отползла назад к нему.
— Мы тебя прикроем, Эйва. Битва не так страшна, когда рядом с тобой верные друзья.
Калли хрюкнула по другую сторону от меня.
— Только чур, я не рядом с Эммой. Эта девчонка запинается на ровном месте, — чтобы смягчить последние слова она послала ей огромный воздушный поцелуй.
Эмма расхохоталась. Слова Калли, похоже, ее ничуть не обидели.
— И это правда. Воистину сочувствую всякому, кто окажется рядом с моей раскоординированностью. Но обещаю, одиночества ты больше не почувствуешь. И пальцев ног тоже.
— Я буду рядом с тобой, — поспешила ответить я, — справлюсь!
Лексен зарычал, и она оказалась на его коленях. Движение было столь быстрым, что я даже не заметила, как это случилось. Она же растаяла в его руках.
— Моей ловкости на двоих хватит, — сказал он ей и посмотрел на меня. Впервые я не испугалась бесконечной черноты его глаз. — Но Эм права, ты больше не будешь нести груз в одиночку. С этого момента мы есть друг у друга. Сама судьба свела нас всех, чтобы мы ввосьмером правили Надмиром.
— Если думаете, что родители позволят нам так вот объединить дома, то вы все чокнулись, — вроде бы бесцветным, но с оттенками недоверия голосом произнес Ксандер, — сидеть
Вмешался Дэниел:
— А никто и не говорит, что будет легко. Пора прекратить бесконечную вражду в нашем мире. К тому же сам факт того, что Лаусу удалось переманить на свою сторону членов из всех четырех домов, доказывает, что мы можем работать вместе.
— Неплохо было бы трудиться на благо нашего народа сообща, — добавила Калли, — чтобы построить общество, которое не уничтожало бы само себя.
Ксандер уставился на стену. По выражению его лица совсем нельзя было понять ни его эмоций, ни мыслей.
— Думаю, все вы очень наивны. Сотни лет ненависти и распрей не преодолеть одним щелчком пальцев, лишь потому, что мы четверо — лучшие друзья. Или потому, что вы трое нашли своих партнеров. Но я пойду за большинством… готов попробовать.
С этими словами он встал и вышел. Я чуть не поперлась за ним. В основном, чтобы наорать. Мне так нравилась эта группа и отношения между ее участниками. И впервые за много месяцев одиночество отступило. А он портил картину, пусть даже я частично и согласна с ним.
— Мама всегда говорит, что начать изменения легко… Просто решись и сделай первый шаг, — в присущей ей мягкой манере, сказала Майя. — Будь изменением, которого ты хочешь. Сколько угодно мы можем обсуждать то, чего хотим, но лишь мы сами в состоянии этого добиться. Думаю, чего ждет ваш народ — так это объединения младших и старших оверлордов всех четырех домов.
— Наш народ, — напомнил ей Чейз.
Она виновато ему улыбнулась:
— Точно. До сих пор привыкнуть не могу.
— Своих родителей я смогу убедить, — сказал Лексен.
— Я тоже, — добавил Чейз.
Дэниел хмыкнул:
— А я уже старший оверлорд, так что сами знаете, я в деле.
Повисла тишина. Все думали об одном и том же. Ксандер сказал, что не пойдет против большинства, так что, надеюсь, переманить своих родителей на нашу сторону ему тоже удастся.
— Но для начала нужно расшифровать карту и найти камень, так? — спросила я.
По какой-то причине я думала, что раз карта спрятана во мне, со своей частью задачи я должна справиться в первую очередь и понять как ее достать.
— Верно, — сказал Лексен и, все так же держа Эмму, поднялся на ноги. Он аккуратно поставил ее рядом с собой. — Первоочередная задача — обнаружить камень и предотвратить войну и гибель обоих миров. Затем найдем лучший способ изменить общество. Ведь судьба неспроста собрала нас вместе.
Становилось жутковато каждый раз, когда они вот так говорили о судьбе. Я не была религиозной, но верила, что есть силы, более могущественные, чем все человечество вместе взятое. Я постоянно взаимодействовала с Матерью Природой. Просто невозможно оседлать большую волну, ощущать мощь океана и не верить в существование чего-то большего, чем ты.