Домой
Шрифт:
Арсений Васильевич тронул его за плечо:
– Пойдем на улицу? – тихонько спросил он, – жарко тут.
Володя благодарно кивнул.
Они успели изрядно замерзнуть, прежде чем из гимназии вышла Нина с тетей Лидой.
– Папа, а ведь каникулы! – закричала Нина, подбегая к отцу, – каникулы!
– Каникулы. Пойдемте к нам сейчас? Отметим. И у меня для вас подарки есть небольшие…
Володя отпросился у мамы и прибежал к Смирновым. У них уже стояла огромная елка.
– Когда вы успели?
– Вчера – целый
– Очень!
– Смотри – там и твои камеры, и паровоз!
– А вот штаны и рубашка!
Они ходили вокруг елки, отыскивая знакомые игрушки.
– А вот и птичка!
– Точно, птичка.
– А что под елкой? – спросил Арсений Васильевич.
– Ты под елку положил? Так еще же не рождество!
– Ну и что, а у нас такое – маленькое. Мама говорила – как она говорила, Лида?
– Pikkujoulu, кажется.
Нина полезла под елку:
– Володя, давай со мной! Тут два свертка маленьких, а вот еще два больших.
– Маленькие от меня, большие от Лиды, – сказал Арсений Васильевич.
Володя осторожно вынул из кармана маленькую коробочку и положил под елку. Нина, сидя на полу около елки, рассматривала маленькие свертки:
– «Ниночке», «Володеньке»… Так, что у меня тут?
В ее сверточке оказалась маленькая куколка с набором одежды. Володя открыл свой.
– Ты у нас умница, Володя, так я тебе такую игру купил – как китайская головоломка, что ли… там и одному можно играть, и вдвоем, – сказал Арсений Васильевич.
– Спасибо большое!
– А в больших свертках что?
– А там от меня, – сказала тетя Лида, – доставай аккуратно, Ниночка – там пироги. С клубникой сейчас съедим, а с творожком Володя домой возьмет.
Володя смутился:
– Спасибо… так неловко!
– Что же неловко? – улыбнулась тетя Лида.
– А тут еще сверток! – крикнула Нина, – кому это?
– Это тебе, Нина, – сказал Володя, – ну, или всем… не знаю.
Нина открыла коробочку, оттуда выпала длинная лента.
– Это фильма, Нина, я нарисовал, – объяснил Володя.
– По Пушкину?
– Нет, это Чарская. Про Миру, помнишь?
Нина растерянно смотрела на мальчика:
– Ты мне такую фильму сделал?
– Да. Я потом покажу ее, через волшебный фонарь. Ну, или без меня посмотрите.
– Да как же без тебя! А давайте сейчас и смотреть? Мне очень хочется, – сказал Арсений Васильевич.
– И мне! – хором сказали Нина и тетя Лида.
Через несколько дней настал тысяча девятьсот семнадцатый год. На все каникулы Нина уехала в Галич – отец хотел проверить, в каком состоянии дом, повидать старых друзей, подышать воздухом.
Дом в Галиче был небольшой, но удобный. Арсений Васильевич сдавал его бездетной паре, когда приезжал, останавливался тут же в свободной комнате.
Сразу началась круговерть рождественских каникул. У Нины в Галиче
Как-то раз, возвращаясь от подружки, Нина заметила, что за ней идет высокий мальчик. Она остановилась и помахала ему рукой:
– Здравствуйте! Почему вы за мной идете?
– Мне кажется, я вас знаю, – смущенно улыбнулся мальчик, – вы же Нина, дочка Арсения Васильевича?
– Да, – улыбнулась Нина в ответ, – а вы?
– Я Алеша Иконников. Вы, наверное, меня не помните.
– Нет, – рассмеялась Нина, – простите, но совсем нет.
– Ваша мама дружила с моим отцом, – сказал мальчик, – мой папа – инженер здесь на заводе, а раньше работал в Петрограде, тогда еще Петербурге. Когда-то давно вы с вашим отцом приходили к нам в гости.
Нина задумчиво покачала головой:
– Не помню… Но это неважно, я буду рада снова начать наше знакомство. Вы тут так и живете?
– Да. А вы приехали на каникулы?
– Да. Вы спешите? Если нет, пойдемте к нам – повидаетесь с папой.
– Даже не знаю. Удобно ли это?
– Конечно, почему нет?
Арсений Васильевич Алешу сразу узнал:
– Алешенька, мальчик! Ну, как я рад… ты вырос, да немудрено – сколько же прошло лет?
– Три, – смущенно сказал мальчик, – да, наверное, три…
– Три года? А как же я вас не помню? – удивленно сказала Нина, – мы приезжали сюда три года назад, и я точно не была у вас в гостях, и вы не приходили.
– Я был один, – перебил ее Арсений Васильевич, – зашел к Алешиному отцу по делу. А ты была у них четырехлетней, поэтому и не помнишь, наверное. Ну, Алеша, расскажи, как родители, как ты, учеба?
– Папа по-прежнему служит на заводе, я в гимназии, уже в четвертом классе.
– Сколько же тебе?
– Тринадцать.
– Быстро бежит время, вот и Нине уже десять. Ну, что же? Давайте чай пить.
– Благодарю, но мне пора домой. Я не спросил позволения у папы.
– Понимаю, – кивнул Арсений Васильевич, – может быть, ты зайдешь к нам как-нибудь?
– С удовольствием, сегодня же поговорю с родителями.
– Ну вот и славно.
Алеша забежал на следующий день, сказал, что родители очень рады были бы видеть и Нину, и Арсения Васильевича, кроме того, они не возражают против того, чтобы он показал Нине Галич, покатался с ней на санках. Нина обрадовалась и собралась было в гости, но Арсений Васильевич виновато сказал, что в другой приезд непременно, а в этот раз уже не хватит времени. Нина удивилась, но спрашивать не стала.