Draco Dormiens

Кассандра Клэр

— Малфой, заткнись, наконец.

— Так да или нет?

Она со стуком швырнула щетку.

— Да! Понравилось!

— Ты уж разберись сама с собой, Гермиона, — зло сказал Драко. — Мы все-таки волшебники, а не мормоны.

— Я буду иметь это в виду, если решу выйти замуж за одного из вас.

Они смотрели друг на друга, закипая.

— Ты знаешь, что я хочу сказать, — мрачно сказал Драко.

— А может быть, я не знаю, — неприветливо ответила Гермиона. — Может быть, ты мне объяснишь.

Драко сверкнул на нее глазами

и получил в ответ такой же взгляд. Она всегда считала, что только Гарри способен по-настоящему вывести ее из себя, похоже, она ошибалась.

— Я не твоя девушка, — ядовито сказала она. — И не Гарри тоже. И позволь мне обратить твое внимание на то, что ни ОДИН ИЗ ВАС даже не намекал, что хочет быть моим парнем. Так что, если я захочу… сбежать с… Невиллом Лонгботтомом, это будет касаться только МЕНЯ, и никого из вас.

Драко перестал таращиться на нее и фыркнул:

— Ты в самом деле хочешь убежать из дому с Невиллом Лонгботтомом? Потому что Гермиона Лонгботтом звучит ужасно.

Гермиона почувствовала, как ее губы растягиваются в невольной улыбке. Драко облокотился на спинку ее кресла. Их лица отражались в зеркале, щека к щеке. Его темные волосы торчали во все стороны, похоже, он справлялся с ними не лучше, чем Гарри.

«Мы так хорошо смотримся вместе… — подумала Гермиона, и почувствовала, будто пузырек виноватого смущения всплыл откуда-то из живота и лопнул у нее в груди. — Возьми себя в руки», — велела она самой себе и принялась рыться в косметичке Нарциссы.

Кто-то постучал в дверь спальни, она открылась, и вошел Гарри. Гермиона не поверила своим глазам — таким уставшим он выглядел: под глазами черные круги, он был даже бледнее прежнего Драко. Но при виде ее он улыбнулся.

— Привет, — сказал он.

— Гарри, — спросила Гермиона. — С тобой все в порядке?

— Пока да, — ответил он. — А как ты?

— Прекрасно, — сказала она и поднялась.

Результат оказался совершенно неожиданным: у Гарри был такой вид, словно что-то ужасно тяжелое свалилось ему на голову — он буквально отшатнулся и уставился на нее.

— Гермиона, — проговорил он с теми же интонациями, что и Драко, — ты… выглядишь…

— Как? — спросила она.

Но Гарри будто растерял все слова. Он только стоял и смотрел.

— Похоже, он на какое-то время отключился, — сказал Драко. — Продолжим разговор?

Гермиона приняла решение: что бы ни произошло, она оставит это платье себе. Люций Малфой получит его только через ее труп.

— Конечно, — сказала Гермиона.

— Так о чем мы говорили? — спросил Драко.

— Об «Истории Хогвартса», — ответила, улыбнувшись, Гермиона.

Эти слова вывели Гарри из оцепенения. Он с удивлением посмотрел на Драко.

— Ты читал «Историю Хогвартса»?

— Ну и что в этом особенного? — удивился Драко.

Похоже, Гарри это не обрадовало.

— Если ты не знаешь, в чем дело, я не стану тебе объяснять, — заявил он.

Драко холодно взглянул на него.

—

Ты не можешь быть на приеме в таком виде, Поттер, — заметил он. — Как будто ты где-то валялся.

Гарри, нахмурясь, провернулся к нему.

— Уж извини, если я недостаточно опрятно выгляжу, Малфой, — огрызнулся он. — Я немного устал. Весь последний час я помогал твоему бедному папочке чистить его дурацкий кабинет.

Который, кстати, ты изгадил.

— Да, мне не стоило это делать, — ответил Драко с притворным раскаянием. — Наверное, мне надо было спокойно сидеть и не мешать ему РАЗДЕВАТЬ Гермиону И ТИСКАТЬ ЕЕ НА ПИСЬМЕННОМ СТОЛЕ! — он буквально выкрикнул последнюю фразу, и Гарри отпрянул от неожиданности. Его глаза остановились на Гермионе.

— Это правда? — с трудом выговорил он.

Гермиона закусила губу и кивнула.

— Я его убью, — сказал Гарри безо всякого выражения. — Как только мы освободим Сириуса. Я вернусь и убью его. И если я не смогу направить на него Авада Кедавра, я снесу ему башку одним из этих чертовых фехтовальных мечей.

Гермиона была настолько потрясена, что не могла говорить, она еще никогда не видела Гарри таким, ни разу, это ее напугало.

— Вообще-то это невежливо, — заметил Драко, — говорить об убийстве моего отца в моем присутствии. Ты не находишь, Поттер?

— Собираешься остановить меня, Малфой? — спросил Гарри. — Не советую.

Драко, который до этого навзничь лежал на кровати, медленно сел.

— А я советую тебе оставить это дело, — произнес он. — С Гермионой все нормально.

— С ней не все нормально, — возразил Гарри. — Когда всякие Малфои весь день пытаются залезть ей в трусы, что тут может быть нормального?

— Да пошел ты, Поттер! — воскликнул Драко, вскочив на ноги и выхватывая палочку, Гарри сделал то же самое, но Гермиона метнулась и встала между ними, возмущенная всем происходящим до глубины души.

— Я В ПОЛНОМ ПОРЯДКЕ! — заорала она. — У МЕНЯ ВСЕ НОРМАЛЬНО. И ЕСЛИ У КОГО ЗДЕСЬ И ЕСТЬ ПРОБЛЕМЫ, ТАК ЭТО У ВАС ДВОИХ!

— У меня проблем нет, — сказал Драко. Он улыбался совершенно ужасной улыбкой. Гермиона смотрела на него, не веря своим глазам — никогда в жизни она не видела такого выражения на лице Гарри; это было так странно — все равно, что увидеть Люция Малфоя, танцующим ламбаду в холле. — Это у него проблемы.

— Ох, Бога ради, хватит, — с отвращением произнесла Гермиона. Она вытащила из кармана свою палочку и воскликнула:

— Разоружармус!

Обе палочки противников подлетели ей в подставленную ладонь, и Гермиона спрятала их в карман. Мальчишки смотрели на нее в изумлении.

— Теперь, — продолжила она, — если вы хотите убивать друг друга, то придется делать это по старинке, с кровопролитием. Советую только вам обоим, пока вы колотите друг дружку, на мое платье не наступать и его не портить, потому что, если вы это сделаете, в этой комнате будет сотворена Черная магия. И сотворю ее я.