Дракончик Пыхалка
Шрифт:
А нужно сказать, что в квартире напротив жила продавщица из молочного отдела гастронома, по фамилии Авдохина. Это была жилистая усатая женщина с пронзительным голосом, которая умела кричать так громко, что даже Пирожков её боялся.
Авдохина и Пирожков всё время ссорились и нередко шпионили друг за другом в дверные глазки. Они были так похожи, что никак не могли ужиться.
Когда Авдохина услышала звонок, она подошла к двери и резко дёрнула ручку на себя. Незадолго до этого она слышала на лестнице возмущённый голос Пирожкова и теперь решила, что он пришёл ругаться. У Авдохиной на голове
— Ах так! — Авдохина со всей силой налегла на ручку. Но ей удалось только самую малость приоткрыть дверь. Этим она захлопнула дверь Пирожкова.
«Ага! — подумал Пирожков. — Они держат её снаружи! Вот он их и поймал! Теперь они не успеют удрать! Нужно только потянуть как следует!»
Он упёрся ногами в порог и принялся тянуть на себя. Авдохина почувствовала напряжение по ту сторону и, кряхтя, навалилась всей тяжестью на ручку.
Игра в перетягивание каната началась! Куклаваня стоял посередине между дверьми противоборствующих соседей, слишком низенький, чтобы его можно было увидеть в глазок, и с интересом наблюдал за происходящим.
Стоило Пирожкову или Авдохиной приналечь как следует на свою дверь, как она немного приоткрывалась. Но только на самую малость, так как верёвка было короткой. Авдохина и Пирожков были примерно равны по силе, и никто из них не мог взять верх.
— Ну держись! — воскликнул громко Пирожков. — Я тебя!
Авдохина услышала этот возглас и подумала, что это Пирожков не выпускает её из квартиры.
— Ах ты, чучело огородное! — прокричала она. — Вот я до тебя доберусь!
Пирожков узнал голос Авдохиной и во всём обвинил её. Он даже заподозрил, что это Авдохина каталась на лифте и дразнила его. Это было вполне в её вкусе.
— Вот я тебе задам, хулиганка! — проорал Пирожков сипящим от возмущенья голосом. — А ещё взрослая женщина! Я тебя вообще выселю отсюда через мэрию. В Кремль звонить буду! А ну отпусти сейчас же дверь!
Куклаваня посмотрел на Машу и тихонько спросил у нее, как ей нравится его новая игра. Маша возмущенно покачала головой и погрозила пупсу пальцем. Впрочем, она была рада, что ей удалось подшутить над Пирожковым, который очень досаждал её родителям.
— Отпусти немедленно дверь! Я тебе приказываю! — кричал Пирожков.
— Сам отпусти! — повизгивала Авдохина. Привлечённые шумом, из других квартир стали выглядывать люди. Игру пора было прекращать. Воспользовавшись минутной передышкой Авдохиной и Пирожкова, пупс отвязал от ручек верёвку, а сам вместе с Машей, кошкой и куклой Олей поднялся к себе в квартиру.
Там шалунишки приложили уши к двери и прислушались. Авдохина и Пирожков одновременно дернули свои двери, рассчитывая внезапным натиском захватить соперника врасплох, и выскочили на площадку, столкнувшись нос к носу. Каждый решил, что поймал другого на месте преступления.
Что было дальше, Маша не успела узнать, потому что папа и мама пришли домой из гостей. Девочка не хотела, чтобы родители знали, что она выходила из квартиры в их отсутствие. Тем более они бы не поверили, что все затеяла не она, а игрушечный пупс Куклаваня. Родители вообще часто многого не понимают, а
Нестрашная сказка для зайцев
Зайцы никогда не засыпали без сказки. Каждый вечер перед сном Маша или кукла Оля рассказывали им ставшие уже привычными истории про Красную Шапочку, Золушку или Кота в сапогах. Но в этот вечер Маши не было дома: она осталась ночевать у бабушки, а куклу Олю взяла с собой. Зайцы хныкали и не хотели ложиться спать без сказки. Под конец их нытье надоело Куклаване, который любил вечерком в тишине порыться в куче старых вещей у себя в ботинке.
— Всё! С меня довольно! Будет вам сказка! Ложитесь в кроватки и закрывайте глазки!
Пупс заложил руки за спину и принялся расхаживать по комнате. Зайцы тихо лежали в своих постельках-варежках и ждали обещанной Куклаваней сказки.
— Чем вам обычно забивает головы эта глупая кукла?
— Жил-был мельник, и было у него три сына. Старшему он оставил мельницу, среднему осла, а младшему кота в сапогах… — пролепетали зайцы.
Куклаваня расхохотался:
— Чем только не дурят детям головы! Пробовал я как-то обуть кошку Дусю, думал, она меньше будет царапаться, и что же? Дуська чуть всю вату из меня не вытормошила!.. Нет уж, дудки! Я расскажу вам другую сказку.
Зайцы навострили ушки.
У одного хозяина в квартире было очень много пыли. Пыль лежала на полу, на диванах и даже в закрытых ящиках стола. Как-то утром хозяин встал и увидел в пыли следы маленьких ножек, обутых в ботиночки с крошечными гвоздиками. Следы вели в кухню к сахарнице. Как будто ночью здесь прошли десять маленьких человечков.
Вечером хозяин положил на стол в кухне десять конфеток. Девять нормальных, а одну отравленную. Ночью конфеты исчезли. Вечером к сахарнице вели следы только девяти пар маленьких ножек.
На следующий вечер хозяин оставил на столе девять конфеток, а одну из них отравил. Утром он проснулся и насчитал только восемь пар следов.
Хозяин отравил ещё конфетку. Утром он обнаружил, что ночных гостей стало семь. Ещё одна конфетка — и человечков стало шесть. Он раз за разом оставлял на столе по отравленной конфетке, пока однажды не увидел один единственный след. Больше к сахарнице никто не приходил.
Куклаваня закончил сказку и посмотрел на зайчиков, надеясь, что они уже спят. Но Синеус и Трувор только тихо-тихо дрожали в своих кроватках-варежках.
— Расскажи нам лучше про Золушку, — попросили они.
— Ну хорошо. Напомните мне, про что там.
— Жила-была Золушка. Мачеха и две её дочери заставляли Золушку много работать и не разрешали ходить на бал во дворец. Во дворце жил принц… подсказали зайцы.
— А Золушке, стало быть, хотелось замуж, как нашей Дусе, — перебил пупс. Всегда одно и то же. Ну так слушайте продолжение. Золушке надоело, что её держат за дуру и мешают развлекаться. Она хвать хрустальной туфлей мачеху по лбу! Туфля, понятное дело, вдребезги. А потом Золушка заперла сестриц в подвале, а сама побежала на бал. Там она быстренько окрутила принца и обтяпала свое дельце.