Джекпот для лоха
Шрифт:
– Едут! – напряженным тоном сказал Иоганн.
Ему было видно, как распахнулись ворота и на площадь выкатились три черных «Гелендвагена». Они сделали круг, обогнув комбайн на пьедестале и дворника в оранжевом жилете и с метлой, остановились напротив главного входа в заводоуправление…
«Дворянин» Говоров мел двор. Когда на территорию завода въехали три черных джипа, Андрей догадался, что это и есть те самые московские «вивесторы», из-за которых ему выпала халтура. Три огромных сверкающих автомобиля на широких колесах обогнули
Наглухо затонированные машины плавно прокатились мимо Говорова и остановились у дверей заводоуправления. Он и представить не мог, какую роль сыграют приехавшие «вивесторы» в его судьбе.
В кабинет влетела Верочка, возбужденно выдохнула:
– С проходной позвонили: заехали!
– Проснулась! Без тебя знаем, – отмахнулся Малышев.
Через несколько минут в огромный директорский кабинет вошли трое солидных мужчин.
– Храмцов Семен Борисович! – представился первый, самый старший, и все поняли, что он и будет вести переговоры.
– Олег Сергеевич! – назвался второй, помоложе. И внушительно добавил: – Директор по развитию.
– Палыч! – буркнул третий и тут же поправился: – Дмитрий Палыч…
Фёдоров задержал на нем внимательный, опознающий взгляд.
После знакомства, рукопожатий и уверений, что всем все очень приятно, тиходонцы и москвичи сели за стол переговоров. Были произнесены все положенные дежурные фразы, после чего Малышев сказал:
– Давно вас ждем, коллеги. Чем же вы нас обрадуете?
Директор говорил «коллеги», но обращался к Семену Борисовичу – чувствовал в нем главного. Семен Борисович посмотрел на Олега Сергеевича и сказал:
– Наш директор по развитию сейчас все объяснит.
«Директор по развитию» больше походил на серьезного бандита. Но сейчас вместо того, чтобы вытащить пистолет, он только кивнул, потом раскрыл ноутбук, окинул сельхозмашевских внимательным взглядом и абсолютно невыразительным голосом произнес:
– В сентябре группа наших экспертов тщательно изучила положение дел на заводе. Собранные материалы были подвергнуты комплексному анализу. Выводы, господа, таковы: инвестиции в открытое акционерное общество «Сельхозмаш» следует признать… не представляющими интереса.
В зале стало очень тихо, а потом «красный директор», который начинал тридцать лет назад токарем, одновременно учился на вечернем в техникуме и жил в пьяной общаге, а через пять лет выбился в мастера и получил восьмиметровую комнату в малосемейке, а потом стал… В общем, генеральный директор «Сельхозмаша» Юрий Сергеевич Малышев сплюнул на пол и, соблюдая все правила хорошего тона и этикет деловых
– Так какого фуя вы сюда ехали? На фиг комедию ломать, совещания устраивать? Сказали бы по телефону – идите на фер с вашими инвестициями!
Храмцов невозмутимо поправил узел галстука:
– Вы абсолютно правы, Юрий Сергеевич. Для того, чтобы сказать вам о выводах наших экспертов, необязательно было ехать из Москвы в Тиходонск. Тем не менее мы здесь.
Руководитель московской делегации сделал паузу.
– Мы хотим сделать вам серьезное деловое предложение.
– Это какое же? – спросил Малышев напряженно.
– Весьма выгодное для вас. Мы предлагаем вам продать завод.
– Продать? – повторил Малышев. – Завод?
– Именно. «Консорциум» готов приобрести «Сельхозмаш».
Директор поднял брови. Главный инженер побледнел. Лицо коммерческого директора, напротив, – побагровело.
Храмцов сказал:
– Мы прилетели, чтобы обсудить условия.
– Ус-ло-ви-я? – медленно, по блатному растягивая слоги, произнес коммерческий директор Фёдоров, точнее, сидящий в его оболочке Уркаган.
Надо сказать, что приехавший директор по развитию сразу почувствовал в нем своего, и директора новой эпохи обменялись многозначительными взглядами распознавания.
– А с чего ты взял, что мы собираемся с тобой что-то обсуждать? – Уркаган перестал сдерживаться и изо всей силы ударил кулаком по столу. Ручки выскочили из мраморной подставки и разлетелись по полу.
Семен Борисович поморщился:
– Зачем так? Это же бизнес. Бизнес, и ничего личного. Вы ведь даже не выслушали наши пред…
– Вон! – рявкнул Уркаган. – Пошли на хер!
Храмцов пожал плечами, кивнул своим спутникам. Олег Сергеевич закрыл ноутбук, спрятал в кейс. Сторожко глядя по сторонам, поднялся Палыч. Он явно ожидал неприятностей. Собственно, именно в этом и состояла его работа. Ожидать неприятностей и предотвращать их.
Фёдоров вскочил из-за стола, опережая гостей, подбежал к двери, резко распахнул, так что она стукнулась о стену. Испуганно вскинулась секретарша в приемной.
– Вон отсюда! – рявкнул он еще раз.
Трое солидных мужчин вышли из кабинета.
– Грубо и неинтеллигентно, – сказал Семен Борисович.
– Лохи периферийные, – не очень понижая голос, бросил в пространство Палыч.
Фёдоров крикнул им вслед:
– От мертвого осла уши вы получите, а не завод!
«Гости» уходили, и эхо катилось по пустому коридору.
Андрей увидел, как из дверей заводоуправления вышли «вивесторы». Удивился – что-то быстро они закончили переговоры. На втором этаже распахнулась створка окна. Оттуда высунулся коммерческий директор Фёдоров и закричал:
– От члена ушки! Понял, бля?
Андрей подумал, что главный инженер, кажется, нетрезв. Один из москвичей обернулся и поднял голову. Он широко улыбнулся Фёдорову. Окно на втором этаже затворилось.
Мягко, почти неслышно хлопнули дверцы, «Гелендвагены» двинулись в сторону ворот. На этот раз они огибали площадь против часовой.