Эндер в изгнании
Шрифт:
– Никогда в жизни, – заявил Эндер. – Для меня вы полковник Графф, и это уже не изменить.
– Ладно, не важно. Я скончаюсь до того, как ты достигнешь пункта назначения.
– Это кажется несправедливым. Летите с нами!
– Я должен остаться здесь, чтобы закончить свою работу.
– А я свою работу сделал.
– Совсем в этом не убежден, – сказал Графф. – Та работа, которую мы тебе поручили, действительно закончена. Но ты еще даже не знаешь, в чем будет состоять твоя новая работа.
– Знаю,
– Тем не менее предложение ты принял.
Эндер покачал головой:
– Я принял должность. Когда я доберусь до колонии, тогда и посмотрим, какой из меня будет губернатор. У лидера ровно столько власти, сколько предоставляет его окружение.
– И все же ты предпочел провести полет бодрствуя, а не в стазисе.
– Это лишь пара лет, – пожал плечами Эндер. – Когда прилетим, мне будет пятнадцать. Думаю, я немного подрасту.
– Надеюсь, у тебя в дороге будет что почитать.
– В корабельной библиотеке для меня пятнадцать тысяч книг, – сказал Эндер. – Но важно, что вы будете пересылать нам по ансиблю всю информацию по жукерам, которая будет накапливаться, пока мы будем в пути.
– Разумеется, – ответил Графф. – Ее мы будем рассылать всем кораблям.
Эндер слегка улыбнулся.
– Ладно, да. Конечно, я буду пересылать ее и непосредственно тебе. А в чем дело? Боишься, что капитан попытается контролировать твой доступ к информации?
– А вы на его месте разве не попытались бы?
– Эндер, я бы никогда не позволил себе попытки контролировать тебя против твоего желания.
– Последние шесть лет вы только тем и занимались.
– И загремел за это под суд, если помнишь.
– А наказанием для вас была та должность, которую вы всегда хотели. Так-так, дайте-ка поразмыслить… Министр по делам колоний не спускается на Землю, чтобы не оказаться во власти Гегемона. Остается в космосе, устраиваясь в Межзвездном флоте. Даже если Гегемон сменится, вас это не коснется. А если они вас уволят…
– Этому не бывать, – сказал Графф.
– Вы так в этом уверены?
– Это не предсказание, а намерение.
– Сэр, вы шедевральны, – сказал Эндер.
– Кстати, раз уж мы заговорили о шедеврах, – откликнулся Графф, – ты слышал, что Демосфен ушел со сцены?
– Тот парень в Сети?
– Я говорю не о греческом ораторе, авторе «Филиппик».
– Если честно, мне без разницы, – сказал Эндер. – Это всего лишь Сеть.
– Сеть вообще и статьи этого демагога в частности были полем боя, и в итоге ты проиграл, – заметил Графф.
– А кто сказал, что я проиграл? – спросил Эндер.
– Туше! Но я хотел сказать, что человек, стоящий за этим псевдонимом, на деле куда моложе, чем многие представляют. Так что исчезновение
– Он станет колонистом?
– Не правда ли, странный выбор? – сказал Графф таким тоном, будто, на его взгляд, в этом ну совершенно ничего странного не было.
– Пожалуйста, не говорите мне, что он полетит на моем корабле.
– Юридически это корабль адмирала Квинси Моргана. Ты не получишь власть, пока не ступишь на землю своей колонии. Таков закон.
– Как всегда, вы уходите от ответа.
– Да, Демосфен полетит на твоем корабле. Но, разумеется, в списках не будет пассажира с таким именем.
– Вы старательно избегаете использования местоимений мужского рода, – заметил Эндер. – Значит, Демосфен – женщина.
– И ей не терпится тебя увидеть.
Эндер обмяк в кресле:
– О, сэр, пожалуйста!
– Но это не твой обычный поклонник, Эндер. И раз уж она тоже не собирается ложиться в стазис на весь полет… Думаю, тебе захочется заранее с ней познакомиться.
– Когда она прибывает?
– Она уже здесь.
– На Эросе?
– В моей уютной маленькой приемной, – сказал Графф.
– Вы хотите, чтобы я встретился с нею сейчас? Полковник Графф, мне не нравится ничего из того, что она писала. И результаты этой писанины мне тоже не нравятся.
– Отдай ей должное. Она предупреждала мир о попытках Варшавского договора получить контроль над флотом задолго до того, как эту угрозу стали воспринимать всерьез.
– А еще она капала всем на мозги, как Америка завоюет весь мир, стоит ей только получить меня.
– Об этом ты сам сможешь ее расспросить.
– Не имею таких намерений.
– Позволь открыть тебе простую истину, Эндер. Все, что она о тебе писала, было продиктовано единственной ее заботой – защитить тебя от того кошмара, который устроили бы люди на Земле, пытаясь использовать тебя или уничтожить.
– Я бы с этим справился.
– Нам этого никогда не узнать, верно?
– Я знаю вас, сэр, – и то, что вы только что сказали, вновь подтверждает: за всем этим стояли вы. Вы не позволили мне вернуться на Землю.
– Если честно, нет, – ответил Графф. – Хотя я всецело это поддерживал, да.
Эндеру хотелось заплакать, просто от морального опустошения.
– Потому что вы лучше меня знаете, что в моих интересах.
– Эндер, я считаю, что ты мог бы справиться с любыми трудностями – кроме одной. Твой брат Питер намерен править миром. Тебе пришлось бы стать либо инструментом в его руках, либо его врагом. Что бы ты предпочел?
– Питер? – удивился Эндер. – Вы серьезно думаете, что у него есть шанс?