Если, 2011 № 05
Шрифт:
Адоба покачала головой.
— Похоже, мы и впрямь совершили подвиг… В особенности Арчер. Ископам понравились наши поступки. Но наши товарищи из батальона — что они-то сделали не так? Ведь им просто не дали возможности направиться сюда.
— Прометей, — напомнила Ариана. — Прометей и легионы демонов.
— Что-что? — переспросил Сингх.
Глаза Арианы расширились и стали неправдоподобно огромными, совсем как у какого-нибудь мультипликационного персонажа в минуту трагического изумления. В глубине их Джонсон увидел свет внезапного озарения.
— Ископы верят, что злых и добрых людей можно различить по их делам. Они испытывали Арчер точно так же, как
Сингх смерил ее взглядом. Выражение его лица было угрюмым и сосредоточенным.
— Потому что вы думали: у богов могут быть похищены только магические предметы или фундаментальные теории. Вам и в голову не приходило, что речь может идти о таких простых, повседневных вещах, как умение пользоваться инструментами и приборами. Но ископы решили: люди пытаются развратить их и, следовательно, являются противниками богов.
— Да… — голос Арианы прозвучал как самый тихий шепот. — Да. Ископы уничтожили все, что мы принесли на их планету, чтобы спасти свои… души. Когда они использовали наше оборудование против нас… и против вас, «рука демона поразила самого демона». Об этом тоже говорится в одном из их древних мифов. Приземлившихся в Эмити солдат ископы сочли врагами, явившимися спасти пособников Прометея. В конце концов, это ведь мы вызвали помощь, не так ли? В их представлении вы явились, чтобы снова завладеть тайнами богов, а значит, такие же демоны. То, что случилось в Эмити… для ископов это, наверное, выглядело как Армагеддон.
— Железная саранча, спустившаяся с небес… — пробормотал Гольдера. — Не удивительно, что они дрались, как сумасшедшие.
— Несмотря ни на что, ископы чувствовали себя обязанными дать некоторым из вас возможность доказать: вы не демоны, а посланцы света, которые прячутся между злыми духами точно так же, как злые духи скрываются среди богов. Они оставили нас в живых для того, чтобы посмотреть, поспешите вы к нам на помощь или попытаетесь вновь завладеть божественной силой. А самое главное, что на станции в этот момент оказались невинные дети. Когда ваша группа направилась сюда, ископы впервые подумали, что, быть может, ваш отряд все-таки сражается на стороне светлых богов. Ну а потом… Вы вели себя как герои — как настоящие ископские герои. Вы смеялись перед смертью и сражались, не щадя себя, чтобы спасти детей. Когда вас атаковали превосходящие силы противника, вы не дрогнули. Тогда ископы захватили одного из вас для последнего, решающего испытания, и мисс Арчер с честью его выдержала. Отказавшись выдать мучителям тайное знание, она вела себя совсем не как Прометей. Напротив, готова была защитить секреты богов любой ценой — даже ценой собственной жизни. Именно это окончательно убедило ископов в том, что вы, ваша маленькая группа — подлинные
Адоба устало прислонилась к стене.
— Допустим, все так и есть, как вы говорите… Но что будет теперь? Нас все равно убьют или?..
— Разве вы не видели, что сделали ископы? Этот церемониальный салют копьями, которые они оставили воткнутыми в землю… Он означает, что ископы сдались.
Джонсон не сразу заметил, что от изумления у него отвисла челюсть.
Сингх первым пришел в себя.
— Они… сдались? Нам?
— Да, сержант.
— Погодите, погодите!.. — вмешался Насер. — Если они сдались, значит, мы победили?
— Именно так. Или, точнее, победили защитники богов, но поскольку защитники богов — это вы… В общем, для нас эти тонкости особенной роли не играют. Кроме того, «сдаваться» — человеческий глагол; ископы назвали бы это «признанием превосходства в борьбе». Иными словами, хотя они и признают, что победа осталась за вами, подчиняться вашим приказам и распоряжениям ископы не станут. Кроме того, это не военная, а моральная, духовная победа, одержанная потому, что вы сражались на правильной стороне. А теперь борьба окончена.
— Как все сложно, — заметил сержант, глядя на заваленный мертвецами пол в зале, на горы трупов во дворе и на подступах к нему. — Жаль, никто не догадался обо всем этом чуть раньше, — добавил он, бросая взгляд в направлении расположенного за холмами Эмити. — Это могло бы сберечь немало жизней — и человеческих, и ископских.
— Раньше мы просто не могли ни о чем догадаться, — отозвалась Ариана. — У нас с ископами слишком разные моральные и культурные ценности, слишком разный образ мышления. Только встретившись с вами, поговорив с вами, увидев ваши поступки, я начала понемногу догадываться, как все это может выглядеть с точки зрения аборигенов.
— В самом деле, — добавил Джонсон, — гражданские исследователи вызвали солдат, только когда ситуация стала по-настоящему критической, Не было бы этого кризиса, не было бы чрезвычайных обстоятельств — и люди еще долго оставались бы в неведении относительно того, как на самом деле относятся к ним аборигены.
— Примерно так. — Ариана устало кивнула. Казалось, силы окончательно ее покинули. — Если бы эта планета была университетским городком или исследовательским центром, где все люди думали бы так же, как мы сейчас, тогда все было бы иначе. Но ученые подходили к ископам исключительно с людскими мерками. Слава богу, сейчас все изменилось.
Джонсон покачал головой.
— Я не согласен. Ископы, конечно, не похожи на нас, но они сделали ту же ошибку, что и мы: вместо того чтобы как следует разобраться в людях, они просто встроили нас в свою мифологию. На Имтепе уже погибло немало людей и еще больше ископов, но аборигенам по-прежнему невдомек, зачем вы, ученые, или мы, военные, прилетели сюда на самом деле и почему мы поступили так, как поступили. Им только кажется, будто они это понимают, но в действительности… вряд ли.
— Что я вам всегда толковал, парни? — проговорил сержант Сингх, тяжело опускаясь на ближайшее кресло. — Ошибки всегда оплачиваются человеческими жизнями. На мой взгляд, это чертовски высокая цена.
— Столько солдат погибло, — вздохнула Ариана. — И это была наша вина.
— Даже если так, вы дорого заплатили за ошибку. И за победу. Ну что ж, мы, по крайней мере, остались в живых. — Он сделал знак Адобе. — Ну-ка, подай мне этот передатчик. Нужно выяснить, где сейчас кавалерия. Возможно, спасатели уже близко.
Гольдера рассмеялся, чувствуя, как от невыразимого облегчения кружится голова, и окружающее начинает плыть перед глазами.
— Представляю, как они ринутся сюда, чтобы нас спасать, а вы им скажете: «Не нужно, ископы уже сдались». Что, по-вашему, сделает генерал?