«Если», 2012 № 02
Шрифт:
Наверное, героев монографии этот подход вполне бы устроил. Во всяком случае, взгляды Б.Н.Стругацкого на писательские жизнеописания хорошо известны: «Я всегда полагал (и полагаю сейчас), что жизнь писателя — это его книги, его статьи, в крайнем случае — его публичные выступления; все же прочее: семейные дела, приключения-путешествия, лирические эскапады — все это от лукавого и никого не должно касаться…». И хотя соавторы еще в первой главе шутливо отстраняются от этих «директивных указаний», создали они именно творческую биографию, а не сплетение фактов обыденной жизни.
Книга Скаландиса обращена преимущественно к знатокам или
В последние два десятка лет литературоведческие работы — большая редкость в нашем любимом жанре. И появление подобной монографии — реальный вклад в отечественное фантастиковедение.
Игорь Гонтов
Антитеррор-2020. Сборник
Москва: Эксмо, 2011. — 448 с.
(Серия «Русская фантастика»)
5000 экз.
Хорошее дело — сборник, в котором правда всегда на стороне тех, кто корчует террор, и никогда на стороне тех, кто его разжигает. Даже ради самых благих идей, даже во имя очередного «правильного» будущего… Очень верно выразился один из авторов: «Нельзя во имя будущего лишать будущего других людей».
В литературном смысле выделяются три текста, авторы которых сумели преодолеть обычную для подобного рода сборников хворь — выложиться в упражнении на заданную тему и… больше ничего. Куда интереснее использовать эту самую «заданную тему» как предлог поговорить о вечных проблемах. Работа спецов по антитеррору служит в этих случаях всего лишь предлогом для разговора о причудах человеческой сущности, испытываемой на разрыв. Кирилл Бенедиктов в повести «Зайиб» продолжает историю Ардиана Хачкая, центрального персонажа его же романа «Путь шута». Текст хорош тем, что представляет собой, помимо картинок борьбы с террористами, еще и «кадр» из жизни маленького человека, перерастающего в грозную величину — своего рода эзотерическое путешествие по картам Таро.
Леониду Каганову впору давать за рассказ «Магия» Булычевскую премию. Он предложил парадоксальную идею: стать убийцей ближнего, т. е. террористом, в его мире может каждый. Без особых затруднений! Но право на убийство, дарованное людям, как водится, из самых благих намерений, превращает планету в ад. Каганов вежливо напоминает читателю: к лучшему убийством никогда и ничего исправить нельзя.
Составитель Сергей Чекмаев в рассказе «Четыре страницы из черной тетради» предлагает выбор: пусть террористы прикончат одного, если его жизнь стоит многих сотен других жизней… Пусть? А если это твой ребенок?
Тексты неравноценны: есть сильные, есть, мягко говоря, средненькие. Но общий уровень сборника заставляет говорить о нем, скорее, как об удаче.
Дмитрий Михайлович
Ник Перумов, Вера Камша
Млава красная
Москва:
60 000 экз.
Роман в жанре альтернативной истории. Авторы явились к старту во всеоружии: у Перумова — богатейший опыт в конструировании вселенных, у Камши — мощная историческая база и талант к закручиванию сюжета. «Маховиком» здесь являются пограничный конфликт на реке Красная Млава и демонстрация силы в качестве увещевания притеснителей православной веры.
Что имеем? Серьезная геополитическая перестройка матушки-России. Перенос столицы с берегов Невы на берег Ладоги, василевсы вместо царей. Заслуживает уважения внимание авторов к деталям: оружию и одежде, именам и топонимам. Очевидна серьезная работа над проектом. Но главным критериев оценки жанрового текста является его увлекательность. А вот с этим, увы, есть проблемы. У Ника Перумова, как и во многих прежних текстах, чересчур пылкая любовь к затяжным описаниям сражений и бесконечным диалогам; у Веры Камши — некоторая тяжеловесность слова и обилие «литературных излишеств», свойственное авторам с историческим образованием. Серьезные различия в стилистике текста нарушают плавность повествования. Большое количество персонажей также не идет на пользу роману. Гусары и солдаты, генералы и светские львы получились живыми, но все же типовыми, словно срисованными с хорошей, но уж слишком популярной кальки. Кроме того, длинная чреда второстепенных фигур не дает возможности как следует сосредоточиться на характерах главных героев. В итоге центральным образам недостает выразительности.
Еще одна гиря на чашу «contra» — нарушение баланса между большим и малым. Доминирование описаний событий великих и грозных над бытописанием обычной жизни с ее радостями и горестями неизбежно создает эффект отстраненности. Все это, думается, вызвано тем, что двум ярким, талантливым авторам тесновато в одной упряжке.
Николай Калиниченко
Джеймс Сваллоу
Deus Ex: эффект Икара
СПб.: Азбука, 2011. — 352 с.
Пер. с англ. О. Ратниковой.
4000 экз.
В 2000 году вышла культовая НФ-игра «Deus Ex», главный герой которой — агент антитеррористического подразделения ООН Джей Си Дентон — втянут в водоворот интриг и заговоров правительств и международных корпораций. Спустя 10 лет вышел приквел «Deus Ex: Human Revolution», ставший продолжателем традиций оригинала. И вот теперь появилась первая книга, действие которой развивается в той же игровой вселенной. Перед нами не продолжение игры, а приквел.
Сюжет книги рассказывает о приключениях сотрудника спецподразделения правительства США Анны Келсо и бывшего наемника Бенджамина Саксона, «неосторожно» перешедших дорогу отряду киллеров «Тиран» и загадочной «Группе» — организации, тайно управляющей человечеством. Путешествие обещает быть захватывающим. Еще бы! Штурмовая операция в центре Москвы, освобождение из грузовика для перевозки заключенных, рукопашная с тремя киборгами, да еще на борту самолета, полет на дирижабле, взрыв огромной яхты в центре Женевского озера, загадочные иллюминаты, попивающие шампанское в ресторане на Эйфелевой башне…