Газлайтер. Том 14
Шрифт:
«И что, что девушка?! — возмущается она, но сразу исправляется. — Ладно-ладно, отхожу».
— Хватит, — вскидывает Светка руку, и новобранец едва не прыгает от облегчения, что экзекуция наконец-то закончилась.
Новичков, таким образом, основательно окунули в нашу атмосферу. Теперь они хорошо знают, с кем имеют дело, и вряд ли осмелятся вести себя так же дерзко, как в начале. Эти ребята — из той породы, что сначала проверяют границы, стараясь понять, как далеко можно зайти, но как только им показывают предел, они уже не рискуют его переступать.
Оставив
Только мы выходим из бизнес-джета, как у трапа нас встречает Степан, а рядом с ним стоит шеренга рядовых с букетами роз.
— Заглянул, наконец, пропащий граф! — радостно кричит отчим, вручая цветы блондинке. — Светик, привет! Хороша, как всегда!
— Спасибо, Степан Тимофеевич, — Светка радостно утыкается лицом в цветы, наслаждаясь их ароматом.
— Ммм, сударыни, а вас раньше я не видел. Вы что, новенькие? — с прищуром осматривает он Гересу и Настю, но всё же не забывает вручить им букеты.
— Новенькие в чем? — озадаченно спрашивает иномирская богатырша, не зная, что делать с розами и зачем они вообще нужны. В Заиписе женщинам цветы не дарят.
— В гареме нашего графа-падишаха, конечно, — с ухмылкой отвечает Степан своим фирменным «папашкиным» юморком.
Мне хочется сделать фейспалм, но я держусь. Настя краснеет и, как обычно в таких ситуациях, нервно теребит лямку своего топика. А Гереса хмурится и касается переговорного амулета на груди.
— Кажется, эта штука неправильно перевела. Что значит это слово? — с подозрением спрашивает она, бросая требовательный взгляд на полковника.
— Это значит «боевая дружина», — объясняю я мигом.
— А! — расслабляется воительница. — Да, нынче я служу конунгу Филину.
— Кто бы сомневался, — с подмигиванием замечает Степан. — Конечно, служите… Ну что, пойдемте, карета уже подана!
— Какая еще карета? — удивляюсь я. — Нам нужно к ближайшему порталу, у меня дела в Заиписе.
— Вечером отправишься к своим иномирянам, — возражает полковник. — Мать стол накрыла, ждет-не дождется своего любимого сына. Не хочешь же ты её расстроить? Столько времени не виделись.
Чувствую, как на пальцах зачесались фантомные перепонки! А ведь такой исход стоило предусмотреть. Эти слова «Не хочешь же её расстроить» — чистой воды манипуляция, но что тут поделаешь? В глубине души понимаю, что и правда не хочу.
— Ну ладно, на часик можно заехать, — вздыхаю, уступая.
И вот мы уже в новом, просторном доме Степана, наслаждаемся пирогами, поднимаем бокалы, а моя мама, заметно округлившаяся, довольно улыбается. Часик быстро превращается в три с половиной, и когда на улице начинает смеркаться, приходится остаться на ночь. Всё-таки мамина стряпня божественна, даже если она, будучи в положении, готовила её с помощью слуг, чутко руководя процессом.
Решаю провести ночь у родителей. Дом большой,
— Даня, так здорово! — улыбается Настя, когда мы вдвоем выходим на летнюю веранду подышать свежим воздухом. Она потягивается, её плоский загорелый живот блестит в свете луны словно бронза. — Твоя мама готовит лучше моей.
— Жанна Валерьевна умеет готовить? — удивляюсь.
— Конечно! Особенно у неё хорошо получается заказывать салат с морепродуктами из «Метрополя», — шутливо отвечает Настя.
Я усмехаюсь. Вдруг оборотница подходит ближе, её глаза становятся большими и влажными, и в этот момент кажется, что воздух сам по себе наполняется каким-то волшебством. Но тут звонит Студень, и весь момент словно развеивается. Настя смущенно отходит в сторону.
— Что? — спрашиваю в трубку, не скрывая раздражения.
— Шеф, на крепость напали.
Мои перепонки! Да ни на день нельзя оставить!
Глава 6
Напросились
Волколакград, Ликания
— Ты облажался, — припечатывает принцесса Айра, словно ставя точку в разговоре. Если, конечно, можно припечатать того, кого не видишь.
Похоже, что нельзя: голос Белюги, доносящийся из связь-артефакта, остаётся неизменно безэмоциональным и ровным:
— С чего вы взяли, Ваше Высочество?
— Раз гвардейцы Филинова без труда перехватили твоих тайных убийц, значит, ты облажался! — раздражённо поясняет Айра, сдув упавшую на лицо челку. — Разве не так?
— Это был всего лишь пробный камень, — спокойно отвечает Белюга. — Я отправил кхаджитов, опытных скрытных шпионов. Они потерпели неудачу. Но теперь у меня есть представление о том, насколько надёжна система безопасности в доме Филинова.
— И?
— Она весьма надёжна, поэтому я прошу ещё четыреста унций сверх оговоренной оплаты. Конунг Данила слишком опасен. Мне понадобится больше людей.
— Р-р-ра… — тихо рычит Айра, сжав кулаки. — Ладно! Но ты собираешься и дальше вытрясать из меня деньги или всё-таки займёшься делом?
— Я буду дальше прощупывать слабые места конунга, — наёмник проигнорировал язвительный тон принцессы. — Причём с временными промежутками, чтобы он успевал расслабиться и ничего не заподозрил.
— Я жду отчётов, — резко бросает Айра. — Доводи до меня каждый промежуточный результат. Ты понял, альбинос?
— Конечно, Ваше Высочество, — спокойно отвечает Белюга, ни капли не задетый обидным словом.
После окончания разговора принцесса, взвыв, падает на кровать. От ярости сминает подушки и прижимает их к груди. Ну Данила! Ещё четыреста унций! Она хотела как можно скорее покончить с конунгом и забыть его, а вместо этого попала в кабалу! Теперь не купить то платье, инкрустированное изумрудами, которое она присмотрела на прошлой неделе! Вместо этого придётся снова мучиться мечтами о том, как Даниле отрывают голову и его наглая ухмылка наконец-то меркнет.