Город Сонный
Шрифт:
– Хм, а может… Стоило еще раньше ему написать! – подумала девушка, огорчительно вздохнув.
«Здравствуй. Все в порядке. Какие еще прятки?» – спросила в ответном сообщении Кира
«Делимся на две команды. Одна ищет – другая прячется. Ставим таймер. Если первая команда находит всех за это время – ей все бабки. Мы по определенной сумме скидываемся. Прятки на психушке. Каждый год играем».
«Впервые слышу. Скоро стемнеет. Но звучит интересно… Однако у меня пока что нет лишних денег».
«Да, будем с фонариками бегать. Приходи. Я за тебя вкину».
«Слушай,
«Перестань, это я просто джентльмен. Ты мне ничего не должна. Но я хоть на тебя посмотрю, давно не видел».
«Ты наконец раскроешь свою личность?» – с надеждой написала Кира холодными пальцами, продолжая идти. Похолодало. Ускорила шаг.
Администратор ничего не ответил по этому поводу, лишь назвал время и сказал, чтобы Кира подошла к парню, который будет судить, и назвала свою фамилию.
Дома Темная сходила в душ, что-то съела и побежала тепло одеваться.
***
Прятки на заброшенной психушке – ежегодное неформальное событие для «своих». В духе «ралли», которое проходило этим летом. Попасть туда можно только через знакомых. Школьников или мимо проходящих не пускают: таковы правила.
Кира Темная зашла в полуразрушенное мрачное и холодное помещение. На первом этаже, у бывшей стойки регистрации, стояли парни и пара незнакомых девчонок. На нее даже не посмотрели: они лениво обсуждали предстоящую пьянку у кого-то в гостях. Все в удобной черной одежде – одна Кира в пальто. Верилось, что будет удобно бегать. На стойке расслабленно сидел светловолосый улыбчивый парень с телефоном, рядом с ним лежали светоотражающие ленты. Десять штук.
– Привет, я поиграть, – сказала девушка, подойдя к нему. Стоило подать голос, и на нее заинтересованно посмотрели. Кира окинула резким взглядом народ, надеясь вычислить администратора, но увы, даже примерно не представляла, на что стоит обратить внимание, чтобы угадать эту личность.
И его среди ребят не было. Так хорошо. В голове бились противоречия от невозможности определиться, чего же больше всего хотелось: не встретить чудовище или встретить таинственного владельца группы.
Светловолосый парень оторвал взгляд от телефона и оценивающе посмотрел на девушку.
– Эм, ты кто? – спросил он с толикой презрения.
– Кира. Кира Темная, – произнесла уверенным тоном.
Выражение лица блондина переменилось, он улыбнулся, хмыкнул. Посмотрел на нее уже другими глазами. Прищурился, усмехнулся.
– Интересные люди за тебя вкидываются.
– Кто же? – с нетерпимостью и надеждой…
– Человек попросил остаться анонимным, – ответил парень. – Правила знаешь?
– Не совсем.
– Смотри. Сейчас еще человек подойдет – поделимся на команды, – рассказывал парень, смотря на Киру. – Одна команда ищет – другая прячется. У нас в распоряжении три этажа. На четвертый и чердак не лезем: там не безопасно. Те, кто прячется, крепят на предплечья ленты. Те, кто водит, должны ленты сорвать. На старте дается тридцать секунд, чтобы убежать и спрятаться. На поиски дается двадцать минут. Это
– Ясненько, – кивнула скромно Кира. – Когда начало?
– Через, эм… минуту. О, Лев, ты где ходишь? – сказал парень, пожимая руку кучерявому парню и спрыгивая со стойки. Обратился ко всем:
– Ребята, кучкуемся, подходим ко мне!
Блондин поделил всех через одного, расставил по обе стороны. Кира оказалась в команде тех, кто прячется – им судья раздал светоотражающие повязки. Рядом с ней стояли еще девять незнакомых человек. Между собой знакомы они были, судя по разговорам. Кира даже кого-то видела в городе, визуально помнила, но не настолько, чтобы заговорить. Она надеялась, что ее никто не узнал, так как после инцидента в комментариях девушка стала местной звездой. Или ей так казалось.
Играли не все: пара друзей блондина остались сидеть рядом с ним, включили негромко музыку. Видимо, чтобы тому нескучно было.
– Никого насилия! Все цивилизованно! Если поймали – не надо убегать и вырываться, когда ленту срывают. Ясно? У нас тут девочки, вообще-то, – сказал ведущий и скосил взгляд на Киру. – Уже практически стемнело. Первая группа. Итак, зажигаем фонарики – я жду.
Ребята включили на телефонах огоньки, напряглись.
– На счет три разбегаетесь. Я включаю секундомер, и у вас тридцать секунд! Итак, готовы?
Народ подтвердил готовность.
Кира замерла, чувствуя, как с каждой цифрой закипает кровь от адреналина.
– Раз… Два… И… Три! Марш!
Сорвались.
– Раз! Два! Три! Четыре! Пять… Шесть… – отсчитывал секунды судья. Голос пропадал и терялся в топоте, смехе и резких: «туда!», «нет, туда!», «ты туда, ты со мной!».
Главное – успеть спрятаться, главное – не выдать себя. Они бросались кто куда, а кто-то перебегал из угла в угол. Добравшись до третьего этажа, девушка, шумно дыша, забежала в одну из пустых палат. Под ногами хрустел разбитый кафель. Голое помещение. Одни стены – из окон нараспашку дул ветер. Не туда. Ошиблась. Время есть? Никого не слышно. Осторожно выглянув в коридор, быстро перебежала в палату напротив: там окна были заколочены и имелось смежное помещение, похожее на бывшую кладовую, судя по деревянным полкам. Девушка встала между полками и стеной, чтобы ее полностью накрыла тьма, спряталась в черноте, выключила фонарик на телефоне. Тихо дышала. Слушала. Далеко-далеко закричали и посмеялись – один пойман. Опустила ползунок яркости на телефоне до минимума и выключила звук. Пока тихо.
Как по наитию, Кира почувствовала, что в кармане мигнуло. Сообщение. Судорожно вздохнув, она повернулась к стене лицом и аккуратно достала, чтобы даже малейший свет не выдал ее.
«Ловко спряталась. Шестерых зайцев поймали уже» – написал администратор.
«Уметь надо. Ты ищешь?» – напечатала в ответ, улыбнувшись.
«Ты на третьем этаже, думаю», – написал он.
Почувствовав напряжение, девушка замерла ненадолго, потом набрала сообщение:
«Я на первом».
«Шутница. Мы уже идем».