Граф-пират
Шрифт:
— Ты уверен, что не хочешь взять эту почетную обязанность на себя?
— Разве я не ясно выразился, Лавей?
Флинт говорил спокойно, но Лавей не рискнул перечить ему.
— Хорошо.
Он повернулся, чтобы идти, но внезапно остановился.
— Ей действительно просто повезло? — спросил Лавей.
Флинт закрыл глаза руками, тяжело вздохнул — вздох был похож на стон — и запустил пальцы в волосы.
— Я вот что скажу, Лавей. Если она на самом деле сестра Кота и если он
Через десять минут после ухода графа — достаточно, чтобы распустить волосы, уложить в причудливую прическу и надеть шляпку, но мало для более тщательного обследования каюты, — Вайолет услышала вежливый стук в дверь.
— Мисс Редмонд?
За дверью стоял Лавей со своими сияющими золотыми волосами.
— Капитан Флинт поручил мне сопровождать вас на прогулку по палубе, если вы пожелаете подышать свежим воздухом. Но сначала мы зайдем в вашу каюту, на случай если вам что-то нужно взять.
— Сопровождать на прогулку… как домашнее животное?
«Домашние любимцы или слуги». Вайолет не могла забыть эти слова.
— Вы обидитесь, если я скажу, что не отказался бы держать вас у себя в качестве домашнего любимца?
В голосе Лавея слышалось вежливое любопытство, но его глаза лукаво блеснули.
Вайолет сделала вид, будто всерьез задумалась.
— Очень смело с вашей стороны, но я не стану обижаться. Хочу вас предупредить, что могу не подойти на роль комнатной собачки, лорд Лавей. Во мне нет ни капли покорности.
Интересно, к какой категории принадлежит Лавей? Скорее к комнатным любимцам, нежели к слугам, на случай если Вайолет вздумается завоевать его сердце. Он флиртовал легко и непринужденно, как и танцевал: его комплименты были приятны, порой вызывали удивление, но, к счастью, отличались утонченностью. Подходящий типаж для оттачивания ее собственных навыков. Она развлечется, а может, он станет для нее крепким орешком.
— И все же вы послушно согласились пойти со мной на палубу, — игриво заметил он. — Что ж, увидим. Вы уверены, что вам не нужно прежде зайти в каюту?
— Спасибо, но я предпочла бы сначала подышать воздухом.
Вайолет слишком долго сидела взаперти. Ей хотелось увидеть солнечный свет и море, проверить, станет ли ей страшно наедине с безбрежной водой, в которой не видно ни клочка земли.
Но сейчас она была слишком счастлива и чуть не прыгала от восторга, как ребенок.
Лавей пропустил Вайолет вперед, и она поднялась по лестнице на переднюю палубу. Она была уверена, что он сделал это специально, чтобы полюбоваться на нее сзади, и он не был разочарован.
Когда Вайолет добралась до последней ступеньки лестницы, порыв ветра чуть не сдул ее шляпку, и она
Ветер швырял ее вправо и влево словно пьяную. Она услышала шарканье подошв: перед ней возник Коркоран и протянул руку. Она ухватилась за нее, и он помог ей подняться на палубу.
— Держитесь за меня, мэм, а не то улетите как пух.
Вайолет была довольно высокой и крепкой, и никогда в жизни ее не сравнивали с пушинкой. Но она не стала возражать. Рука Коркорана напоминала волосатую ветку.
Он воспользовался возможностью и снова поклонился. Вайолет услышала громкий хруст — наверное, колено. Она надеялась, что не спина.
— Впечатляющий поклон, мистер Коркоран, — спокойно заметил Лавей.
Коркоран уже успел выпрямиться. «Значит, не спина». — И как вы вовремя. Уверен, мисс Редмонд оценила вашу гибкость и протянутую ей руку помощи. Но вы забываете о ваших обязанностях, и остальные — тоже.
Лавей повысил голос, и Вайолет услышала поспешные шаги: матросы с наигранным равнодушием вернулись к своим делам.
Вайолет отняла руку, опасаясь, что в Коркоране могут пробудиться животные инстинкты.
Но его лицо сияло, и в нем чувствовалось какое-то упрямство.
— Коркоран? — чуть более резко повторил Лавей.
Коркоран снова поклонился, натянул шапку и пошел прочь.
Лавей подал Вайолет руку. Не прошли они и четырех футов, когда позади раздался знакомый голос и послышались нетерпеливые шаги.
— Теперь Коркоран будет за плату предлагать остальным дотронуться до его руки, точно как паломники, продающие святыни.
Перед ними возникла высокая фигура графа. Уж его-то ветер не мог сдуть. Он бросил небрежный взгляд на руку Вайолет, опиравшуюся на Лавея, который она успела заметить. Граф чуть нахмурился, но тут же взял себя в руки. Так поступила и Вайолет, чтобы на лице не появились морщинки.
Удивительно, но почему-то она вдруг отняла руку. Граф пронзительно взглянул на нее, и тут же его лицо приняло бесстрастное выражение.
— Вот и отлично. Я тебя искал, Лавей.
С небольшой заминкой он повернулся к своему помощнику.
— Правда, сэр? — тихо переспросил Лавей: в шуме ветра и хлопанье парусов его голос был еле слышен. — Мы ведь только что беседовали.
На его лице тоже появилось упрямое выражение, правда, по-французски утонченное.
Вайолет начала понимать графа, когда он говорил о воздействии женщины на мужчин. Неудивительно, что каждый год толпы молодых глупцов погибали на дуэлях и в безумных гонках на каретах.
Нельзя сказать, чтобы это печалило Вайолет.
У нее появилось подозрение, что граф снова появился на палубе, чтобы увидеть ее.