Хищник
Шрифт:
Что если я стану слишком старой, чтобы работать? Или больной? Или я просто устану делать одно и то же каждый день?
— Я не уверена, что понимаю, что ты имеешь в виду, — сказала я ей.
— Она имеет в виду, что ты не сможешь никому рассказать о своей работе, и никогда не сможешь рассказать о нас за пределами «Ачурди». Это значит, что тебе будет очень трудно сближаться с теми, кто не состоит в нашем клубе.
— Но это не значит, что я не смогу с ними общаться?
Мина посмотрела
— Мы пересечем этот мост, когда придем к нему, — она погладила мои колени, словно пытаясь успокоить. — Мы должны быть в состоянии доверять тебе, малышка, и мы должны знать, что ты будешь хранить наш секрет. У нас были бы большие неприятности, если бы кто-нибудь рассказал о нас.
У меня тоже были бы неприятности из-за того, что я сделала прошлой ночью. Я накачала Дина наркотиками без его ведома, а потом потратила много его денег. Мог ли он сказать мне «нет»? Он вел себя по-детски, мыча слова и еле передвигая ногами. Но он, казалось, понимал мои вопросы и даже пару раз на них отвечал.
И все же это не оправдывает меня.
Мне даже не удалось сохранить его подарок. Я только что получила пять процентов от той цены, за которую Дин купил его. Но, Боже, эти пять процентов должны были изменить мою жизнь. И я бы никогда не увидела таких денег, если бы не попала на эту работу. И дело даже было не в финансах. Я также получила семью, которую всегда хотела.
— Я никогда никому не расскажу, — сказала я. — Можете довериться мне.
— Мы и не думаем, что расскажешь, — ответил Никс.
Мина улыбалась так же, как и всякий раз, когда говорила мне, как она гордится мной.
— Мы просто должны принять меры предосторожности, чтобы убедиться, что этого не произойдет. Думай о нас, как о ФБР. Они должны убедиться, что их агенты не разглашают конфиденциальную информацию, когда получают доступ к файлам высокой секретности. Мы делаем то же самое.
Работа не была похоже на ту, что была в продуктовом магазине. Теперь я была частью организации, которая имела доступ к большому количеству информации о множестве разных людей. Я знала, в чем были замешаны ночные клубы. Знала, как выглядит здание аукциона. Знаний было достаточно, чтобы навредить «Ачурди», если захотеть.
Но я этого не сделаю.
Они дали мне все, что я когда-либо хотела. И в ответ я унесу их секреты с собой в могилу.
Я положила свою руку на руку Мины.
— Сделайте мне татуировку.
Ее улыбка стала шире.
— Я так тобой горжусь.
И я не хотела, чтобы она когда-либо думала по-другому.
— Я хочу стать одной из вас, — сказала я.
— Тогда сделаем это сегодня.
Она сказала что-то Никсу на армянском. Я не поняла ни единого слова, и она говорила слишком быстро для того, чтобы хорошо ее расслышать.
Никс взял мою руку и провёл бритвой по маленькой области, сбрив крошечные тонкие волоски. После нескольких таких движений
— А тебе не нужно сначала нарисовать ее? — спросила я.
Я нигде не видела маркёра и была уверена, что он был частью процесса, так как Винтер постоянно смотрела различные шоу об этом.
Когда он улыбнулся, я не ожидала идеальных зубов. Он был слишком суров для этого. Но его зубы были прямыми, белыми и намного красивее, чем мои собственные.
— Не нужно, — сказал он. — Я сделал их столько, что могу набивать, не глядя, — он держал машинку в сантиметре от моей кожи. — Ты готова?
— Да.
Жужжание машинки заполнило мои уши, и брызги чернил покрыли бумагу под моей рукой. Больно не было, когда он проколол мою кожу. Чувствовалось, будто это награда. «Ачурди» сделали для меня так много, и с ними передо мной открывались невероятные возможности. Сделать татуировку — это меньшее, чем я могла отплатить им.
Мина покинула комнату, когда Никс заканчивал. Он взял салфетку и вытер мой палец. Излишки чернил размазались по моей коже, спрятав рисунок, прежде чем он их вытер. Дизайн был изящным и детализированным.
Она действительно мне понравилась. Даже больше, чем я думала.
Когда он покрывал татуировку мазью и полиэтиленовой пленкой, вернулась Мина. В руках у нее был черный ящик, который она положила на стол.
— Откроем его, как только он закончит.
Я подождала, пока Никс закончит заматывать палец, а затем приподняла крышку ящика. Я ахнула, когда увидела внутри украшение. Кольцо было золотым и толстым, почти идентичным тому, что носила Мина. Но моим животным был тигр с сапфировыми глазами.
Она взяла кольцо из коробки и положила его передо мной.
— Какое красивое, — сказала я. — Мне оно нравится.
Она поднесла тигра к кончику моего ногтя.
— Теперь ты одна из нас, — она надела кольцо на мой палец и зафиксировала его на середине обертки. Оно плотно прилегало. — И это наш секрет.
Я посмотрела на нее и Никса. У них в глазах был странный голод. Его было достаточно, чтобы заставить меня думать, чем они займутся в ту же секунду, как я уеду. Возможно, татуировка была для них афродизиаком.
— Это наш секрет, — повторила я.
— Я горжусь тобой, йереха.
— Ты не пожалеешь, — сказал Никс.
Не знаю почему, но я поверила ему.
Хотя не должна была.
Я должна была бежать оттуда без оглядки.
Но именно в тот момент я об этом даже не подозревала.
Глава 14
Мина
Наши дни
<