Иллюзия

Эккель Анна

Быть Пигмалионом жребий указал на бывшего театроведа.

Все громко рассмеялись. Прекрасно. У «специалиста» Александра больше, чем у всех, материала о том, как уличную Элизу Дулиттл превратить в божественную Галатею.

Она стояла на журнальном столике под лучами хрустальной люстры. Вокруг, расположившись в мягких креслах, сидели мужчины. Их было трое. Они без смущения рассматривали ее, словно лошадь на ярмарке перед покупкой. Шли комментарии вслух.

– Похоже ровесница нам.

– Да, и не худший вариант. На липосакцию не надо будет тратиться.

– Зато

наверняка потратишься на протезирование. Милочка, покажи свои зубки.

Женщина была одета в старые джинсы, заправленные в резиновые сапоги, в белесый от многочисленных стирок темный свитер, в стеганую видавшую виды куртку, на голове обязательная черная вязаная шапочка, натянутая до бровей.

– Ну, что ты стоишь, как неживая. Ты чем занимаешься? Ах да, мне сказали, что при тебе была большая клетчатая сумка с пустыми бутылками, – это твой промысел? Ну что ты молчишь? Может, тебе помочь?

После этих слов она сняла с себя куртку и бросила на пол. Действительно, коррекция фигуры не понадобится. Длинноногая и стройная, она смотрелась хорошо. «Заготовка» оказалась на редкость удачная.

– Затраты, похоже, будут не такие большие. Je gagntrai le pari, – подумал про себя Александр.

– Мы предлагаем тебе сыграть сказку, в которой ты будешь главной героиней. Не заупрямишься, – получишь столько денег, сколько тебе даже и не снилось. Так как тебя зовут?

Женщина ожила на импровизированном подиуме. Приняв условие игры, она изящно, словно настоящая манекенщица, сделала несколько профессиональных движений, благодаря которым можно было полностью осмотреть ее и дать правильную оценку.

Мужчины довольно заулыбались. Она же, стоя к ним спиной, легким движением руки стянула ненавистную, унижающую ее красоту вязаную шапочку, и в тот же миг по спине рассыпались длинные, вьющиеся медного цвета волосы. Словно золотой водопад, они играли и переливались в хрустальном свете. Такую красоту скрывать?! Мужчины непроизвольно ахнули. Зрелище было действительно потрясающее.

– Ма victoire! Моя победа, – уверенно подумал Александр, но что-то неуловимо знакомое показалось ему в этой молодой женщине.

Она же медленно повернулась к ним лицом и мужчины не сразу заметили, что у нее в руках пистолет с глушителем.

– А теперь моя реплика, господа. Меня зовут София. Она наставила дуло на первого мужчину и со словами:

– Это – за Веру, – выстрелила в Юрия.

– Это – за Надежду, – между глаз у Михаила появилась красная отметина, которая почему-то не кровоточила.

– А это – за Любовь.

Александр не успел даже удивиться, как его сердце пронзила резкая боль.

– Хоть и на нашей территории, но не наш «висяк», – почему-то радостно констатировал дежурный Следователь, прибывший на место преступления.

– А почему «висяк»? – спросил стоящий рядом милиционер.

– А потому, что ничего не нашли, кроме безымянного пистолета.

Горе пришло совсем нежданно, оно так и приходит в твою размеренную и тихую жизнь.

Утро. Матушка хлопочет на кухне, готовя завтрак, рядом на

стуле восседает любимый котяра Кузуля. Это его пятнадцать лет назад вытащили полудохлого из мусорного бака, а сейчас – это красавец с огромными янтарными глазами, хозяин в доме и вожак своей «стаи».

Соня зашла в кухню и села за стол напротив матушки, подняла глаза и от увиденного уронила вилку.

– Ма, как ты себя чувствуешь? – чтобы не напугать, тихо спросила она.

– Так, вообще-то нормально, только небольшая слабость, – ответила та.

И старт был дан. Дочь боролась за мать девять месяцев, днем и ночью, забывая есть и спать. Страшный диагноз ставили под вопросом и эта тонюсенькая ниточка, которая связывала жизнь и смерть, давала Соне силы для борьбы.

Однажды, когда она в очередной раз, в очередном лечебном заведении, ждала в коридоре очередные результаты анализов, к ней вышел врач и покачав головой, сказал:

– Похоже, все-таки, это он.

Соня почувствовала, как сползает по стенке, теряя сознание. Когда же очнулась в кабинете врача, тот сочувственным и проникновенным голосом утешил:

– Есть одна возможность помочь Вашей матушке, но это стоит больших денег.

– Сколько?

Была названа гигантская для Сони сумма, но она уточнила:

– Когда платить до или после?

– Конечно же до операции. Сразу после осмотра и принятия решения.

Оглядев девушку и оценив ее платежеспособность, врач сказал, что может порекомендовать отличного риелтора, который в кратчайший срок продаст квартиру и этой суммы хватит, чтобы расплатиться. Она, не думая, согласилась и в ее руке оказалась визитная карточка торговца жильем.

– Желаю успеха. Я уверен, что вы останетесь довольны результатом.

Соня не помнила, как оказалась в метро. Сидя в вагоне, ехала по непрерывной кольцевой линии. Сколько же прошло времени, где и с кем говорила, все вспоминалось с трудом – сплошной туман. В кармане нашла визитку. На одной стороне был напечатан телефон риелтора, на другой, размашистым старинным почерком, чернилами записан телефон медицинского светила.

Эскулап оказался довольно-таки молодым человеком, хирургом, который только что вернулся из-за границы после продолжительной практики. Его звали Михаилом. После консультации он убежденно сказал, что надо сделать операцию – и проблема будет решена. Стопроцентная гарантия. Он врал и давал ложную НАДЕЖДУ. Но в таком горе поверишь кому угодно.

Риелтора звали Юрием. После осмотра квартиры он назвал хорошую цену и пообещал, что сделает им с матушкой однушку в близлежащем пригороде, тем более, что после такой операции лучше жить подальше от задымленного Центра. Даже свозил ее на своей машине за город и показал их будущую квартирку. Парень был прост, заботлив и внушал ВЕРУ во все происходящее. Соня доверилась голубым и честным глазам Юрия и подписала генеральную доверенность.

Сейчас она стоит у лифта на последнем этаже огромного здания Боли и Скорби. В голове пульсирует только одна фраза, сказанная медицинской сестрой: