Кадеты
Шрифт:
– За что, я такой распи…, разгильдяй был?
– За плохие отметки. Французский тебе не давался и латынь.
– Мы и латынь учили? Нафига?
– Сходи у вахмистра спроси!
Похоже, это у нас с Вяземским наследственное – плохо языки усваиваем.
– Что будем делать? Пока восстановят путь, может не один день пройти, а если вахмистр заглянет в наш вагон? Не лучше ли продолжить движение самостоятельно? – выдвигаю идею. Сидеть на месте мне нельзя, за оставшееся время нужно пристроить Артура в надежное место. Или придется оставаться с ним навсегда в этом времени.
– Ты знаешь куда идти? Я не представляю даже, где мы находимся, – вздохнул Артур. – А если напоремся на
– Ага, будут они ждать, пока их поймают! Тут к утру такое начнется, нагонят войск, начнут прочесывать деревни.
Большинством голосов (Гектор удержался), решаем продолжить путь пешком, или попутным транспортом. Дождались пока начало светать, попрощались с вернувшимися в вагон казаками. Те с пониманием отнеслись к нашему решению, это им некуда спешить, война завтра не закончится. Добавили к нашим припасам пару банок тушенки и пачку махорки. Махорку не для курения – на обмен, вдруг будет туго. Как только появились первые лучи солнца, и стало понятно где восток, отправляемся в путь, на северо-запад. Перед этим расспросили о месте нашего теперешнего пребывания, как оказалось, мы немного не доехали до станции Зверево. С географией у меня неплохо, да и Артур кое-что знает, так что заблудиться не должны. Происшествие внесло свои коррективы с первоначальный план. Я признал мысль Артура о визите в Луганск, здравой. Главным образом потому, что до Харькова за оставшееся время не успеть точно, а в Луганск ближе. И если цирк еще там, то попытаюсь пристроить к ним Артура. В Польшу они не пойдут, там как раз обострение, а куда-нибудь в Румынию или Австро-Венгрию вполне возможно. Там как раз сейчас распад и формирование новых государств, легко можно прижиться.
Поначалу движемся вполне бодро. Степь с редкими балками и оврагами, деревьев почти нет. Добрались до безымянной речки, неширокой, но холодно перебираться, пошли вдоль нее до ближайшего моста. Интересно, а я умею плавать? По идее такие навыки как плавать или ездить на велосипеде должны сохраняться вне зависимости от тела, главное сознание.
– Семен Семеныч, ты все еще считаешь меня чокнутым? – начинаю снова обработку друга. – Как мне тебе доказать, что я из будущего? Хочешь, расскажу, что будет в ближайшее время в мире?
– И кто в вашем будущем правит в России? – со скепсисом в голосе спрашивает Артур.
– В моем – президент, а в ближайшие семьдесят лет будут коммунисты, сейчас они большевиками называются. Ленин через пару лет умрет, главным станет Сталин.
– Это еще кто такой?
– Не слышал? Тебе лучше от него подальше держаться. Да и вообще, если не сможешь за границу уйти, то сиди тихо, устройся простым рабочим где-нибудь.
– За границу? Ты снова хочешь меня спровадить? – обиделся Артур.
– Понимаешь, у меня кома не так просто приключилась. Она может повториться, если я вернусь в свое время. Тогда тебе придется самому выживать, – осторожно подготавливаю друга.
– Не нужно меня пугать, рассказывай лучше, что в твоем будущем интересного.
Это я с удовольствием! Чем еще заняться в дороге. Рассказываю про автомобили, мобильную связь, самолеты, космос. Артур молчит, вижу, что пребывает в некоем смятении. Ни в одной книжке нет такого, как я рассказываю, а чтобы выдумать нужно обладать большой фантазией, которой Вяземский видимо, не блистал. Так глядишь и поверит в мое происхождение.
Часа за три, судя по солнцу, добрались до деревни. Деревня на другом берегу и моста нет. Зато есть дорога, грунтовая естественно, идущая через брод. Пробую воду, холодная! Ширина брода метров семь, глубоко не должно быть. Но Артуру с его организмом хватит, чтобы снова простыть.
– Гляди! – трогает
На горизонте показалась телега. Унылая лошадка не спеша тащит хлипкую бричку с хворостом, сидящий поверх дров мужик с самокруткой в зубах, пребывает в нирване. Чего он такого курит? На нас даже не смотрит.
– Мир Вам, уважаемый, – обращаюсь к водителю кобылы. – Не будете ли столь любезны, чтобы перевезти нас на противоположный берег?
Удостоились взгляда, примерно как смотрят на вошь, ползающую по телу. Ну хоть какие-то эмоции. Да еще неразборчиво пробормотал что-то типа: «швендяють тута» Спасибо, что кнутом не огрел.
Зато узнали глубину брода, почти на две трети тележного колеса. Мне выше коленки будет на пару ладоней.
– Предлагаю перекусить, а потом переправляться, – предлагаю я в надежде, что пока будем есть, появится кто-нибудь более сговорчивый.
Увы, движение тут оживленностью не отличается. Уменьшив запасы пищи и выпив последнюю воду (у нас небольшая фляжка) я разуваюсь и снимаю штаны. Кальсоны закатываю по максимуму. Останавливаю Артура, собравшегося делать то же самое.
– Я тебя перенесу. А то не дойдем до ближайшей лечебницы. Не спорь, а то получишь. Я кстати тебе собирался врезать за справку, которую ты хранил! Сейчас хоть она не с тобой?
– Не, – покраснел Артур. – В ЧК осталась.
Беру его на закорки, вес не такой уж и маленький. Сам Артур килограмм тридцать, да багаж около десяти. А я не особо мощного телосложения, чуть крупнее Артура. Лишь бы в воду не свалиться! В одном месте запнулся о камень, с трудом удержал равновесие. Слава богу, добрался! Вспотел и ноги дрожат от нагрузки. Срочно спортом заняться, вот найду в Луганске секцию.
– Дальше ты меня понесешь!
– А я не просил тебя меня нести! – вспылил Артур. Обидчивый, гонор как у настоящего дворянина.
– Не заводись, шуток не понимаешь? – обнимаю за плечи.
– Ладно, пойдем. Или будем проситься на ночлег?
– Рано, до ночи до следующего селения доберемся в любом случае. Так что воды наберем и вперед.
Сама деревня состоит из одной улицы. Десятка три мазанок крытых соломой. Судя по строениям, животные в зимнее время живут в одном помещении с людьми, отдельный коровник был только в одном, более богатом доме. Представляю, какие там ароматы – куры, козы, а то и свиньи! Колодец обнаружился в конце деревни, в виде журавля. Пришлось обождать, пока с ведрами и коромыслом подошла немолодая тетка. Поздоровавшись, попросили разрешения набрать воды. Разговорились, выяснили, что до Гуково не так далеко, всего восемь верст. То есть чуть больше восьми километров. Я специально уточнил, что верст, а не миль, запутаешься с их мерами. Дальше идем по дороге, скорость увеличилась. Через полчаса доходим до развилки, пока стояли, спорили по какой именно дороге дальше, подъехала легкая повозка, как у извозчиков в Ростове.
– Слава Христу! – поспешно здороваемся, так как за рулем, в смысле за поводьями, поп. Молодой, с куцей бородкой, но уже приличным пузом.
– Воистину слава! Тпру оглашенная! – остановил лошадку. – Куда путь держим, отроки?
– В Гуково, батюшка! Благословите, чтобы дорога легкая была! – Артуру привычно общаться со священнослужителями, я скромно помалкиваю, чтобы не спалиться.
– Забирайтесь в мою колесницу, ноги чай не казенные! А к кому в Гуково? Родычи там имеются?
Артур рассказывает ему на ходу сочиненную версию, что мы отстали из-за его болезни от цирка, теперь вот догоняем. Интересно, как согласуется с его верой в бога, то, что он обманывает попа? Тот продолжает допытываться, истинные ли мы христиане, когда исповедовались последний раз. Заметил и мою молчаливость.