Шрифт:
ЛУИС ЛАМУР
Калифорнийцы
Перевод Е.Ивановой
Моему очень хорошему другу, Маури Грашину
ГЛАВА 1
Жилой дом ранчо на побережье Малибу был выстроен из необожженного кирпича. Это был домик под пологой крышей, к фасаду которого была пристроена длинная веранда, протянувшаяся вдоль всей стены, от угла до угла. На веранду выходили дверь и два окна, сохранившие все признаки того, что в свое время предпринимались попытки сделать их побольше, чем это было задумано изначально.
К балкам навеса над верандой были подвешены
Слева, примерно в полутора сотне футов от хозяйского дома, был устроен загон, обнесенный забором из жердей. Рядом с загоном находились хлев под односкатной крышей и поилка для скота - длинный деревянный желоб, сколоченный из неструганных досок.
В тенистом дворике перед домом росла старая раскидистая сикамора, а чуть поодаль тянулись к солнцу несколько тополей и еще одна сикамора. За домом росли дубы, а у крыльца зеленели тополя.
Поросшие кустарником холмы, раскинувшиеся на многие мили вокруг, были местами усеяны огромными валунами и глыбами песчанника. Со ступеней веранды была видна извилистая тропа, убегавшая в даль, туда, где почти у самого горизонта виднелась синяя полоска моря.
Эйлин Малкерин остановилась у порога. Будучи матерью двоих взрослых сыновей, она тем не менее выглядела очень молодо для своих лет, и человек незнакомый с этим семейством мог запросто принять эту поразительно красивую женщину за их сестру. Она была рождена ирландкой, и оставалась ею даже здесь.
– Ну что, Майкл, они уже едут?
– Еще нет.
– Ждать осталось недолго, можешь не сомневаться. Зеке Вустон с нетерпением дожидался этого дня с тех самых пор, когда твой отец прошелся по нему кнутом за то, что тот ударил его лошадь.
– Он хитер... и опасен.
– Знаю. Но больше всего меня поразила записка Вальдеса. Я с самого начала догадывалась, что из-за этой сделки у нас начнутся неприятности , сказала она.
– Не вини Вальдеса. Ведь он не знал Вустона так, как знаем его мы, да и времена настали тяжелые. Ему были нужны деньги.
– Я его ни в чем не виню. Он неплохой человек, привык видеть в людях только хорошее. Наивный, он слишком верит в мирскую добродетель.
Они стояли рядом в лучах полуденного солнца, глядя на дорогу. Эйлин Малкерин и ее сын Майкл, одетый в коричневую монашескую рясу.
– Жаль, что здесь сейчас нет Шона, - вздохнула она.
– И мне тоже.
– Он весь пошел в отца, - продолжала она.
– Ты, конечно, тоже на него похож, но только Шон может взять на себя то, что для человека, имеющего отношение к церкви, может оказаться занятием неподобающим.
Он покачал головой.
– Послушай, матушка, уж не подумываешь ли ты случайно о том, чтобы взяться за оружие? Ни к чему хорошему это не приведет, и к тому же закон на их стороне.
– Шон обязательно придумал бы что-нибудь.
– Что тут еще думать? Сколько мы c Уином Стендишем
– У меня их нет.
– Тогда они заберут ранчо, и на этот случай нам лучше подумать о том, как быть дальше, куда тебе лучше отправиться.
– Это мой дом. Это ранчо было пожаловано твоему отцу самим presidente 1) за службу в мексиканской армии. Его никто не может у нас отобрать.
– Сеньора, тот президент уже умер. И я очень сомневаюсь, что нынешний президент вообще знает о нашем существовании. Мы с Уином написали ему, но ответа так и не пришло.
– А уж губернатор... Мичелторена на их стороне, он не за нас. Вот если бы Альварадо...
– Он просто человек, - сказал Майкл.
– Согласна. Но помимо всего прочего он еще и человек, оставшийся не у дел.
– Вустон на нас не остановится. Он слишком жаден. Ему захочется прибирать к рукам все новые и новые участки.
– А ты, случайно, не знаешь, зачем ему так понадобилась наша земля?
– Так он же контрабандист. Ему нужна Райская Бухта, чтобы под покровом ночи вершить там свои неблаговидные делишки, как это и было раньше.
– Не думаю, что все дело только в этом. Он наверняка слышал истории о золоте.
Майкл взглянул на мать.
– Слушай, если это золото на самом деле существует, то почему же мы тогда сидим без гроша?
Она развела руками.
– О том месте знал только твой отец. Но он умер, так и не успев никому ничего рассказать.
– Но может как-то в разговоре он дал хотя бы какой-нибудь намек на то, где это может быть?
_______________________________
1) Presidente (исп.) - президент.
– Нет... ничего такого он не говорил. Я помню лишь то, как он уезжал из дома на несколько дней и пропадал где-то в пустыне. Мне так кажется. Он никогда не повторял дважды один и тот же путь, всегда выбирал новую дорогу, но я точно знаю, что место, откуда бралось золото, находилось где-то к северу отсюда. Я говорю "всегда", но вообще-то за все время он возвращался с золотом только дважды.
– Тогда ради чего ему понадобилось уезжать во все остальные разы?
– Он путешествовал. Твой отец больше двадцати лет отслужил в мексиканской армии и у него были способности к языкам. Он мог запросто объясниться почти с любым индейцем на его языке, и у него были друзья повсюду.
Ты же сам знаешь, как повелось. Большинство калифорнийцев предпочитают не покидать пределов своих миссий или поселений. Они привыкли к жизни в обществе и не способны на какое-либо безрассудство. Но Хайме был совсем другим. Он любил эти горы и пустыни и мог на несколько дней исчезнуть из дома и отправиться в дальний путь лишь ради того, чтобы побывать в каком-нибудь пустынном каньоне или же проехать вдоль обнаруженной им в глуши древней тропы. Я знаю об этом, потому что я сама часто отправлялась туда вместе с ним. Но теперь я и в самом деле как будто начинаю кое-что припоминать...