Ключ
Шрифт:
— Ни фига себе…
Они встали из-за стола и ушли работать. Я доел свою порцию и, прихлёбывая компот, подумал — а ведь и правда, новость отличная, Хильда будет в восторге. Она-то как раз мечтала летать без промежуточных остановок…
Но вот была ли эта новость подсказкой, которую я искал?
Нет, пожалуй, вряд ли. Эту информацию я мог бы получить и на хабе, и где угодно — от любого из ямщиков.
Мозаичная картина дополнилась, но мой квест пока продолжался.
Впрочем, в Москве у меня имелись и вполне обыденные дела.
Зайдя
Почесал репу — к кому ещё планирую съездить? По итогам этих раздумий купил подарочную коробку шоколадных конфет, решив угостить девчонок-диспетчеров на южной оси. Ведь именно с них началась наша с Хильдой первая самостоятельная поездка.
Правда, выйдя на улицу, я сообразил — жара, конфеты растают, пока я их довезу. Но, подумав ещё, я вспомнил, как мы возили рыбину в куске льда, который не таял. Логика подсказала — у нас в конторе тоже должны быть штуки для таких фокусов.
Я заглянул в киоск, который располагался прямо в здании базы, на первом этаже. Продавщица, недолго думая, оторвала большой кусок от рулона серебристой фольги и ловко запаковала мою коробку. Всколыхнулся флюид, и от упаковки потянуло морозом.
— Три рубля с тебя, — заявила мне продавщица.
— Спасибо, круто. Магию — в массы!
— Для того и сидим тут.
Покупки я уложил в небольшую сумку, которую приторочил к своему мотоциклу, торчавшему на стоянке без дела уже несколько дней. Оседлал его и констатировал мысленно — других срочных дел у меня в Москве не осталось. Все мои экс-сокурсники по Космической Академии пребывали сейчас на практике, и увидеться с ними я всё равно не смог бы, даже если бы захотел. А новые друзья и приятели находились либо на хабе, либо в других осевых мирах.
Я нацепил шлем и вырулил со двора. Заправился на ближайшей бензоколонке и погнал на север, в строну МКАДа.
Вспомнилось — в прошлом месяце я вот так же ехал на «хонде» и вдруг увидел странный дорожный знак. Тогда я ещё не знал ничего про хаб, но ямщицкий ветер меня уже поманил. А дальше закрутилось и понеслось…
Открылся пролив, я выскочил на мост и прибавил газу.
На хабе задерживаться не стал. Попетлял по улицам и подъехал к южному берегу.
Солнце светило справа, дело шло к вечеру. Знойный воздух вихрился вокруг меня, а море сверкало, пока я мчался по очередному мосту.
Южная столица, как и обычно, встречала меня жарой и уличной суматохой. Ретро-автомобили, катя навстречу, то и дело сигналили — их владельцам нравилась моя «хонда». А с тротуаров порой махали особо экспрессивные пешеходы. Здесь любили и технику, и всё яркое, но ещё не успели избаловаться хайтеком.
Вскоре я уже парковался у местного отделения ямского приказа.
Диспетчеры трудились посменно, и не было гарантий, что я застану именно тех, которые нас встречали тогда. Но мне повезло — дежурили
Нэринелла, самая бойкая, заметила меня первой. Выскочила из кресла и, приветственно взвизгнув, бросилась обниматься. Её напарницы подключились. Реплики сыпались, как горох:
— А мы уже думали, ты нас совсем забыл и зазнался!
— Вы же с блондиночкой теперь знаменитые, про вас даже в газетах пишут!
— А про шпиона ты нам расскажешь?
— А он тебе рассказал какие-нибудь секреты?
— А ты ведь был на новой оси, которая сегодня открылась?
— Ой, день вообще сумасшедший! Все носятся, как ужаленные!
— А что ты привёз? Это нам подарок?
Я загадочно улыбался, не пытаясь вставить словечко. Лишь минуту спустя, когда их напор несколько ослаб и стали проскальзывать секундные паузы, вручил им коробку и подтвердил:
— Да, это вам гостинец с моей оси.
Фольга зашуршала, коробку вскрыли с нетерпеливыми ахами. Дегустация состоялась незамедлительно и с триумфом. Организовали чай, и я минут двадцать развлекал их рассказами про новую ось. Параллельно они, по очереди надевая наушники, отвечали клиентам и ямщикам.
Наконец я откланялся. Выбрался в коридор, потряс головой и, придя в себя, спустился на улицу.
На глаза мне попалась телефонная будка, и я позвонил Арриго, в его родительский дом. Но мне никто не ответил — здоровяк-железнодорожник был, очевидно, в рейсе, его родители — на работе, а Вилма вернулась к себе на север.
Повесив трубку, я отошёл к мотоциклу и перед тем, как завести его, вслушался в окружающее пространство. Но флюид был спокоен, никаких особенных колебаний не ощущалось.
Впрочем, здесь, на южной оси, мне нравилось. И не было чувства, что я приехал зря. Подсказок не нашёл, но развеялся, девчонок развлёк — уже, в общем-то, неплохо.
Я снова пересёк город и выехал к мосту. Бросил взгляд на порт, видневшийся в отдалении, и понёсся через пролив. Прикинул — за считанные часы я побывал уже в трёх осевых мирах из намеченных четырёх. Оставалась только новооткрытая ось, самая фантастическая.
Толпа у юго-западного моста наконец-таки рассосалась. Обеих блогерш, видимо, утащили в какую-нибудь редакцию. Или, может, в радиостудию, чтобы слышал весь город. Они не сопротивлялись, подозреваю.
Возле моста я затормозил, снял шлем. Суматошный день заканчивался красиво. Огромное медно-красное солнце сползало за горизонт, и слоистые облака над ним напитались розовым светом. Достав мобильник, я сделал фото.
Лишь когда краски стали тускнеть, я завёл мотор, заехал на мост и прибавил газу. Вскоре привычно всколыхнулся флюид, и на том берегу открылся маленький городок на фоне хребта.
Если в южном мире мой мотоцикл смотрелся футуристично, то здешняя публика, увидев его, преисполнялась весёлым недоумением. Но мне это было на руку — я ведь приехал в гости к ребятам из ретро-клуба.