Кодекс Хранителя
Шрифт:
Но и радость Линн была не долгой. Самсон, велев ей убираться, толкнул ее в образовавшийся в воздухе портал, на поиски подмоги.
* * *
В ночной темноте ректорский кабинет выглядел гротескно. Свет луны выхватывал из мрака очертания безвольно лежащих тел. Чернильная лужа крови, словно море в штиль, окутывала эти тела сплошной ровной гладью. Тонкие ручейки все ещё затекали в нее, наполняя и обескровливая одновременно.
Кто-то шумно дышал, но Велена даже не пробовала остановиться и глянуть. Позже. Она тонкой водяной струйкой
Из вдребезги разбитого окна доносилась музыка, скрашивая звуки боя, проходившего меж деревьев. Лёгкие отблески заклинаний терялись в свете Огненной реки, абсолютно не привлекая внимания. Затекши частью своего тела на стол, Велена вытянула прозрачные щупальца и откинула крышку коммутатора. Щёлкнула кнопкой связи. По водяному телу поплыла волна частичной трансформации, образуя безгубый рот, связки и лёгкие:
— Внимание… Грворит Велена Липка. Факультет медицинского. Нападение на Академию. Есть жертвы. Нужна помощь. Повторяю…
Ее сообщение пронеслось по громкоговорителям, сминая все происходящее на корню, превращая веселье в слаженную и молниеносную реакцию…
— Молодец… — почти беззвучно прощелкал едва узнаваемый голос Борин из развороченного скопища тел, и Велена, расплакавшись от облегчения, наконец позволила себе принять человеческое подобие. Осторожно пробираясь через обезглавленные тела, она с содроганием слышала, как чавкает под ногами влажная ковровая дорожка.
Госпожа Борин лежала около дивана, застряв в полуобороте. Грудь ее тяжело вздымалась. Дыхание было утрудненным и охрипшим.
Присев рядом на колени, Велена коснулась ее заискрившейся ладонью и начала диагностику. Истощение было колоссальным, учитывая ее личный объем магии.
Эвереста перевела на нее мутный взгляд.
— Остановись. — Ее голос был непривычно низок и глубок.
— Но тогда вы…
— Выведи меня в изначальную… форму, — она сглотнула. — Это поможет… Потом спрячь голопроектор… Он в медблоке…
— Что, о чем вы?
— Просто сделай.
Девушка неуверенно кивнула. Теперь ее ладони засветились иначе, почти черным. Пространство на их фоне казалось серым, слегка поддевшимся инеем.
Наяда взывала к Многоликому, и Эвересте казалось, что он колышется за ее спиной и выдыхает свою беззвучную страшную песню сотнями тысяч голосов… Жуткое видение тянуло за собой закономерные последствия. Или, наоборот, оно само было последствием того, что происходило с ее измученным телом?
Вместе с заклинанием уходила боль и мысли, пропадало самоосознание. Лицо искажалось, сначала становясь до безобразия уродливым и старым, а после утрачивая черты, присущие человеку… Щербатая луна продолжала светить в разбитое окно, насмешливо бросая свои лучи на кровавую лужу. Веселая музыка играла, а в парке продолжался бой.
Велена сдавленно всхлипнула, смело смахнула слезы, а после бережно свернула опавшую одежду Госпожи Борин в сверток,
Теперь трансформироваться будет намного сложнее — она не одна.
Прокрадываясь к выходу из кабинета, а после и приемной, Велена повторяла себе, словно это было ее мантрой, что все будет хорошо, и раз за разом смахивала упертые безудержные слезы…
Глава 60
Танцы были в самом разгаре. Дич и Ананьев следили за порядком, и ничто не предвещало беды. Свет погас неожиданно, выбив из веселящейся массы дружный, весёлый и протяжный стон.
Обычная выходка, за много лет начавшая уже раздражать.
— Твоя очередь, — хихикнула Дич, зажигая на пальце огонек. Они сидели в подсобке и в зал особо не лезли, предпочтя кидание в карты бездумному наблюдению.
Анонис оценил ее веселую улыбку и закатил глаза.
— Да без проблем, — кинул карты в общую кучу и потянул двери на себя. За дверью мялся боевой маг из охраны принца.
— Что-то случилось?
— Его Высочество не видели? — поинтересовался маг. И Ананьев задумчиво окинул его опытным взглядом. Несерьезность боевой шестерки поражала его ум. Будь на месте этих ребят его адепты, столб снесли бы сразу, в ноль и безоговорочно.
— Где-то на танцполе, — соврал он, получая истинное удовольствие от этого процесса, и протиснулся мимо бойца в тесный коридорчик. Дич взвизгнула и только после этого пришло понимание, что с телом творится что-то неладное, а земля быстро приближается к лицу…
Музыка продолжала громыхать, оглушенный Ананьев осознавал, что его утягивают за ноги назад в подсобку, но шевельнуться при этом абсолютно не мог. Задача взрывала мозг, гоняя мысли в поисках решения. Вторая часть свободного сознания трепыхалась в насущном вопросе: «Как сильно пострадала Дич?»
Только спустя длинные десять минут громкоговорители оглушили зал дрожащим голосом Велены Липки. Это была подстава в чистейшем виде. Танцпол грянул дичайшим сплетением освещающих заклятий. Стена рухнула, кто-то телепортировался. Кто-то сбежал, кого-то успели парализовать.
Ребята поспешно собирались в реактивные группы, понимая, что указывать, что делать, попросту некому. Впрочем, это было не в новинку, но поджилки тряслись от осознания собственной ответственности намного сильней.
* * *
Кризис-фактор гонял, словно бешеный, подтянувшихся отовсюду подмастерьев. Систему безопасности стоило переделать. И плевал старик на прописные правила. Последние подсунули им жирную свинью, заставляя ректора контролировать каждое сообщение об опасности и передавать его дальше на всепрослушивание. Такой фигнёй уже давно никто не страдал. Но Учёный совет Дайкирии обязывал делать именно так, и спорить с этим раньше не желали.
Теперь получите и подпишитесь — массовые почтовые телепорты в самом центре их студенческого городка.