Кровь
Шрифт:
– - А я ведь не сказал, что я прав. Я предложил, чтобы вы просто допустили эту мысль. Хорошо?
– - Можно, -- нехотя согласился я.
– - Некоторое время, -- продолжил мой собеседник, -- я посвящу вам и покажу лабораторию, к которой вы так стремились, а потом вам нужно будет заняться другими делами. Кстати, меня зовут Никодим.
– - Очень приятно, -- кивнул я.
– - Сейчас мы находимся в отделении прогнозирования.
– - Никодим сделал широкий жест рукой, показывая на окружавшую нас обстановку: приборы, стеллажи и основной резервуар посередине.
– -
– - Здесь мы прогнозируем поведение того или иного человека.
– - Каким образом?
– - решил я уточнить.
– - Каждая капля помечена реактивами, и мы можем наблюдать за поведением каждой из них в сообществе. Вот, например, -- он указал на прибор со светящимися цифрами, -- это показания реакций, стабильности и взаимодействия вашей крови с другими.
Я тупо наблюдал за изменением показаний.
– - Что же со мной сейчас происходит?
– - поинтересовался я.
– - Вы приближаетесь к порогу этого мира, -- ухмыльнулся Никодим, понимая, что я все равно не пойму, о чем он говорит. Но из вредности я не стал задавать ожидаемых им вопросов. Все происходящее по-прежнему было для меня запредельным. Зачем же задавать вопросы, на которые не можешь понять ответ.
– - И вы можете управлять этим?
– - сделал я умное лицо, что не произвело никакого впечатления на моего собеседника.
– - В большой степени, но не абсолютно.
– - А как вы отделяете одну кровь от другой?
Тот изумленно смотрит на меня, будто впервые видит, настолько он шокирован ограниченностью моего ума, но соизволяет произнести:
– - Нам не нужно ничего отделять. Вы же сдаете кровь не в цистерну.
– - А как же машины, лабиринты?
Я понимаю, что мы мыслим разными категориями. Для него не существует тех вопросов, которые роятся в моей голове, легкие как рыженькие тараканчики.
А-а, -- доходит до него, -- вот вы о чем. Так это далеко не главная часть потока. Чистая кровь поступает в охлажденном виде в отдельных упаковках, где уже присутствует сделанный вашими врачами ряд показателей.
Что-то искрит в моей голове и я спрашиваю, наконец, что-то умное:
– - А как же в древности, когда доноров не было?
Но его и это не смущает:
– - Времена меняются, и мы меняемся вместе с ними.
Я качаю головой.
– - Что же дальше происходит с кровью?
– - В других лабораториях, -- он машет рукой в дальний конец зала, -производятся эксперименты по смешиванию крови. Там мы различными способами моделируем новую кровь, затем помещаем ее в аналогичный этому резервуар и смотрим на ее поведение.
– - Но количество резервуаров должно быть бесконечно, -- удивился я, -столько же, сколько вы создаете новой крови.
– - Нет, из сотен тысяч экспериментов редко когда один считается успешным и по-настоящему новым. Все остальное можно прогнозировать с помощью простых расчетов, -- объяснил Никодим.
– - То есть поведение обычного человека и так можно просчитать, -догадался я.
Вот именно.
А можно повлиять
Экскурсовод отреагировал мгновенно:
– Мы занимаемся моделированием человечества, а не черной магией. И ваше присутствие здесь блестяще это доказывает.
Он вывел меня из этого зала и повел дальше по коридорам. Пернатый Змей куда-то исчез. Пока мы шли, я понял, что примерный ответ на то, как доставляется кровь, я получил, хотя устройство скоростных лабиринтов мне почему-то знать расхотелось. А вот вопрос, из-за которого погиб Костя...
– - А откуда берутся деньги на покупку крови у правительств мира?
Никодим рассмеялся.
– - Вот удивительно, -- сказал он, -- побывав в лабиринтах, вы не спрашиваете об их устройстве. А ведь по сравнению с получением золота они просто шедевр мысли.
– - То есть вы получаете золото лабораторным путем, а потом продаете его на рынке, расплачиваясь вырученными деньгами с правительствами?
– - Проще простого, -- хмыкнул мой спутник.
Мы вошли в лифт и понеслись вниз.
– - Но ведь тайна превращения других элементов в золото так и не была раскрыта в прошлом веке?
– - Это в книжках пишут, что не была. А вас не удивляет, что столько умов трудилось над этой проблемой и ничего не получилось?
Я пожал плечами: мало ли в мире удивительного и нерешенного.
– - Трансформация веществ и элементов существует в природе сама по себе. Ее просто нужно пронаблюдать. Ведь и золото не падает на Землю с небес.
Что тут скажешь?
Дверь, в которую мы вошли, была такой же, каких здесь было множество, но вот за ней... Я шарахнулся обратно, но она уже захлопнулась, и я остался один в пещере, другого края которой я не видел, да и потолок скрывался от моего взора. Отчего-то мне захотелось упасть на колени и просить о прощении всех моих грехов. Охватившее меня чувство не было страхом, а было желанием бесконечного благоговения. И я упал, взмолившись к тому, кого видел пред собой.
Назвать его Сатаной я бы не решился, хотя по описаниям он был очень на него похож, кроме размеров. Впрочем, кто сказал, что Сатана маленький? Но ведь не настолько же он велик!
Он сидел так, что его ноги и часть туловища утопали в озере крови, пенившейся глубоко подо мной, а его голова с десятью рогами высилась, как здание Московского университета.
Стоя на коленях на краю пропасти, я молился о спасении своей души.
В ответ своим молитвам я услышал:
– - Твоя кровь уже готова. Ступай, открой ворота Ангелам....
...Я оказываюсь в известном мне зале и вижу теперь уже шестерых знакомых мне людей. Одного их них я видеть бесконечно рад, хотя его присутствие меня удивляет.
– - Как ты сюда попала?
– - подхожу я с вопросом и заглядываю в безбрежную синь небес.
– - Шла по твоим следам.
– - В глазах Василисы я вижу чувства, коих прежде не обнаруживал.
– - Но ведь это было очень опасно!
– - Ты бредил и все мне рассказал. У меня была возможность подготовиться.
Я вспомнил про лабиринты с кровью и спросил: