Кто заставит сердце биться...

Морган Рэй

— Вам придется дождаться Ханну. Она со всеми на родео. Думаю, они вернутся около полуночи. А теперь, если вы передадите мне оставшуюся часть сэндвича, — женщина указала на барную стойку у него за спиной, — я пойду спать.

Майкл взял хлеб и замер.

— Около полуночи? Это невозможно, я хочу спать сейчас.

— Сожалею, — вздохнула она, забирая свой бутерброд и поворачиваясь к двери, чтобы с достоинством удалиться.

— Что мне за дело до вашего сожаления? — он схватил ее за руку. — Мне нужен отдых. Сейчас.

Чарин с ненавистью посмотрела на него.

—

И что вы хотите от меня?

Брови Майкла поползли вверх.

— О, я не знаю. Возможно, быть немного снисходительнее.

Их глаза на мгновение встретились, потянулись минуты неловкости. Ее сердце стучало так громко, что Чарин испугалась, не услышит ли он этот набат.

Смехотворное зрелище. Как она может стоять посреди огромной кухни в этой глупой пижаме, не в силах пошевелить рукою, словно подросток при первом неудачном свидании? Чарин решительно выдернула руку, меча глазами молнии. Затекшее запястье болело.

Майкл, казалось, ничего не замечал.

— Какие комнаты пустуют?

— Понятия не имею, — ответила Чарин, в душе проклиная себя за недостойное поведение. — Не обращала внимания.

— Правда? — Его глаза сузились. — А на каком этаже вы живете?

— На втором, но…

— Там есть свободные комнаты?

— Это не выход.

— Должна быть комната напротив вашей, через холл. Там кто-нибудь живет?

Чарин замялась.

— Я точно не знаю, но не имеет значения…

Он уже направился к двери.

— Я собираюсь спать там сегодня ночью.

— Вы не можете. — Она почти бежала за ним.

— В самом деле? — Майкл забросил сумку на плечо, поднял чемодан, а затем медленно повернулся к ней. — Посмотрим. — Он жестом пригласил ее пройти вперед. — Только после вас, милая дама.

Она с подозрением посмотрела на него, ожидая подвоха, но Майкл не дал ей возможности усомниться в серьезности его слов.

— Почему вы не можете отдохнуть на кушетке, пока они не вернутся? — более дружелюбно предложила Чарин. Она знала, что такой выход ему не подойдет, но он даже не побеспокоился объяснить почему, просто молча стоял в ожидании. Вздохнув, молодая женщина поспешила к лестнице. — Дверь может быть заперта, — обернувшись к своему спутнику, предупредила она, — и постель не застлана.

— Я могу уснуть даже в ванне, если доберусь, — тихо ответил Майкл, даже не собираясь притворяться, что ему безразлична его провожатая. — Просто дайте мне подушку и не включайте душ. Я так и буду спать там до самого утра.

Чарин ускорила шаг, увеличивая расстояние между ними, и внезапно остановилась перед одной из дверей.

— Моя комната. — Она открыла дверь, положила бутерброд на столик, бросив беглый взгляд на спящих малышей, мирно посапывающих в подушки, но, заметив его приближение, захлопнула дверь. — Вот спальня, которую вы собираетесь оккупировать. — Она подергала ручку, дверь легко поддалась. Женщина подошла к кровати и сдернула покрывало. — Так я и думала, нет постельного белья.

— Обойдусь.

— Так нельзя, — в ее голосе послышался протест, — я найду простыни. Только помогите мне с одеялом, и через минуту постель будет готова.

Майкл достал

одеяло, затем стащил пиджак, сбросил галстук и начал расстегивать рубашку. Все, чего он хотел, — это упасть в кровать и закрыть глаза, но он терпеливо ждал, пока она проверит ящики в поисках белья.

Волосы Чарин распустились, обрамляя милое личико легкими волнами, и ему захотелось чмокнуть ее в нос. Когда она нашла простыни и обернулась, он едва не покатился со смеху: прелестные ноги Чарин заканчивались свирепыми персидскими кошками.

— Что? — с возмущением спросила она. — Что смешного?

— Ничего, — быстро нашелся Майкл, стягивая рубашку и бросая ее на ближайший стул. — Ничего особенного.

Одного взгляда на его рельефные грудные мышцы хватило, чтобы Чарин лишилась дара речи. Она быстро отвела взгляд в сторону, «только бы не покраснеть», и двинулась к кровати. Календарный рисунок Шерри не идет ни в какое сравнение с реальностью. Прошло слишком много времени с тех пор, когда она в последний раз видела полуобнаженного мужчину так близко. Интересно, заметит ли он ее возбуждение? Пожалуй, в комнате становится жарковато.

— Ловите, — приказала Чарин, взмахивая руками.

Майкл поймал летящий край. Теперь они держали простыню одновременно с обеих сторон. Их глаза встретились, и ее сердце ухнуло вниз. Что-то таилось в его взгляде…

— Натягивайте, — потребовала Чарин, стараясь сохранить равновесие. Еще несколько минут, и она будет свободна как птица.

— Да, мэм, — промурлыкал он.

— Заправляйте.

Он мрачно посмотрел на свою невольную помощницу.

— Я не умею. — Никаких усилий с его стороны, даже не попытался.

Со вздохом раздражения Чарин двинулась в его сторону. Все произошло слишком стремительно, и в следующую секунду она опрокинулась на спину, а он падал сверху. Чарин беззвучно хватала ртом воздух. В последний момент Майкл вытянул вперед руки и так и завис над ней, глядя прямо в глаза.

— Извините, — произнес он, не двинувшись с места.

Она знала, что должна отреагировать, но, как оказалось, растеряла все слова. Не в силах отвести взгляд, Чарин чувствовала, что растворяется в мягком свете его карих глаз. В надежде найти выход, которого не было, она ощущала сладкую тяжесть его сильного горячего тела. Пьянящее возбуждение охватило ее. Как много холодных ночей в одиночестве выпало на ее долю…

Внезапно тело откликнулось болью. Разум истаивал, унося остатки здравого смысла — свежий запах сильного мужского тела, сталь мускулов… Руки сами потянулись к обнаженной груди, и она почувствовала биение его сердца под своей ладонью.

«Я держу ваше сердце в своих руках», — промелькнуло в голове, и Чарин испугалась, что произнесла эти мысли вслух.

Правда, переживать по этому поводу не было времени. Ее тело обмякло, где-то глубоко в душе запели струны. Ей захотелось окунуться в его любовь словно в омут, и дух сладострастия сломил волю к сопротивлению. Пухлые губки распахнулись, и она, застонав, выгнулась дугой навстречу поцелую. Был ли то стон сдачи на милость победителя или триумфа? А может, непреодолимого желания?