Курс чудес

Тетфорд Вильям

5. Безгрешные получая отдают. Узри же в своем брате могущество безгрешия и раздели с ним силу избавления от греха, даримую тобою. Каждому, кто бредет по миру в мнимом одиночестве, дарован его спаситель, чья особая функция — освободить его и тем самым освободить себя. В мире разделения каждый спаситель назначается раздельно, хоть все они — одно и то же. Однако тем, кто знают, что они одно и то же, спасение не нужно. Каждый находит своего спасителя, как только он готов, взглянув на лик Христа, увидеть Его безгрешным.

6. План этот — не от тебя, и ничто, кроме той части, которую тебе назначено

постичь, тебя в нем беспокоить не должно. Ведь Тот, Кто знает остальную часть, будет о ней заботиться, не прибегая к твоей помощи. Только не думай, что в исполнении остального плана Он обойдется без поддержки той части, что предназначена тебе. Ведь в твоей части содержится всё целое, и без нее не целостна какая–либо часть, и целое не целокупно без нее. В ковчег покоя входят по двое, но с ними вместе входит и начало иного мира. Каждые святые отношения должны сюда прийти, чтобы постичь свою особую функцию в плане Святого Духа ныне, когда они разделяют Его цель. Как только осуществляется та цель, восходит новый мир, куда заказан вход греху, куда Господний Сын способен прийти без страха, чтоб отдохнуть, забыв неволю и вспоминая о свободе. Разве он сможет войти и успокоиться, и помнить о свободе без тебя? Если тебя с ним нет, то он не целен. Но именно о цельности своей он помнит здесь.

7. Такова цель, данная тебе. Не думай, что твое прощение брата послужит только вам двоим. Ведь целый новый мир покоится в руках любых двоих, сюда пришедших отдохнуть. Покуда они отдыхают, лицо Христа сияет им, и они помнят законы Божьи, забыв всё остальное и искренне желая исполнения Его законов в их братьях и в них самих. Ужели ты полагаешь, что достигнув этого, ты сможешь отдыхать без братьев? Оставить хотя бы одного из них снаружи способен ты не более, чем я — оставить вовне тебя и позабыть часть самого себя.

8. Ты, вероятно, недоумеваешь, как можно достичь покоя во времени, где нужно столько сделать прежде, чем откроется к покою путь. Возможно ты считаешь это недостижимым. Тогда спроси себя, возможно ли, чтобы не осуществился Божий план твоего спасения? Как только Его план ты принимаешь своей единственною функцией, не остается ничего, чего бы Дух Святой не сделал для тебя, не прибегая к твоим усилиям. Он будет шествовать перед тобою и выпрямлять твою стезю, и камни убирать с пути, чтобы ты не споткнулся; Он уберет барьеры, способные затормозить твой путь. Ни в чем не будет тебе отказа. А что предстанет трудным, рассеется еще до твоего прикосновения к нему. Не думай и не заботься ни о чем, кроме осуществления единственной цели. Так же, как цель была дана тебе, будет дано и ее осуществление. В том у тебя — гарантия Господня, что несомненно крепче любого встречного препятствия, поскольку она зиждется на определенности, а не на случайности. Она зиждется на тебе. Разве есть что–либо определенней Сына Божьего?

V. Глашатаи вечности

1. В сем мире Божий Сын ближе всего подходит к самому себе в святых взаимоотношениях. Именно в них он начинает находить определенность, которую в нем видит его Отец. И в них же он находит свою функцию возвращения законов его Отца тому, что было от них отстранено, а также функцию нахождения утраченного. Только во времени возможно что–то утерять,

но не навечно. Так постепенно части Сына Божьего объединяются во времени, и с каждым единением ближе времени конец. Каждое чудо единения и есть великий провозвестник вечности. Тот, кто имеет простую, твердую и единую цель, не знает страха. А разделяющий с ним эту цель не может не быть в единстве с ним.

2. Каждый глашатай вечности трубит об окончании греха и страха. Каждый гласит во времени о том, что за его пределом. Два голоса, звучащие вместе, взывают к сердцу каждого, чтоб все они забились как одно. И в том едином сердцебиении союз любви провозвещен и с радостью принят. Мир твоим отношениям святым, своим могуществом скрепляющим единство Сына Божьего. Всё отданное брату отдается всем, и все твоему дару рады. Помни о том, Кто дарит тебе дары, тобой даримые; а через эту память придет воспоминание о Том, Кто отдал дары Ему, чтобы дарить тебе.

3. Ценность твоего брата нельзя переоценить. Подобное удается только эго, но это означает, что видимое в другом — эго желает для себя и соответственно оценивает брата слишком низко. Не поддающееся оценке не оценить. Осознаешь ли ты, какой глубокий страх в тебе рождает бессмысленная попытка судить о том, что запредельно твоему суждению и столь далеко, что ты не в силах его даже видеть? О том, чего не видишь, не суди, иначе его не увидеть, а просто терпеливо подожди его прихода. Тебе дано увидеть ценность брата в тот момент, когда твоим единственным желанием для него станет покой. А то, что ты желаешь для него, ты получаешь сам.

4. Возможно ли назначить цену тому, кто предлагает тебе покой? Есть ли на свете что–либо желанней его дара? Ценность твоего брата установлена его Отцом, и ты о ней узнаешь, когда через него получишь дар Отца. Всё, что есть в нем, так ярко засияет в твоем благодарном видении, что ты его полюбишь и возрадуешься. Ты не подумаешь его судить, ибо увидев лик Христа, кто станет утверждать, что суд по–прежнему имеет смысл? Подобная настойчивость — черта незрячих. Твой выбор — либо видение, либо суд, но никогда то и другое вместе.

5. Тело твоего брата равно бесполезно и для тебя, и для него. Когда его используют согласно учению Святого Духа, у тела вообще нет функции. Разуму для взаимного общения не нужно тело. Видение, в коем присутствует тело, не служит цели святых взаимоотношений. Покуда ты видишь брата телом, цель и средство ее достижения не согласованы. Так почему же для их согласования необходимо такое множество святых мгновений, когда хватило бы и одного? Оно одно и есть. Неслышное дыхание вечности, бегущее как золотистый свет сквозь время, — всегда одно и то же; нет ничего ни перед ним, ни после.

6. Каждое святое мгновение ты видишь разными моментами времени. Но само оно не меняется. Всё что в нем было или будет, — здесь и сейчас. Прошлое ничего не забирает у него, а будущее ничего не добавляет. В нем, следовательно, есть всё. В нем красота твоих взаимоотношений, где цель и средства уже в полной гармонии. В нем вера совершенная, которую ты в один прекрасный день предложишь брату, уже дана тебе; здесь безграничное прощение, которое ты дашь ему, уже дано, а лик Христа, который тебе предстоит увидеть, уже явлен.