Легион Кэнби
Шрифт:
— Видишь вращающийся маяк на западном мысе? — спросил он, вглядываясь сквозь дождь.
— Да, — проговорил, задыхаясь, О'Коннор, — вижу.
— А башню чуть севернее — ту, что похожа на елку?
— Вижу.
— Это широковещательная башня — «WNRG19», далеко на суше. Я помню ее еще с флотских времен. Если огонек удержится к югу от башни, все будет в порядке, если нет — я посадил оба корабля на рифы.
— Господи! — воскликнул О'Коннор. — Может, нам обойти еще раз?
— Не получится, — сказал Кэнби, качая головой. — Посмотри на карту. У нас едва хватает места пройти отмели тем курсом, который мы взяли. Но если мы сможем обойти
— Почему мы не вышли тем же путем, что и зашли? — спросила Наргейт.
— Я бы так и сделал, — буркнул Кэнби, — если бы позволил прилив. Но в борьбе со штормом у нас просто не хватало мощности.
Взглянув в гиперэкраны, капитан сжал губы. Никто и не обещал, что будет легко.
— Гриффит, — приказал он, — на короткое время мне понадобится вся стартовая энергия.
— Бог ты мой, прошу у командира прощения, — проворчала Гриффит, — но мы еще не проверяли корабль с такой энергией.
Кэнби почувствовал, что улыбается.
— Теперь уже некогда, — заметил он. — Кроме того, ты что — хочешь жить вечно?
— Конечно, нет, — буркнула Гриффит. — Терпеть не могу старость.
Спустя несколько секунд она заглянула с экрана в глаза Кэнби.
— Считай, что вся энергия твоя. Пользуйся!
— Это самоубийство! — завопил кто-то с кормы.
— Это необходимость, — парировал Кэнби. — Смотрите, — предложил он, показывая на землю, — сейчас две башни почти сливаются. Нас по-прежнему сносит в подветренную сторону… Гиббоне! Отдай все, что есть у «Чумы», и следуй за мной.
Затем он толкнул регуляторы тяги вперед от отметки «СТАРТ» до отметки «БОЕВАЯ НАГРУЗКА» и с замирающим сердцем стал ждать. В какую-то секунду результат показался сомнительным. Удары двух неотрегулированных двигателей сотрясали весь корпус. Оглядываясь назад, Кэнби заставил себя дышать. Буксир все еще держался, а оба корабля двигались против шторма. Кэнби сделал все что мог — теперь это должно или сработать, или нет. Он ощущал нараставшее напряжение экипажа. Затаив дыхание, все ждали…
Немного впереди белел от пены океан, и волны, вместо того чтобы катиться одна за другой, казалось, беспорядочно метались. Кэнби разглядел в водном хаосе темный вал не больше сотни метров шириной, но вскоре тот скрылся из виду. Скорее по наитию, чем по каким-то другим соображениям, Кэнби повел корабли между бурунами. Командиром овладело полное спокойствие, он правил рулем так, словно его кто-то вел. Снова и снова, когда пена откатывалась в подветренную сторону, экипаж оживлялся, предполагая, что опасность миновала, но огромные волны вздымались перед ними одна за другой.
Наконец два корабля достигли такого места, где, казалось, их подстерегала сама погибель. Кэнби ждал этого Сосредоточившись, он вгляделся в волны, заметил скалу как раз тогда, когда она на секунду обнажилась, затем обогнул дальний край узкого прохода, рывком в самый последний момент сдвинул руль управления и благополучно вывел оба корабля из рифов в тяжелые волны открытого океана.
По всей их рубке — так же как и на «Чуме» — прокатились крики радости. Гиббоне выглядел на экране так, будто провел за приборами лет десять. Кэнби прекрасно понимал причину. Его помощнику досталась более трудная работа ждать и следовать за человеком, суждению которого приходится безоговорочно подчиняться.
Шторм быстро ослабевал, хотя по-прежнему бушевал ветер. Вокруг простиралось
— Да, командир, — начала она, — я по поводу этих двигателей…
— Что с ними? — устало спросил Кэнби.
— Они проверены, — с легкой усмешкой доложила Гриффит, — и готовы к взлету в любое время, когда вам захочется опробовать приборы управления полетом. Я подумала, вам будет интересно.
Усмехнувшись, Кэнби откинулся в кресле, заметив далеко впереди два других своих корабля.
— Большое спасибо, Гриффит, дружище, — поблагодарил он. — Мне просто не терпелось это услышать. Но, думаю, летную проверку мы пока отложим. На сегодня с меня достаточно.
Пока Кэнби направлялся на корму, чтобы оценить разрушения, причиненные бурей его «DH98», Кобир с четырьмя «KV388» находился более чем в миллионе световых лет от легионеров, на неспокойной, образованной из жидкого азота поверхности Омеги-932, маленькой мертвой планеты в отдаленном уголке Галактики. Вместе с экипажами Кобир только что доставил ценный груз из приводных кристаллов типа 94/А с захваченного накануне утром торгового корабля на один из своих старых «KV72». Под безрадостным черным небом пираты собирались освободить судно, предварительно выведя из строя узлы связи. Наземные экипажи кирскианцев в армированных скафандрах уже хлопотали вокруг «388», готовясь лететь домой, на Халиф, когда в переговорном устройстве Кобира послышался голос Зернера Петроски, капитана «KV72»:
— Сенсоры дальнего действия засекли восемь тяжелых крейсеров. Вероятно, снова имперские «тарквины» ТА-91. На этот раз они уж точно по наши души.
— Zvoiki! — выругался Кобир по-кирскиански. Он знал, что корабли ищут его уже несколько недель, и старательно избегал встречи с ними. Впрочем, рано или поздно, неизбежное должно было случиться.
— Всем капитанам — снимаемся! Срочно! — приказал Кобир, бегом устремляясь вдоль корабля к верхней шлюзовой камере.
— Петроски! — распорядился он. — Выведи «72» на другую сторону планеты, затем установи обратный пеленг из дома, пока мы здесь не разберемся. Понятно?
— Понятно, — ответил Петроски.
Большего и не требовалось.
Уголком глаза Кобир видел, как старый корабль двинулся вперед над бесконечными волнами жидкого азота. Затем капитан вошел в шлюзовой отсек и принялся запечатывать люк — Всем на боевые посты! Закрыть защитные герметические переборки! Шкода, подними нас — сейчас же!
Вскоре он начал пробиваться сквозь охваченную суматохой летную рубку, где Шкода уже быстро вел корабль над азотом. Когда Кобир скользнул в свое кресло, корабль поднимался на полной мощности.
— Это они? — нетерпеливо спросил Кобир, через гиперэкраны показывая на две группы из восьми сверкающих пятнышек, образующих в черном небе клин.
— Меня это нисколько не удивляет, — бросил Шкода в своей обычной невозмутимой манере.
Пока он говорил, каждое пятнышко вспыхнуло в темноте, и удалявшаяся поверхность планеты выстрелила ярким свечением. Кобир оглянулся на беспорядочное озеро жидкого азота, оставленное ими лишь пару минут назад. Внезапно оно изверглось вспышками огня и метнувшихся вверх гейзеров.