Лекарь Империи
Шрифт:
Я же про себя тихо злился. Мне и без его показательных выступлений было все понятно. Картина маслом: перебрал вчера парень с какой-нибудь местной дрянью, «Эфирным Рассветом» или «Лунным Порошком» — тут уж фантазия у местных алхимиков-наркобаронов работала на полную катушку.
Названия красивые, а суть одна — отрава, вызывающая кратковременную эйфорию, а потом вот такие отходняки. Такие вот золотые мальчики только отвлекают скорую от действительно важных дел. Пока мы тут вынуждены нянчиться с богатеньким наркоманом, где-то там, в обычном районе, может быть, действительно умирает
Обидно, досадно, но работа есть работа.
Пока Григорий продолжал свой осмотр, я заметил, что баронесса снова закашлялась, на этот раз сильнее, прижимая платок к губам. Кашель был сухой, какой-то надсадный, очень знакомый.
— Простите, ваше благородие, — обратился я к ней как можно деликатнее. — А вы сами как себя чувствуете? Этот кашель… не «Стеклянная лихорадка» случайно? Уж очень характерный.
Она удивленно посмотрела на меня.
— Ох, да, молодой человек… она самая, будь неладна, — вздохнула баронесса. — Но я уже на поправку иду, слава богу. Пик прошел. А так-то намучилась, скажу я вам! Целую неделю как в аду провела — слабость жуткая, температура под сорок, ничего не помогало. И запахи пропали, и вкус еды не чувствовала… ужас! Это вот дети, говорят, ее легко переносят, часто болеют, но быстро выздоравливают. А мы, взрослые, если уж подхватим, то редко, да метко. Хорошо хоть все позади…
Она снова закашлялась, и я невольно отметил про себя, что кашель характерный, но явно остаточный.
Тем временем Григорий, закончил свои манипуляции с Филиппом. Парень на кровати дернулся, застонал и сел, испуганно озираясь по сторонам. Вид у него был, прямо скажем, не очень. Бледный, с безумными глазами, он качался из стороны в сторону и не мог связать и двух слов, бормоча что-то нечленораздельное.
Отец, барон, увидев сына в таком состоянии, побагровел от гнева.
— Опять! Опять ты за свое, щенок! — прорычал он, сжимая кулаки. — Опять нажрался этой дряни! Я тебя!..
— Ну что ты, дорогой, успокойся, — тут же запричитала баронесса, бросаясь к мужу. — Возраст у него такой… переходный… все пройдет…
Ага, пройдет. Вместе с печенью и остатками мозгов, если вовремя не остановится.
Филипп, попытавшись встать, снова рухнул на кровать как подкошенный и затих, опять уставившись в потолок неподвижным взглядом.
— Так, — деловито произнес Григорий. — Состояние нестабильное. Интоксикация неясной этиологии, возможно, психотропными веществами. Нужна госпитализация для детоксикации и наблюдения.
Родители переглянулись в смятении. Видимо, перспектива отправить свое чадо в больницу, да еще и с таким диагнозом, их не слишком радовала. Огласка, скандал… Аристократы этого не любят.
Решение Григория госпитализировать Филиппа и меня, честно говоря, внутренне возмутило.
Ну да, перебрал парень с какой-то дрянью, получил интоксикацию. Но состояние его уже стабилизировалось, угрозы жизни не было. Зачем занимать койко-место в больнице, где оно может понадобиться кому-то действительно тяжелому? Непонятно.
Можно же было просто провести детоксикационную терапию на дому — поставить капельницу с гепатопротекторами, форсировать
Ну, может, еще сорбенты какие-нибудь дать. И все, через пару часов был бы как огурчик, не считая головной боли и чувства глубокого раскаяния. А так — целая история с госпитализацией, анализами, наблюдением… Лишняя суета и трата ресурсов.
Отец Филиппа, барон, тоже, похоже, не горел желанием терять свое драгоценное время из-за очередного загула оболтуса-сына. Тем более второго. Значит есть первый — наследник. Он стоял с каменным лицом, лишь изредка бросая на отпрыска гневные взгляды.
Видно было, что ему вся эта ситуация поперек горла. Мать же, наоборот, вся извелась. Она то прикладывала платок к глазам, то всплескивала руками, то пыталась поправить подушку под головой своего несчастного дитятки.
— Ах, Филечка, ну что же ты так! — причитала она. — Вдруг ему хуже станет? Господин лекарь, вы уверены, что нужно в больницу? Может, дома ему лучше помогут? Мы вызовем лучших лекарей. У Афанасия в контактах даже магистр первого класса есть. Он поможет но из Владимира только через пару дней может приехать.
Магистр первого класса это восьмой ранг в местной иерархии Гильдии Целителей. Недурные у них связи, конечно.
Григорий тут же проявил просто чудеса сверхзаботы и участия.
— Ваше благородие, — обратился он к баронессе с самым сочувствующим видом, на какой был способен. — Состояние вашего сына, хоть и стабилизировалось, но требует тщательного наблюдения. Последствия приема неизвестных веществ могут быть непредсказуемы. Лучше перестраховаться и провести несколько дней под присмотром квалифицированных специалистов. В больнице ему обеспечат полный покой и необходимую терапию.
Я едва сдержал усмешку. Ну, Григорий, ну, артист! Сразу стало понятно, к чему он клонит. Стандартная схема: напугать богатых клиентов, настоять на ненужной госпитализации, а потом, как бы невзначай, получить от них щедрые чаевые за проявленную заботу и спасение наследника.
Стерпеть такое я не мог. Это уже не медицина, а какой-то базарный развод.
— Ваше благородие, — я шагнул вперед, обращаясь к барону, который выглядел самым здравомыслящим в этой компании. — Позвольте вмешаться. Действительно, ваш сын принял пока нам неизвестное вещество, вызвавшее интоксикацию. Но сейчас его состояние не требует экстренной госпитализации. Достаточно будет провести инфузионную терапию на дому, чтобы снять симптомы и ускорить выведение токсинов. Я могу поставить ему капельницу прямо сейчас.
Григорий аж задохнулся от возмущения. Лицо его пошло пятнами.
— Да ты… да как ты смеешь, адепт?! — прошипел он, но повысить голос не решился — все-таки аристократы рядом. — Я старший, и я принимаю решения!
— Решения должны быть обоснованными и направленными на благо пациента, а не на что-то другое, — спокойно парировал я. — И если можно обойтись без госпитализации, сохранив койко-место для того, кому оно действительно необходимо, то так и нужно поступить.
Барон внимательно посмотрел сначала на меня, потом на Григория, потом снова на меня.