Н 8
Шрифт:
Наконец, сигналы маячка Аниты привели его на тихую улочку, застроенную красивыми домами, многие из которых могли спокойно претендовать на звание дворца или особняка. Однотипные решетчатые заборы тянутся вдоль тротуаров; на каждом из них целая система наблюдения от обычных видеокамер до охранных амулетов в виде энергетических накопителей. Стандартная защита.
На некоторое время перейдя на магическое восприятие действительности, Никита обнаружил нужную метку, стабильно функционирующую в астральном пространстве. Облегченно вздохнув, молодой волхв с интересом рассмотрела двухэтажный дом с двумя подъездами под коричневой кровлей. Возле кованых двухметровых
— Парень, ты бы проходил мимо, — дружелюбно, но с нотками настойчивости сказал один из охранников со старшинскими нашивками. Даже простучал пальцами по кобуре, откуда торчала ребристая рукоять пистолета. — Не положено здесь останавливаться.
Никита вытащил руки из карманов, чтобы не напрягать служивых, и слегка приподнял их. Супружеские кольца с драгоценными камнями сверкнули на солнце. Поинтересовался:
— Я правильно понимаю, что это родовая усадьба Годуновых? Я ищу Борислава.
— Зачем вам молодой господин, сударь? — старшина подобрался, а его собеседники как бы невзначай разошлись в разные стороны, беря в клещи странного парня с целым состоянием на пальцах.
Не замечая этих попыток, Никита охотно ответил:
— Он мой давний друг. Мы по Твери знакомы. Если Борислав сейчас здесь, предупредите его, старшина. Хочу сделать сюрприз.
— Как вас представить? — старшина не собирался устраивать на улице представление с задержанием незнакомца, держащегося необычайно уверенно. Последние два года кого здесь только не было. Безопасники, «осовцы», маги — и все кого-то искали, пытались поговорить с Главой Рода. Но им жестко показали, кто здесь хозяин. Военный клан подчинялся только Великому князю, а он не давал никакого повода для обысков и арестов Годуновых. Ему хватило боярского бунта. А все остальное — от лукавого, инициатива Вяземского и Басманова.
— Скажите, что барон Анциферов прибыл с визитом, — уверенно ответил Никита и заметил усмешку в глазах охраны. Ну да, барон… На своих двоих притопал, да еще с таким апломбом держится.
— Конечно, сударь, мы дадим знать, — старшина все-таки кивнул одному из подчиненных, и тот быстренько забежал в сторожевой домик. — Не сочтите за наглость, господин барон, но кого вы еще знаете из Годуновых?
— У Борислава есть жена, Анита Васильевна. Она — моя сестра, если вам угодно знать.
На мгновение старшина растерялся, но сразу же взял себя в руки. Он помнил, на что способны «осовцы», не любимые в Москве. Какая-нибудь очередная провокация?
— Не обессудьте, барон. Если вы пришли сюда с плохими намерениями, и ваше родство не подтвердится, я буду вынужден просить вас удалиться. И никогда здесь не видеть более.
— Разумно, — пожал плечами Никита. — И все же подождем.
— А вот и Борислав, — сказал один из бойцов, стоящий чуть поодаль, и контролировавший спину Никиты, чтобы тот не убежал или не совершил какое-нибудь непотребство.
Действительно, с улицы хорошо было видно, как по дорожке к воротам торопливо шагает молодой парень в кожаном плаще. Никита сразу узнал Борислава, несмотря на
— Сейчас нам фитиль вставят, — негромко сказал третий боец. — Недоволен боярич.
— Ты на службе, Носков, — отрезал старшина. — Мы не нарушали свои обязанности.
Внешняя дверь сторожки распахнулась, и на улицу выскочил Борислав. За ним торопливо шагали еще двое бойцов. Кажется, вся внешняя охрана собралась возле ворот.
— В сторону! — резко произнес Борислав, и увидев Никиту, радостно взревел. Его объятия были настолько сильными, что кости опасно затрещали. Волхв не отставал. — Никита! Брат! Вот это сюрприз! Анита утром расколошматила чашку и тарелку из китайского сервиза, и сразу сказала, что кого-то черти принесут! Не думал, что тебя!
Годунов расхохотался и продолжил засыпать гостя:
— Никита! Да какими судьбами-то! Пошли, пошли в дом! Михалюк!
— Я, — старшина поежился в ожидании взбучки.
— За службу благодарю, расслабься, — Борислав хлопнул по плечу старшину, который тут же расплылся в улыбке. — Надеюсь, господин барон не разозлился на не столь учтивое обхождение?
— Пустое, — махнул рукой Никита. — Веди в дом, воин! Анита, надеюсь, с тобой?
— Сейчас увидишь, — ухмыльнулся Годунов.
Никиту едва не снесло вихрем, стоило только переступить порог парадной. Золотоволосое чудо в платье цвета аквамарина, не обращая внимание на прислугу, с радостным воплем повисло на шее волхва. Не ожидая такого эмоционального приема, он машинально обхватил за гибкую талию Аниту и закружил ее вокруг себя. Получив порцию горячих поцелуев, он с трудом оторвался от объятий и со смехом передал сестру Бориславу.
— Придержи ее, а то задушит! — взмолился волхв.
Пока прислуга накрывала на стол, Борислав успел познакомить Никиту со своими родственниками. В первую очередь представил отца — Василия Даниславича — высоченного плечистого мужчину, привыкшего к физическим нагрузкам и к оружию. Он и сейчас, несмотря на берущий свое возраст, выглядел молодцевато и подтянуто. Крепкая рука, сильное пожатие, от которого хрустят пальцы — это было обязательная проверка. Никита ее прошел, но пришлось слегка подстраховаться, чтобы ладонь не оказалась раздавленной. Годунов-старший понял и усмехнулся в смолянисто-черные усы.
— Наслышан, наслышан о тебе, Никита Анатольевич, — сказал он добродушно. — Тут целая война за твоих сестер была, даже пришлось в Тверь ездить к Великому князю, чтобы прояснить ситуацию. Ну и подмаслить чуток…
Следом Борислав представил мать — Александру Игоревну. Миловидная женщина удивительным образом контрастировала со своим мужем. Она по сравнению с ним казалась миниатюрной, едва доставая ему до плеча. Но учитывая, что рост папани Борислава был едва ли не под два метра, матушка достойно представляла род Годуновых.
Следом пошли сестры и братья. Но не все. Самые младшие сейчас находились в гостях у Патриарха Рода. Старик жил неподалеку в своем небольшом особнячке и не особо любил ходить по гостям.
Годуновы полностью обеспечивали жизнедеятельность семьи своими силами. Управляющий, служба безопасности, экономисты, адвокатура — все были из представителей Рода. Двоюродные дядья и братья, сестры и тетки. Каждый трудился на благо Дома Годуновых.
— Тебе повезло, что их сейчас нет дома, — усмехнулся Борислав, когда Никита уже взопрел от многочисленных пожатий и намозолил язык, говоря ответные любезности.