Н 8
Шрифт:
— Да, в гостиной стало оживленно, — усмехнулся Борислав и подмигнул Никите. — Пойдем, а то отцу не понравится наше опоздание.
Глава 5 (окончание)
Никита понимал, что его появление в Москве является серьезным риском для двух семей, преданных Великому князю. Предстояло еще одни сутки сидеть в четырех стенах усадьбы Годуновых и ждать визита Насти. Скучать не пришлось. Василий Даниславич едва ли не до полуночи разговаривал с гостем. Его интересовала прошлая служба Никиты в качестве наместника
Предупредив Никиту, что он до сих пор находится в розыскных листах, Глава Рода попытался прощупать намерения молодого барона. Попадать еще раз в немилость Великому князю, как это произошло после взбрыкивания Борислава, Василий Даниславич больше не хотел. Доверие, завоеванное кровью и честным служением, легко потерять одним неверным шагом.
Единственная просьба, которую он пообещал выполнить, состояла в том, чтобы помочь Назарову выехать за город. А дальше его личное дело, как ему добираться до Твери.
Несмотря на ночные посиделки, Никита встал рано. Выглянув в окно, выходящее на задний двор усадьбы, он увидел группу крепких молодых ребят, топчущихся на тренировочной площадке, очищенной от снега и посыпанной речным песком, откуда-то взявшимся в весенней Москве. Руководил занятиями коренастый мужик с бритой головой и пышными «варяжскими» рыжими усами. Он ходил вдоль площадки и что-то энергично показывал, скупо размахивая руками. Его внимательно слушали и тут же сходились в жесткой сцепке.
Никита усмехнулся и решил тоже размяться. Если позовут показать молодецкую удаль, не стоит отказываться. В одних спортивных штанах и в майке он выскочил на улицу, сопровождаемый удивленными взглядами горничных и охраны, топчущейся на лестнице.
Сделав несколько коротких пробежек — территория не позволяла носиться по невидимому кругу — волхв остановился и занялся дыхательной тренировкой, а заодно ловя энергию Силы. Уловив знакомое дрожание невидимых глазу сходящих и нисходящих потоков, Никита завертелся волчком, концентрируя вокруг себя вихрь, из которого он черпал будоражащие тело токи. Они пронзали его насквозь, насыщая кровь мириадами магических. И от этого тело становилось легким, освобождалось от негативной энергии.
Он краем глаза заметил, как за ним внимательно смотрит лысый «варяг». Но стоило кому-то из молодых отвлечься от боя, как тут же следовал командный рык. Каждая из пар занималась по какой-то своей индивидуальной программе. Кто-то отрабатывал защиту от ножа или пистолета, другие валяли друг друга по земле.
Закончив разминку, Никита сел на скамеечку, приставленную к кирпичному одноэтажному домику, служившему, по-видимому, раздевалкой и душевой для бойцов. И стал с любопытством смотреть на усердную тренировку парней.
— Сам-то не хочешь побаловаться, боярин? — с хитрецой спросил «варяг», глянув на Никиту. — Слышал от молодого боярича Борислава, что вы с ним славно на Тверце кулаками махали.
— Рукопашный
— Ранко! — весело рявкнул инструктор, и в то же мгновение одна из пар рассыпалась. К нему подскочил рябоватый парень с голым торсом, лоснящимся от пота, и молодцевато вытянулся, играя упругими мышцами. Дурачился. — Покажи-ка гостю, на что гридни наши способны! Как изволишь, боярин?
— Попробуем для начала рукопашную, — подумав, Никита стянул через голову майку и бросил на скамейку. Прохладный ветерок с удовольствием облизнул разгоряченное тренировкой тело.
Гридень с забавным именем Ранко улыбнулся и отошел на середину площадки; остальные тренирующиеся тут же разошлись по сторонам, предвкушая развлечение. «Варяг» искоса поглядел на них, но ничего не сказал.
Противник Никиты потоптался на месте, оценивая возможности гостя, и без предварительной подготовки ринулся вперед. Пользуясь преимуществом своих длинных рук и массой, Ранко явно хотел или свалить соперника захватов за пояс, или взять в жесткий захват. Но сделал совершенно другое.
Широкий замах правой рукой был отвлекающим, а левая уже неслась в челюсть. Только никакого удара не получилось. Ранко почувствовал, как его раскручивает какая-то невероятная, дикая сила, после которой он полетел в песок. Сгруппировавшись, гридень кувыркнулся через голову и даже успел блокировать жесткий удар в район шеи. Попробовав вскочить, парень попался на подсечку и довольно болезненно грохнулся на холодный песок.
Никите понравилась его реакция. Ранко был невероятно гибок и изворотлив. Как он сумел вскочить на ноги и нанести несколько размашистых ударов, стараясь сбить наступательный порыв противника — сделало бы честь любому бойцу уровня Тагира или Арсения. Но попавшая в захват рука была вывернута самым жестким способом. Гридень застыл на месте, боясь сделать лишнее движение. Иначе бы кость точно сломал.
— Достаточно! — рявкнул «варяг», недовольный поражением своего бойца. — Отпусти этого непутевого, боярин. Будем драться на ножах. Показываем точку удара, ран не наносим. Справишься?
— С кем имею честь?
— Сотник Адан, — шутливо приставил к виску два пальца «варяг», копируя жест иностранных наемников. — Дайте боярину нож!
Кто-то из молодых бойцов вытащил из ножен клинок и бросил его рукоятью вперед. Никита легко перехватил его и сразу же проверил, насколько удобно оружие. Ничего так, хорошо легло в ладонь. Баланс отличный.
— Интересная у тебя школа, боярин, — Адан замер и вдруг начал жонглировать своим ножом, выписывая им всевозможные фигуры. Потом перебросил в другую руку, продолжил представление. И так же резко прекратил. — Но моя не хуже.
Резкий рывок, размытая тень — и Никита мгновенно вступает в бой. Такого соперника он еще не встречал. Приходилось работать плотно и с напряжением всех своих сил. Руки превратились в мельничные лопасти, сверкающие на солнце клинки радостно вспыхивали серебром. Острия едва не касались кожи в разных местах. Адан трижды «доставал» Никиту: бок, шея, правое плечо.