Никогда Никогда
Шрифт:
– Не важно. Все равно нет способа пересечь Нетландию, и не попасться на глаза моему отцу.
Крюк наморщил лоб, подумал немного, и оперся о стол, размышляя вслух.
– А мы не пойдем через Нетландию.
– Тогда как ты предлагаешь это сделать?
– Мы обойдем ее.
– Его глаза загорелись.
– Сегодня возвращайся в свой лагерь. Возьми, что считаешь нужным. А завтра, как стемнеет, приходи на ту поляну...
– Я поняла, куда.
– Он ухмыльнулся.
– Я пришлю за тобой пару моих людей. Наверное, Сми и Старки. Они
Тигровая Лилия поджала губы, обдумывая сказанное. Затем подошла к Крюку и обвила руками его шею.
– Встретимся там. До завтра.
Он опустил руки на ее талию, наслаждаясь моментом, когда их бедра так соприкасаются, и стараясь не замечать тепла, разливавшегося в груди.
– Тебе ведь рано еще уходить.
– Он прижал губы к ее щеке, возле самой мочки уха и улыбнулся, когда она вздохнула. Но она оттолкнула его.
– Мне нужно идти, Джеймс. Мой отец... Мне нужно с ним как следует попрощаться.
– Не знаю, как проживу без тебя целую ночь, прежде чем увижу тебя снова. Позволь же мне как следует попрощаться.
– Он поцеловал ее снова, глубоким поцелуем, проводя рукой вниз по ее спине.
– Пират.
Его глаза заблестели.
– Верно.
Тигровая Лилия вырвалась с его объятий и прижала ладонь к его груди.
– Мне пора уходить. Увидимся на Коричневой Скале. Завтра ночью.
Крюк схватил ее за руку, сжимая и изображая печаль на лице, пока Тигровая Лилия не отвернулась, и не вышла за дверь, смеясь, оставляя его немного недовольного и взволнованного. Чуть позже он тоже вышел из каюты, обдумывая план действий. Старки кивнул ему, как только он пересек порог.
– Капитан.
– Старки...
– Крюк остановился возле него.
– Мне нужно с тобой поговорить.
Старки поднял голову и подошел ближе, Крюк же жестом пригласил его следовать за ним, покидая корабль.
– Что случилось, капитан?
– У меня есть к тебе ответственное поручение.
– И какое же?
Крюк прикусил щеку, держа паузу.
– Я принял решение, которое может вызвать… волнения. Это крайне важно, чтобы ты послушал меня, для своего же блага и Испанского Мэйна.
Выражение сосредоточенности отразилось на лице Старки.
Капитан Крюк нервно хлопнул по своей ноге.
– Я ухожу.
Брови Старки взметнулись вверх.
– И надолго?
– Пока не знаю.
Старки понизил голос и схватил его за руку.
– Капитан, не могли бы вы объяснить, о чем конкретно идет речь?
– Тигровая Лилия, - ответил он, выдергивая руку.
– Я ухожу с ней. Завтра.
Старки вытаращил на него глаза.
– Мы уходим. Не навсегда, но на некоторое время.
– Это безумие, сэр. Знаете, что случится с командой, если вы уйдете? Мы ничто без вас. И никто. Вы настроили каждого пирата против Мэйна, не считая уже Питера Пэна. Если вы покинете нас...
– Старки, даже не пытайся переубедить меня остаться. Не поможет. Я ухожу, а ты со Сми поможете
Старки помотал головой, его руки сжались в кулаки.
– Вы капитан Крюк, сэр. Вы не можете оставить свой собственный корабль.
– Не перечь мне, - пригрозил Крюк, скорчив сердитую гримасу.
– До завтрашних пор, я все еще твой капитан.
Старки отвернулся от него.
– И на время, пока я ухожу, я вверяю Мэйн тебе.
Старки обернулся, недоумевая.
– Ты был главным на Испанском Мэйне, когда я попал в Нетландию, и ты снова им станешь, когда я уйду.
– Сэр, я не...
– Отказ не принимается. Возвращайся на корабль.
Старки поджал губы и медленной тяжелой походкой направился к кораблю.
Крюк засмотрелся на волны. Море было полно соли, пены и возможностей. Он отогнал прочь слабое чувство вины, что охватило его, пока он стоял там. Команда продержится то время, пока его не будет.
Однако же, по возвращении на корабль, часть людей сердито взирали на него, остальные же глазели с раскрытым ртом. Он почувствовал, что его сейчас стошнит. Лица Джукса и Сми, в особенности, задели его. Но Крюк лишь поднял голову повыше, и не обращая внимания на ошеломленные лица, сосредоточился лишь на том, чтобы быстрее дойти к своей каюте. Открыл дверь и громко захлопнул ее за собой.
Глава 31
На корабле было тихо, в то время как Крюк лежал в своей кровати и пялился в потолок. Дверь скрипнула и медленно открылась, впуская полоску яркого света. Крюк мигом привстал.
– Капитан?
– послышался тонкий голос, от звука которого у Крюка кольнуло в сердце.
– Что, Сми?
За Сми зашел Старки, глядя в пол. Крюк почти ощущал их злобу и боль. Из-за этого, как он понимал, Сми почти не говорил. Да не важно. И пусть.
Сми вздохнул.
– Мы, это… уходим сейчас. За принцессой.
Крюк кивнул, кашлянувши.
– Да. Хорошо. Отлично.
Сми посмотрел на него в ответ, и открыл было рот, как будто собираясь что-то сказать. Но слова застряли в горле, и он снова его закрыл, и вышел из каюты, переваливаясь так быстро, как только мог. Крюк мог поклясться, что его глаза излучали прежнюю доброту, когда он уходил.
Старки же, в свою очередь, лишь сморщил нос и сжал челюсть, гордо отвернулся и закрыл за собой дверь, не обмолвившись и словом, и не посмотрев более в его сторону.
Крюк уставился на закрытую дверь, чрезвычайно расстроенный. Он внимательно окинул взглядом каюту, дотронулся до каждой вещи и мебели в последний раз, медленно проводя по ним пальцами. Его золотой кубок для вина, отполированное дерево его стола, даже стены. Ему было не по себе от предстоящей поездки с Тигровой Лилией, но мысль, что это в последний раз он видит Испанский Мэйн и кто знает, надолго ли, навеяла на него грусть, как будто он покидает свое дитя и не знает, когда вернется.