Новые герои
Шрифт:
— Но ведь он бог… Разве может высшее существо не видеть, что все мы равны?
— Даже богам свойственно ошибаться, мальчик. Верхакс идет самым легким путем… Но и самым разрушительным. Маджит — идеалист, мечтатель… Он верит, что однажды все обретут силу и мудрость богов… и мир станет идеальным. Именно поэтому многие считают, что он покровительствует магам и оборотням… А он просто верит, что эти существа — первые шаги к святости мира.
— Как я был глуп. Я все понимал не так.
— Чье учение ближе тебе,
— Раньше я согласился бы с Вами. Но теперь Эмилан показал мне, что выше всего всепрощение… и оно дается труднее всего.
— Подумай. Я не буду препятствовать тебе, если ты захочешь уйти.
— Извините…
— Я разрешаю тебе задавать вопросы… разрешаю сразу, чтобы ты не просил разрешения перед каждым из них.
— Ведь Эмилан — Ваш служитель. Как получилось, что он проповедует чужое учение?
— Ах, мальчик, — бог покачал головой. — Эмилан — не служитель мне. Он свободен. И он учит тому, во что верит сам.
— Но почему тогда его называют Вашим служителем?
— Мы — просто знакомые. Он служит не мне, а другому. А люди… Как ты помнишь, смертным свойственно ошибаться.
— Спасибо… Спасибо Вам за все.
— Помни, мальчик: решать тебе, — пришелец растворился в воздухе и лишь божественный свет сиял несколько секунд после его исчезновения.
— Договорили? — спросил меня вернувшийся Эмилан.
— Да. А можно спросить…
— Идем. Нам надо поспешить, если мы хотим добраться до селения завтра.
Мне показалось, что целитель не хочет говорить со мной о боге.
Он молчал и весь следующий день. Эльдил… я представлял его немного не таким. Но он бог. Настоящий бог, благородный… и не боящийся признать возможность своей неправоты. Бог, который позволяет нам, жалким смертным, самим выбирать путь служения…
Как неправильно судят о богах в Мирограде! Почему они признают правоту только одного — своего бога? Хотя священник колебался, но все же в глубине души он верил, что прав именно Эльдил. Раньше я тоже так думал. Раньше я считал, что если не будет войн, болезней и голода, мир будет гораздо лучше.
Но Эмилан поселил сомнение в моем сердце. Ведь нигде, ни в одном поступке… ни в одном существе и событии не бывает чистого зла. Тогда, возможно, если исчезнут войны, то из мира уйдет и часть добра? А кто мы такие, чтобы изгонять добро…
Я несколько раз пытался завести на эту тему разговор с Эмиланом, но каждый раз он переводил его на что-нибудь другое. В конце концов я понял, он считает, что то, что произошло на поляне, касается только меня… И мне самому надо принимать решение.
Еще через некоторое время нам снова встретился странный путник.
Он был среднего роста, в обычных целительских одеждах и с дорожным посохом. У него были снежно-белые волосы и сияющие голубые глаза, так что сначала я принял
— Вы позволите мне пройтись с вами? — почтительно спросил он моего учителя.
— Пожалуйста. Мы всегда рады попутчикам, — кивнул Эмилан.
— Я хотел бы поговорить с тобой, — незнакомец слегка оглянулся на меня.
— Я пока пособираю цеалину, — тут же понял я и отошел, чтобы не мешать разговору.
Я бродил по кустам, изредка поглядывая на учителя. Несмотря на безличное приветствие я понял, что они были хорошо знакомы. Пришелец что-то рассказывал Эмилану, а тот понимающе покачивал головой. Незнакомец не покинул нас, и когда мы остановились на ужин.
— Прости, что я не представился, — обратился ко мне после еды попутчик. — Меня называют Элом и я целитель. Надеюсь, ты не обиделся за мое бестактное поведение?
— Нет, господин. Я прекрасно понимаю, что еще не готов воспринимать и усваивать многие вещи.
— Спасибо.
— Вы можете не обращать на меня внимания… Или, если хотите, я пойду, прогуляюсь, — предложил я.
— Нет, останься. У меня нет от тебя секретов.
— Так ты говорил, что Мироград разрушен? — продолжил начатый разговор учитель.
— Да. Почти полностью. Теперь его собираются отстраивать… Но чуть западнее, в двух километрах от этого места.
— Многие пострадали?
— К счастью нет. Инквизиторы перенеслись в Святоград, а монахи — в Моноград… Ну, про остальных ты знаешь и сам. Только в этот раз Лэт слишком уж расшалился, каждого сотого отправил по случайности… по рэндомайзу, как он выразился, — грустно вздохнул пришелец.
— Кто еще явился в день разрушения? — спросил Эмилан.
— А ты как думаешь? Разумеется, Верхакс. Как я не просил его хотя бы на этот раз не разрушать город, он не послушал… А что могу я? К тому же, возможно, истина на его стороне.
— А Маджит? Его не было?
— Нет. Даже странно, он еще не пропускал ни одного разрушения, — покачал головой пришелец.
— Да… Непонятно. Чем ты теперь займешься?
— Чем обычно.
Они еще долго разговаривали, пока я дремал у костра. Сквозь полусон я частично слышал их разговор… и он произвел на меня большое впечатление.
Пришелец тоже служитель Лэта. Иначе как можно объяснить его всепрощение, мирное отношение ко всем и вся? Он никого не осуждал.
Ночью мне приснился сон.
Я стоял на высокой скале, у обрыва. Под ним раскинулся бескрайний зеленый лес, изредка пересекаемый селениями. Небо было ослепительно голубое… Дул прохладный ветер, развевающий волосы моего спутника.
Им был Эльдил. Его одежды были белоснежными, как во время нашей встречи в лесу, глаза сияли… А на лице отражалась вселенская мудрость… и грусть.