Шрифт:
Светлое будущее
Бахыт Кенжеев родился в 1950 году. Окончил химфак МГУ. Поэт, прозаик, эссеист. Лауреат нескольких литературных премий, в том числе новомирской премии “Anthologia” (2005) и “Русской премии” (2009). Живет в США и в Москве. Постоянный автор “Нового
1904
Когда хандра, в час темной синевы,
где, знай, кривляется луна кривая,
промчусь по льду красавицы Невы
в звенящем электрическом трамвае.
Стук черного металла о металл.
От жалости к себе вдруг втихомолку
расплачусь, потому что так устал,
что даже санатория без толку —
развалины, лимоны, лаццарони.
Как все же гнусен пресловутый юг!
Пускай Харон не терпит посторонних —
в своем каяке — мне давно б каюк
настал, когда б не славный фармацевт
с Васильевского, не шары с цветными
растворами в витрине, не рецепт
с печатью смазанной, и на чужое имя.
Спеши, трамвай, не быстро, а бистро,
как то метро в Париже. Только не заснуть бы.
Ах, химия, как широко ты про-
стираешь руки в нынешние судьбы:
витая над окаменевшею водой,
оружием играешь многогранным,
амилнитрит, эфир утонченный даря нам,
и спит в баллонах хлор, царевич молодой.
1920
когда гражданская война
не брали пленных ни хрена
и обезумевшие дети
аптекарей других детей
крестьян фабричных и врачей
расстреливали
и красный спит и белый спит
во сне ворочается сопит
но белый вроде динозавра
а красный (хор гремит) убит
не просто так — за новый быт
за ослепительное завтра
он видит будущее где
не варят кашу на воде
наука победила голод
и старость тесно в облаках
от дирижаблей смертный страх
изжит где каждый чист и молод
как те мальчишки с полотна
дейнеки новая страна
богата солодом и медом
хватает хлеба всем и рыб
в пустой церквушке поп охрип
по тучным нивам и заводам
растят ячмень и варят сталь
дорога убегает вдаль
и прочее и мы недаром
погибнем думает герой
предсмертной ветреной порой
шумя бестрепетным гайдаром
1988
Достиженья пытливого гения
(пароход, бомбовоз, дальногляд),
будто сытные звезды весенние,
обещанием грустным горят.
Гончаровская цивилизация,
ананас за пятак — да, да, да!
На прогресс, господа, огрызаться я
не намерен и, кубики льда
добавляя в свою водку с тоником,
благодарен неведомому
ледотворцу. Вольно же историкам,
разгребающим пыльную тьму,
в прошлом странствовать. Лучше на выставку
электронных новинок сходи —
где наука легко и осмысленно,
с силиконовым сердцем в горсти,
альбатросом взмывает дюралевым.
ЭВМ, размерцавшись, поет
и сияет, и вдумчивым заревом
восторгается детский народ —
тем от смертного плена и лечится.
Веселей в нашей бездне висеть,
уповая, что цвет человечества
в мировую составится сеть,