Обмасонивание
Шрифт:
Датско-сакская династия против нормандско-анжуйской.
Конечно, куча смутьянов сразу завопили:
– - Родство дальнее! Есть более близкие, более законные родственники погибших королей!
Однако единой, общепризнанной авторитетной фигуры - у них не было.
***
Сходно с ситуацией после расстрела Николая II и цесаревича - при всей многочисленности Дома Романовых, найти объединительную фигуру монархисты так и не смогли. Столетие взаимных свар продолжилось уже и в третьем тысячелетии.
***
Потребовалось
Что означало: церковь облагалась налогом; духовные суды могли судить только духовных лиц; уголовные дела духовных лиц рассматривались светскими судами.
"7. Никто, кто держит непосредственно от короля, и никто из его слуг домениальных не будет подвергаться отлучению от церкви и земли никого из них не будут объявляться находящимися под интердиктом, если предварительно об этом не будет сделано представление государю-королю...
12. Когда будет становиться вакантным архиепископство или епископство, или аббатство, или приорство на домене короля, оно должно поступать в руки короля, и он будет получать с него все доходы и поступления как с своих доменов. А когда придет время позаботиться о церкви, государь-король должен дать повеление высшим сановникам церкви, и в капелле самого государя-короля должно произойти избрание с согласия государя-короля и по совету духовных лиц королевства, которых он позвал бы для этого. И здесь же избранный принесет феодальную присягу и клятву верности государю-королю как своему сюзерену о жизни своей и о членах и о чести своей земной без ущерба для своего духовного звания прежде, чем будет посвящен в сан".
Бекет в гробу перевернулся.
Чуть позже подобные законы были введены и в других владениях Вальдемара.
Тут уж в гробу переворачивался Абсалон.
Гибель королей, смута в правящей семье, раскол общества позволили Вальдемару подчинить Англию.
Другой причиной успеха было отсутствие конкурентов: континентальные монархи были заняты делёжкой "Империи Анжу".
Третье - поддержка, которую оказало население Денло своим "братьям по крови".
И, наконец, походы Вальдемара были бы невозможны, если бы не прочный тыл на Балтике. Обеспеченный, в некоторой части, и моими скромными усилиями. О чём - позже.
За прошедшее, со времени гибели "последнего викинга" Харальда Хардрады, столетие, на берегах северных морей многое изменилось. Да и сам Хардрада викингом уже не был. В исландских сагах XIII века викингами называли людей, занятых грабежом и пиратством, необузданных и кровожадных. Хардрада же шёл не в вик, не грабить, а возвращать законное владение, Англию.
Так же - восстановление законных прав на принадлежащую ему недвижимость, смотрел на свой поход и Вальдемар. Не набег, а родственники делят имущество.
Если в Англии после появления датчан накал
Барбаросса, будучи человеком прагматичным, тем не менее ощущал себя продолжателем дела Карла Великого. Мечты о восстановлении империи Каролингов, о построении "единого христианского дома", о себе, как о "мече божьем" - ему свойственны.
Следует, вероятно, напомнить, что, помимо императорской короны, он носил три королевских. Король Германии - коронация в Аахене, король Италии - железная корона лонгобардских королей (не железная, на голову не налезает) в Павии. И - король Бургундии, Арль. А Бургундий нынче две: графство в составе империи, и герцогство в составе Франции. Надо бы объединить... Когда французам это удалось в 14 веке - они наплакались.
Но главная забота Барбароссы на западе - Савойя. Западные проходы в Италию. В тыл вечно мятежной Ломбардии. И пока Плантагенеты и Капеты режутся в Анжу, имперцы двинулись на Гумберта III Блаженного, графа Свойи, сторонника Папы Александра III. Бог с ней, с той Ниццой. Но Мон-Сени - это важно.
Что, девочка, забавно? Ты хотела "про любовь". Вот тебе "чисто мужская любовь". Совсем без женщин.
Бекет - любил Бога. Как и положено истовому христианину и пастырю. Молодой Король - любил Бекета. Ярко, сильно. Как любит воспитанник своего наставника. Де Борн любил Молодого Короля. Как любит поэт своего юного талантливого ученика. Абсалон любил веру, родину, соплеменников. И в Англии - тоже. Вальдемар любил Абсалона, снисходительно терпел выходки своего "друга детства" и с удовольствием принялся помогать ему в Денло. Народ Англии любил бога, Бекета, Генриха Молодого. И - "хорошо бы покушать".
Среди прочего -- два молодых человека. Братья. С братской любовью. В нужном месте в нужное время. Просто помешали паре ударов мечей. Выплеснувших конкретные мозги из конкретной черепушки.
Разные вариации душевной близости, эмоциональной привязанности. Отчего одна империя - Анжуйская - развалилась. Другая - Датская - начала складываться.
А всего-то... Какой-то Магог (а хто ето?) в каком-то Вщиже (а гдей ето?) помер. И "Зверю Лютому в лапы" навязали "доску с глазами". У которой вдруг "душа обрела плоть". В моих глазах. И пошла очередная "задача белой мыши" - "поиск выхода в лабиринте". В наборе ограничений и возможностей конкретного места-времени-обстоятельств.
Всё остальное аборигены сделали сами. Они этого хотели, они были к этому готовы. Потому, что один человек являл своему ученику "много отеческой любви" каждый день.
Дальше?
– Детка, откуда я могу знать, что будет в этом мире дальше? Как люди сделают, так и будет.
Могу только предполагать.
Ричард Генрихович Плантагенет - не станет Львиным Сердцем, Третий Крестовый - не случится. Принц Джон - не станет Иоанном Безземельным. Некому будет подписать Magna Charta Libertatum, Великую хартию Вольностей.