Обыграть судьбу
Шрифт:
— Алисия Адрагон, немедленно оденьтесь, — хриплым от волнения голосом потребовал раздосадованный дракон.
— Дар, — принцесса дотронулась до руки мужчины и ласково заглянула ему в лицо. — Я и так одета.
— Но через эту одежду, простите, всё видно, — зло прошипел Дар на драконьем языке.
— Лис, — рядом остановился Кассиан, — он прав. Тебе нужно переодеться.
— Всё в порядке. — Алисия поправила свисающую прозрачную ткань, ошибочно полагая, что она должна скрывать плечо. — Не беспокойтесь за меня. — Ткань благополучно вернулась на прежнее место, а на лице девушки вспыхнул смущённый румянец. —
— Лис, — покачал головой Кассиан, — я боюсь, что ты в таком виде привлечёшь внимание Велизара.
— Кто такой Велизар? И почему его внимания стоит опасаться? — встревоженно поинтересовался Недарион.
— Это друг Райнера. Он огненный асур. Его стихия пламя. И у него нездоровые пристрастия, — коротко бросил Кассиан, решив не вдаваться в подробные объяснения при своей сестре, которая стояла рядом и прислушивалась к их разговору.
— Касс, я рождена в огне, — Алисия улыбнулась, стараясь скрыть охватившую её тревогу. — Я и есть само пламя. Чем он может мне навредить? — недовольным тоном осведомилась она.
— Я просто волнуюсь за тебя. — Кассиан выглядел обеспокоенным.
— Ты лучше расскажи, какие вести принесла твоя сестра, — поинтересовалась Алисия, всё же принимая от Дара плащ и накидывая его себе на плечи.
— Она видела Джим, но Райнер не позволил им поговорить наедине, — усмехнулся демон. — Айелет предложила ей платье и ненавязчиво, — осуждающе посмотрел на свою сестру, — десять раз повторила, чтобы она непременно приняла приглашение своего жениха. Кстати, её держат в западной башне. Это и хорошо, и плохо. Хорошо то, что она просматривается только со стороны двора, потому что стоит возле обрыва, а я смогу попасть в башню, подлетев к окну. Сложность состоит в другом: чтобы я оказался потом внутри замка, кто — то из вас должен будет открыть мне окно в закрытом переходе, который соединяет башню с основным зданием. — Презрительно скривил губы. — А плохо то, что обычно в той башне селят Велизара.
— Ах вот оно что, — едва слышно произнесла Алисия, понимающе глядя на Кассиана. — Так значит, я, наоборот, должна понравиться Велизару?
— Вот именно это меня и беспокоит. — Кассиан огляделся. — А где Арникус? — поинтересовался он. — Вы все уже здесь, а его нет.
— А он тоже уже готов, но отказывается выходить, — тихо произнесла одна из тех девушек, что делали причёски лже — менестрелям.
Алисия подошла к повозке и требовательно постучала по деревянной стенке.
— Арни, ты чего там? Давай уже выходи!
— Не выйду, — твёрдо произнесли за дверью, а дальше послышались ругательства на трёх языках, да такие, что Алисия вспыхнула от смущения и отошла от повозки.
— Арникус, да покажись уже! — потребовал демон и потянул дверь на себя.
На маленьком стульчике, подперев кулаком подбородок, с несчастным видом сидел вампир.
— Посмотри, что они со мной сделали! Наплели каких — то кренделей на голове. Не по — мужски это как — то!
— М — м–м, Арни, ты ли это? — В первый момент Кассиан его даже не узнал. — Ты такой… — хотел добавить «красавец», но передумал: уж больно зверское выражение было на лице вампира. — У тебя такое одухотворённое лицо.
— Ну, всё! — Арникус схватился за ручку двери и потянул на себя. — Теперь тем более не выйду.
— Да ладно тебе, —
И тут все услышали стук копыт. Не менее двух десятков асуров во главе с командиром въехали во двор. Кассиан схватил сестру, и они быстро затерялись в толпе.
— Где здесь артисты, что прибыли к наследнику? — поинтересовался один из воинов — чисто для порядка.
— Это мы! — произнёс хозяин цирка. Он за это время успел переодеться в парадную одежду.
— Готовы к досмотру?
— Да.
— Тогда приступим сейчас же. — Воины спешились и по одному, по двое отправились к повозкам, из которых выходили разодетые и накрашенные артисты.
Глава 42. Мятежная душа
Джим сидела на стуле возле единственного узкого зарешёченного окна и не отводила напряжённого взгляда от платья на кровати. Она никак не могла решить, что ей делать: принять приглашение наследника и выйти к столу или всё же настоять на своём и остаться в комнате. Почему — то из головы не шёл образ младшей сестры Райнера. Девушка оказалось очень общительной и доброжелательной, а ещё — настойчивой. Она несколько раз повторила, что Джим непременно нужно принять приглашение отужинать вместе с ними, так сказать с будущими родственниками.
«Что она хотела этим сказать?» — Прошла к кровати, взяла наряд и вместе с ним отправилась к зеркалу, приложила к себе.
Платье нежно — песочного цвета простого кроя, с почти закрытым лифом и юбкой, состоящей из множества полупрозрачных слоёв, смотрелось не вычурно и нарядно. Удивлённо приподняла брови и приблизила лицо к зеркалу: на скуле и виске красовались синяки, хотя местные маги изо всех сил старались свести следы её падения, вот только они не учли, что любое магическое воздействие поглощалось её украшением, так же как и её сила.
В дверь тихо постучали и терпеливо ожидали разрешения.
— Войдите, — неуверенно произнесла Джим, отходя к столу, где стояли огромный таз и кувшин с водой.
— Меня послали проверить, готова ли ты к предстоящему ужину. — Айелет открыла дверь, но не решалась войти внутрь. В руках она что — то держала. За спиной юной демоницы стояла огромная женщина и колючим взглядом изучала Джим. — Уже вечер, — виновато произнесла девушка, стараясь не встречаться взглядом с невестой своего брата. — Гости собрались и ждут твоего появления.
Джим бросила взгляд на окно.
«Наверное, всё же придётся переодеться и спуститься. — Вспомнилось гневное лицо наследника, когда она ему категорически отказала. Он тогда пригрозил, что в любом случае притащит её к столу. — Нет, я ему не доставлю такого удовольствия!»
— Хорошо, — согласилась Джим, бросая платье на стул, и начала быстро раздеваться.
Женщина, которую с собой привела сестра наследника, тяжёлой поступью прошла внутрь и сразу принялась со знанием дела разбирать тонкие шнуровки на платье. А юная демоница присела на кровать и положила рядом с собой свёрток. На самом деле это был старый тёплый платок, который вдруг начал шевелиться. Котёнок высунул нос из своего убежища и какое — то время не решался выйти, но услышав ласковое кис — кис, осторожно выполз наружу.