Шрифт:
ОДНА
ФОРМУЛА
И
ВЕСЬ
МИР
НАУКА И ПРОГРЕСС
КНИГА
ОБ ЭНТРОПИИ
ИЗДАТЕЛЬСТВО
«ЗНАНИЕ»
МОСКВА
1982
ББК22.3
С28
Рецензенты: доктор философских наук Л. Б. Баженов, доктор физико-математических наук И. М. Я г л о м.
Седов Е. А.
С28 Одна формула и весь мир. Книга об
35 к. 70 ООО экз.
В энциклопедическом справочнике сказано. «Понятием энтропии широко пользуются в физике, химии, биологии и теории информации». Как же произошло, что понятие энтропии, введенное немецким физиком Р. Клаузиусом в термодинамику, «перекочевало» затем и в химию, и в биологию, и в теорию информации? И самое главное, почему это случилось?
Автор отвечает на эти вопросы.
Книга рассчитана на широкие круги читателей.
1704000000—010
С- 32-82 ББК 22.3
073(02)—82 53
ОГЛАВЛЕНИЕ
Царица мира и ее тень (Пролог) 5
Глава 1. Проникновение в сущность 13
Всеобъемлющий ум. Кто ошибался? Инкогнито. Крестный отец. Вечные двигатели. Функция состояния. Вселенная под угрозой. Пробелы в теории. Несчастливый билет 13
Погружение в микромир Энтропия и вероятность Читали ли вы Шекспира? Формула хаоса 20
Несправедливость. От Больцмана до Шеннона. Бандва-гон от науки. Движение без трения и информация без смысла. Джинн покидает бутылку. Запретите радиосвязь! 25
Глава 2. Порядок и хаос вступают в союз 39
Как выглядит энтропия? Эксперименты с буквами Странные фразы. Информация и порядок. У птенцов нет плавников. Текст из одних «А» 39
Затмения Солнца. Сердце и нервы. Классика и модернизм. Театр абсурда. Словесная удаль. Законодательницы мод. В поисках золотой середины 52
Прелесть случайностей. Спонтанная архитектура. Формула счастья. «Чтоб не заглохла нива жизни...» Подражание муравьям 65
Г лава 3. Выручай, энтропия! 73
Мой просвещенный друг. Информация и Нус. Мудрецы созерцают мир. За свободу воли! О споре, длящемся 2500 лет. Как рождались кентавры. Любовь побеждает вражду 73
Запрограммированный мир. Диалектическая спираль Наука на костылях. Бесполезные книги. Не пророк, а угадчик. В чем виноват Ньютон? Статистический фатализм 83
«Своеволие» микрочастиц. О беспричинном хаосе. И да, и нет. Серая логика мозга. Зачем понадобился шум? Право вето Энтропия спасает мозг. Шея жирафа Долой случайности. Генная инженерия 90
Г лава 4. Петух с конским хвостом 105
Бритва о двух остриях. Самая мудрая книга. Трагедия Дарвина. Исторические носы. Язык, возникший сам по себе. Книги на камне. Ожившая информация Модели движения 105
Недостающий закон. Концентратор энергии. Как дрессируют собаку. От слона к амебе. Вверх по спирали. От двух до пяти. Информация для галактик. Реанимация Вселенной 119
Операция «Даннинг». Уровень шума. Снова вехи истории. Пресловутое «вдруг».
Литература 171
Д. С. Конторов Проблема энтропии в современной науке (Послесловие) 172
ЦАРИЦА МИРА И ЕЕ ТЕНЬ (ПРОЛОГ)
Героиня этой книги — энтропия. Кто скрывается под этим именем? Таинственная незнакомка?
Если угодно, то да. Десятки лет с этим именем была связана некая научная тайна Австрийский ученый Людвиг Больцман первым рискнул приподнять над ней завесу. Он предложил вероятностную формулу, раскрывающую физический смысл энтропии.
Почти сто лет понятие энтропии связывалось с представлениями о разрушении, хаосе, тепловой смерти Вселенной. «Царица мира и ее тень» — так назвал свою популярную книгу об энтропии профессор Йенского университета Феликс Ауэрбах. Во всей научно-популярной литературе вряд ли найдется книга, название которой было бы в такой же мере поэтичным и грустным.
Царица мира — это энергия. Тень ее — энтропия. Щедрая, могущественная царица одаряет мир силой и бодростью, а тень ее следует за ней неотступно, предвещая не только царице, но и всему осчастливленному ею миру пусть не очень скорую, но неминуемую смерть.
Образ энтропии как тени энергии вполне соответствовал тем представлениям, которые утвердились в науке и считались общепризнанными вплоть до последних лет. Но вот появились на свет кибернетика и теория информации, и образ тени царицы мира перестал соответствовать духу новых научных идей.
Теперь понятие энтропии связывают не только с хаотичным движением молекул нагретого газа — оно включает в себя еще и мутации генов, рождающие новые биологические виды, и ведущийся методом проб и ошибок творческий поиск, и шумовые сигналы, специально подмешиваемые в эвристические (от известного восклицания «Эврика!») программы электронных машин. Если эти процессы лишить содержащейся в них энтропии, они не породят ничего неожиданного, нового. Этот вывод можно распространить на весь окружающий мир.
Непредсказуемостью, энтропийностью обладает в известной мере любой творческий процесс. Именно поэтому физик Нильс Бор считал оригинальные научные взгляды «сумасшедшими идеями», а поэт Афанасий Фет называл яркие художественные детали и образы «безумной прихотью певца».
Регулярно вспыхивающие в последние десятилетия диспуты о «модерне» и классике в музыке или в живописи, о театре абсурда, о «спонтанности» в архитектуре (например, в «Литературной газете» от 8 января 1975 года) — это тоже споры о том, какой долей энтропии должны обладать произведения разных жанров искусства, чтобы, с одной стороны, не превратиться в хаотическое нагромождение красок, форм или звуков, а с другой — отличаться от всего ранее созданного непредсказуемостью, то есть новизной.