Огонь из пепла
Шрифт:
– Скажите, королева Джемма. Ваш посол сказал, что встреча была вашей идеей. Она говорила правду?
Джемма оторвала взгляд от стола и посмотрела на меня, я впервые различила цвет ее глаз. Они были синими, но радужки окружало золотое кольцо. Сочетание впечатляло, а длинные ресницы еще сильнее украшали ее юное лицо. Но роскошный вид ослабил ее тихий ответ.
– Да.
– Да, это все была ваша идея? Тогда скажите, какое ваше мнение? Почему вы хотите торговать с моей страной? Почему подталкиваете мужа к миру, когда монархи Алькоро вторгались в другие страны пятьдесят лет?
Селено
– Я не хочу больше кровопролития.
– Нет? – я разглядывала ее, не скрывая скепсиса. Она бесстрастно смотрела на меня, ее лицо не выражало ни гнева, ни страха. Только напряжение ее плеч выдавало, что она не была спокойна. – Не хотите кровопролития? Какая добрая королева. Странно, что это нужно начать сейчас, когда у меня появился вооруженный союзник, а не четыре года назад, когда у меня был лишь отряд копейщиков. Расскажите, о чьей крови вы переживаете?
Она смотрела на меня без враждебности, но с чем-то, близким к печали, в глазах. Но Селено опередил ее с ответом.
– Довольно, - рявкнул он. – Вы не будете давить на мою жену. Она предложила встретиться с вами, но я это осуществил. Я предлагаю торговлю, потому что вам это потребуется зимой, потому что я имею право на ваше богатство согласно пророчеству Призма. Не думайте, что я позволю вам обмануть меня.
Я не выдержала и вспыхнула яростью:
– Обмануть? Дурак. Как вы посмели так говорить? Ваша страна построена на горе лжи, и вы подняли эту гору так высоко, словно этим можно гордиться. Не было Призма. Нет пророчества. Нет Света. Вы действуете из алчности, вы обмануты, испорчены. Вы – убийца, Селено, и вы не можете называться королем…
Его лицо исказилось.
– Вы зовете меня убийцей, но сами организовали смерти сотен моих людей в день, когда вернули озеро. Вы думали, что имеете на это право? Вы не лучше меня.
Я встала, кипя гневом, мой стул царапнул по палубе, стол пошатнулся. Мэй схватила меня за руку. Я попыталась вырваться, думая, что она хочет меня сдержать, но заметила, как она хмурится.
– Что-то не так, - сказала она.
– Чт…
Трап вспыхнул огнем.
Джемма закричала. Мы тут же отпрянули от огня, закрывая лица руками. Огни вспыхнули в ночном небе, белые, яркие и ревущие. Крики поднялись с пристани внизу. Я услышала звон металла о металл. Дротики появились в атлатлах наших стражей. Но никто не успел отреагировать, раздался треск, все побелело перед глазами. Я пошатнулась, прижала руку к глазам. Их жгло в буре вспышек.
– Мэй! – закричала я. Я опустила руку, яростно моргая. Свет и тьма смешались перед глазами. – Мэй!
– Здесь! – рука врезалась в мою голову, спустилась до моей ладони.
– Видишь что-нибудь?
– Ничего! Идем, в воду!
Я схватила ее за рукав, мы слепо бежали к борту, подальше от волн жара со стороны трапа. Я терла глаза, вытирала щеки от слез. Я услышала стук стульев по палубе, звон металла, одно из знамен упало. Мир медленно проступал перед глазами, но крики и дым продолжали
Мэй перекинула ногу через борт. Я не успела присоединиться, огонь взорвался между нами слепящей вспышкой. Я отшатнулась, споткнулась о край платья и рухнула на бок. Боль пронзила мою правую руку. Нос наполнил запах горящих волос. Я закричала, откатилась от пылающих досок, пытаясь затушить огонь на одежде. Дым поднимался в воздух. Я ползла на четвереньках, правая рука была обожжена и кровоточила. Я снова ничего не видела, я вжала ладони в слезящиеся глаза.
– Мэй!
Ответа не было. Я впилась в борт, не обращая внимания на боль в руке. Зрение вернулось, я посмотрела на палубу, и сердце подпрыгнуло к горлу. Мэй пропала. Я посмотрела на бушующую воду за бортом. Фигура билась под водой.
Мэй тонула в глубинах.
– Нет! – Я впилась в лодку, рука болела возмущенно, но тут меня обвили руки и втащили на корабль. – Нет! – я была в истерике. Я корчилась, билась, размахивала руками, чтобы уцепиться за что-нибудь. Мои пальцы впились во что-то изогнутое, что-то твердое, с двумя дырами. Маска. Я потянула, фигура, держащая меня, пошатнулась. Но в следующий миг он прижал мокрую губку к моему лицу. Я закашлялась, и пылающий мир вдруг пропал в пустоте.
Глава 5
«Брызг».
Я была на нем.
Я проспала?
Мы еще не прибыли в Лилу?
Почему Мэй не разбудила меня?
Я нахмурилась. Мэй.
Мэй.
Я заерзала, боль пронзила руку. Слезы выступили на глазах.
Я лежала на левом боку на деревянных досках. Грубое одеяло было на моих плечах. В паре дюймов от моего лица лежала губка, за такими мы с братьями ныряли во время изгнания. Она была перемотана бечевкой. Я смотрела на губку и уловила слабый запах. Я вспомнила. Эта штука была привязана к моему лицу. Из-за нее я уснула. Я отдернулась от нее, но спина была прижата к перекладине. Пол покачивался подо мной. Слышно было плеск воды. Я была на борту, но не на «Брызге».
Нет, потому что «Брызг» был сожжен.
Я вытянула шею, пытаясь осмотреться. Тьма была плотной, не мерцал факел, не светила луна. Но я различила силуэт борта в паре футов от себя. Лодка была маленькой. Я пошевелила запястьями. Они не были связаны. Я повернула голову, пытаясь отогнать смятение. Краем глаза я уловила движение. Кто-то стоял в темноте.
Тот, кто сжег мой корабль и утопил Мэй.
Я резко оттолкнулась и встала на четвереньки, лодка покачнулась. Фигура удивленно вздрогнула. Он не успел пошевелиться, я бросилась за борт в воду.
Эта пода была отвратительной, гнилой и склизкой от растительности. Я гребла руками и тут же угодила в запутанные корни. Обожженная рука задела скользкую кору и вспыхнула болью. Что-то гадкое скользнуло у моего рта и щеки. Я подавляла тошноту и желание бороться. Я прижала ладони к мокрой коре и оттолкнулась, дрожа от давления растений. Но я застряла, волосы и локти запутались в растениях, платье было испорчено. Желудок мутило от той гадкой губки, что была у моего носа. Я извивалась, пытаясь высвободиться.