Ореол
Шрифт:
Тайник я сделал быстро. Отделочные доски стены в гардеробной были прибиты небольшими гвоздиками. Одна из нижних досок поддалась легко, стоило вытащить пару гвоздей, подцепив их за шляпки лезвием складного ножа. Между бетонной стеной и досками оказалось достаточно пространства для рации и зарядки.
Одевшись в свежую одежду, я сел за стол выпить воды и прикинуть план на день. Много времени это не заняло, слишком уж очевидный для меня был выбор. Пока что все спят, я решил отправиться к Артёму. Он был самым интересным и непонятным персонажем на острове. Да ещё и
– Ты что, под дверью торчал?
Охво кивнул:
– Да, шеф. Предположил, что вы рано проснётесь и куда-нибудь намылитесь без меня. И не дай бог, что случится.
Я усмехнулся:
– Повезло мне с тобой.
– Не то слово, шеф. Так какой у нас план?
Я втащил Охво за рукав внутрь и закрыл за ним дверь.
– Делаем вид, что идём на рыбалку. Распорядись собрать завтрак с собой. Пока собирают, подготовь снасти.
Помощник вздохнул и наигранно обречённо пробубнил:
– А на самом деле…
– Не бубни, узнаешь по дороге. Через двадцать пять минут всё должно быть готово. Много еды не бери. Несколько бутербродов и чай.
Я открыл дверь и кивнул Охво на выход. Тот изобразил, что нехотя отдаёт честь и поплёлся по коридору, еле переставляя ноги. Я проводил помощника взглядом до самой лестницы. Как только он скрылся за углом лестничной площадки, по ступеням застучали быстрые шаги. Я улыбнулся и закрыв дверь, прикинул, чем заняться в эти двадцать пять минут. Решил сделать несколько записей, что заняло всего несколько минут. Дальше взялся за разбор вещей. Открыв рюкзак, я порадовался, что прислушался к совету Сантьяго уложить все вещи по разным пакетам. Он тогда сидел в кресле в моей комнате, когда я собирался в дальнюю дорогу, и листал путеводитель по Аргентине на русском, который я прихватил из Москвы.
Его мать с детства говорила с ним исключительно по-русски. Насколько я знал, русскому его учила только она. Судя по тому прекрасному языку, на котором разговаривал Сантьяго, его матушка была очень образованным и интеллигентным человеком. Она передала сыну великолепное владение языком и обширный словарный запас, несмотря на то что сама она эмигрировала в Аргентину ещё в юные годы. Конечно, и книги, прочитанные им на русском языке, сыграли свою роль. Думаю, и работу в конторе, связанную с Олегом Алексеевичем, он заполучил благодаря превосходному знанию языка. Прежде он сопровождал туристов в мотопутешествиях по Южной Америке. Кто-то из туристов и предложил ему работу в нашей конторе.
Вещи я разобрал и разложил по местам быстро. Несколько книг и свои записи выложил на стол. Бинокль поставил на подоконник. Туалетные принадлежности достал и разместил в ванной. Кое-какую мелочёвку я оставил в рюкзаке и убрал его в шкаф, после чего начал проводить ревизию всех своих вещей и понял, что не обнаружил самую важную из них.
Когда я появился возле лавки для помощников, Охво,
– Что-то случилось, шеф?
– Случилось! – рявкнул я и направился к выходу. Охво последовал за мной, взяв с лавки бумажный пакет с завтраком. Заметив в прихожей тубус с удочками и сумку со снастями, я на ходу подхватил их и вышел на улицу. Охво выскочил следом за мной в густой утренний туман.
– Да что случилось-то, шеф? Всё же было в порядке полчаса назад,
– негромко сокрушался помощник, стараясь не отставать от меня. Я, не отвечая, шёл по направлению к радару. Охво тоже замолчал и не говорил, пока мы не дошли до забора, нависшего над обрывом, где я с размаху кинул в небольшой куст тубус и сумку и громко выругался. Помощник взобрался на один из валунов и молча наблюдал за мной, пока я ходил взад-вперёд вдоль забора. Немного остыв, я заговорил:
– У меня кое-что пропало. Кое-что очень важное для меня. Эту вещь нужно найти во что бы то ни стало.
Охво соскочил с камня, и достав завёрнутые в пищевую бумагу бутерброды, обратился ко мне как ни в чём ни бывало:
– Вам с сыром, с мясом или с овощами?
Я посмотрел на помощника как на ненормального и не сдерживая раздражения, выпалил:
– Ты что, не слышал меня? Я говорю, что у меня украли кое-что очень важное!
Охво многозначительно кивнул:
– Я всё слышал. Думаю, вам сейчас нужно мясо и сладкий чай.
– Да ты, похоже, издеваешься надо мной. Не до того мне, – обречённо простонал я и уселся на камень возле забора. Охво же по-прежнему не обращал внимания на мои стенания. Он вручил мне бутерброд и бумажный стакан с горячим чаем.
– Это поможет вам успокоиться, тогда и подумаем, как нам решить вашу проблему.
Я тяжело вздохнул, пытаясь унять эмоции. Потом в три укуса прикончил бутерброд, запив его чаем. Охво тут же подсунул мне ещё один. Его я ел уже спокойно и тщательно пережёвывая.
– Так что пропало, шеф?
– Камень пропал. Небольшой чёрный камень. Я оставил его вчера на столе в своей комнате. А сейчас обнаружил, что его там нет. И я уверен, что оставил его именно там.
Охво предложил мне ещё один бутерброд и чай. Я согласился только на чай.
– Камень, должно быть, драгоценный?
Ответил я не сразу:
– Нет. Не думаю. Мне подарила его одна женщина.
Охво сокрушённо вздохнул и подойдя ко мне, положил руку на моё левое плечо:
– Теперь я всё понимаю. Женщина, – сказал он и предположил: – это, наверное, память о ней?
Я хотел начать долгие объяснения о важности камня, обходя стороной тот факт, что камень магический, но понял, что лучше остановиться на варианте, предложенным Охво:
– Да, всё именно так, как ты сказал. И мне нужно обязательно вернуть этот камень. Понимаешь?
– Найдём, шеф! – уверенно ответил Охво, глядя мне в глаза. Я встал и отодвинул от себя расчувствовавшегося помощника:
– Рад твоей уверенности. Нужно понять, кто мог его взять.
Охво потёр ладонью лоб и задумчиво произнёс: