Остатки
Шрифт:
Сэм не спал всю ночь из-за того, что бушующие силы рывками выходили из него. В последнее время это случалось, хотя до этого парень мог спокойно держать все в кулаках. Он знал причину этого: тело рушилось. Проблема медиумов в том, что они не живут так долго, как люди. И чем больше сила, тем меньше отмерен срок и без того недолгой жизни. А увеличить срок, что означает уменьшить количество сил – это разгрузка. Но помогают разгрузить ненужное количество сил только те, с кем держишь связь. Сэм ну нуждался в связи в том плане, что и без того
Сэм сидел на полу, подпирая спиной стену, и размеренно сжимал и разжимал кисть, смотря на нее. Каждый раз, когда он расслаблял пальцы, на них появлялись небольшие огоньки яркого пламени. И чтобы потушить их, приходилось сжимать кулак.
– Пошли смотреть на твоего красавчика, – вошла в кабинет Джанет.
– Стучать тебя, конечно, не учили, – хмыкнул парень тоном, подходящим своей громкостью для тишины: почти не нарушающий ее.
– Чего в темноте сидишь? – не реагируя, спросила она, беря его за руку – Давай, давай, сонная тетеря. Нико заждался тебя.
– Заждался? – с надеждой переспросил тот.
– А то, – уголок ее губ удовлетворенно пополз вверх, заметив нужную реакцию парня, который терял всякую власть рядом с мальчиком.
Пока они шли, Сэм забыл о том, что сила неконтролируема, но это было и ненужно: его тело само успокоилось, чувствуя знакомые ощущения радости.
– Входи, – торжественно пригласила она, остановившись у входа в комнату и, выдержав паузу, распахнула дверь. Сэм сделал осторожный шаг внутрь.
– Привет, – улыбнулся Нико. Тоже осторожно, боясь. Словно они заново познакомились. Наемник сидел в кресле напротив двери.
«Все такие же – ярко-зеленые», – с облегчением подумал парень, словно они могли поменять свой завораживающий оттенок неестественности.
– Привет, – подошел он к возлюбленному.
– А ты оказался таким, каким я себе представлял.
– Да?
– У тебя такая же приятная улыбка, светящиеся глаза и заботливый голос, как и в моем представлении.
Сэм молча подошел к наемнику, и поцеловал его в лоб.
– Ты молодец.
– Только вы по осторожнее, – предупредила Джанет.
– По поводу? – спросил Сэм.
– Ну, там, сильно не развлекайтесь, а то ему пока через чур напрягаться нельзя. Хотя, у Нико поразительно способность быстро регенерировать, – улыбнулась девушка.
Нико посмотрел на нее со смущенным укором, а Сэм тихо засмеялся.
– Как скажешь.
Юки с горечью наблюдал за Сэмом, который бережно притрагивался к своей любви, и который так заботливо разговаривал с ней, так нежно смотря в глаза, нисколько не боясь, не стесняясь. Юки же оставалось только прятать свои чувства, чтобы не
Глупо шатаясь по замку, он водил по стене рукой, проводя невидимую линию своего пути. Снова к нему вернулось то равнодушие, которым он был болен, пока рядом находился только Мизуки. Вот только теперь рядом не было даже его. Юки остался наедине с самим собой. В замке стояла тишина, отчего создавалось ощущение, будто медиум совершенно один в этом огромном помещении. И все стало необычайно далеким, как раньше. Он снова становился все дальше от реальности, часто общаясь с Сетью. Он связывался с ней намного чаще, чем его брат. Все из-за того, что Юки был слабее духом, а Сеть сильно напоминала мать – с ней можно было поговорить, и от ее присутствия, пусть невидимого, но ощутимого, веяло материнской теплотой и защищенностью.
– Скучаешь? – спросил Мэй. Он шел в кабинет Сэма, чтоб отдать итоги работы и выяснить детали по некоторым вопросам, когда встретил подростка, слоняющегося без цели.
Равнодушие медиума, как ни бывало. Сердце его забилось в горле, воздуха стало не хватать. Но мальчик взял контроль над собой и не отвечал. Только вот его глаза молили о милости. Они просили не мучить его так сильно. И в этой мольбе сделал несколько крошечных шагов назад, слегка покачивая головой, отрицая, прося замолчать.
Мэй понимающе улыбнулся. У него тоже состоялся нелицеприятный разговор с королем.
– Понимаю, – сказал он. А Юки только смотрел на него. Он одновременно мысленно просил его не уходить, но нужно было, чтобы парень оставил его.
– Ты снова замолчал, – улыбнулся Мэй, опираясь на стену неподалеку от медиума.
Юки отвел взгляд. Он хотел уйти, но понимал, что не в его власти оставить Мэя.
– А ты не подумал, что не только тебе сейчас больно? – неожиданно серьезно спросил он, сверля глазами пол.
Юки резко снова посмотрел на парня – с вопросом, чуть сощурившись от непонимания, снова еле заметно отрицательно качая головой, этим самым давая понять, что не знает, о чем Мэй ведет речь.
– Мне тоже неприятно было слушать Сэма. И неприятно было точно не от того, что он задел мою гордость. И почему это я должен отступать и не бороться за человека, который мне впервые понравился?
– Действительно, почему? – спросил из-за спины Сэм тихо, вкрадчиво.
Юки вздрогнул от страха, и с ужасом посмотрел на короля, собираясь уйти. Но Мэй вовремя перехватил его за руку.
– Подожди, – сказал он медиуму, а сам смотрел на короля с вызовом.
– Это все равно должно было случиться. Вы думаете, я совсем дурак? – с усмешкой спросил король. Мэй и Юки молчали, готовые слушать – Я действительно считаю, что будь Юки с Фраей, он бы стал сильнее. И, тем не менее, я знал, что все равно произойдет то, что должно произойти. Но не мог же не попытаться, ведь так? – спокойно улыбаясь, спросил парень и прошел мимо двоих, оставив их додумывать загадку.
– То есть, он все сначала знал. А попытка свести тебя с Фраей была только для того, чтобы попытаться, пускай и знал, что бесполезно? – спросил Мэй. Юки согласно кивнул.