Овелон

Каменев Алекс

Боцман и Грешник привезли два объемных баула, набранных в подбитом Скате, сдали все оптом в одну из торговых лавок и отбыли восвояси, праздновать счастливое окончание сумасшедшего дня.

В свою очередь я поспешил побыстрее разрешить вопрос с заменой потерянного вездехода. По опыту знаю, чем дольше с таким делом тянуть, тем труднее потом добиться положенного. Такова особенность любой структуры с бюрократическим аппаратом. А чиновников в гильдии Хром, как впрочем надо отметить, и любой другой гильдии Овелона, хватало с

избытком.

Однако спешка не помогла. Кладовщик, должный выдать мне положенное, принялся нести какую-то ахинею, пудря мозги и никак не желая расставаться с глайдером модели «Гадюка» на который я положил глаз при ознакомлении с доступной на складе техникой, бывшем сейчас на ходу…

– Ничего не знаю, – мужик отодвинулся от экрана компа и с ожесточением прошипел: – У меня в документах он числится в другом разделе.

Я глубоко вздохнул, мой мрачный взгляд уперся в переносицу охреневшего от собственной власти хорька.

– Слушай ты, сморчок, если ты не отдашь мне что я хочу, то…

– То, что? – кладовщик упер руки в бок, с вызовом глядя на меня.

Моя рука сама потянулась к кобуре с короткоствовлом. Не обязательно ведь убивать мудака, можно и рукояткой неплохо приложить. Сломанный нос, кровища хлещет…

Видимо прочитав в моих глазах что-то крайне нехорошее, мужик медленно отступил назад, бросая по сторонам взгляды в поисках свидетелей предстоящей расправы над честным работником склада озверевшим от бешенства рейдером. К несчастью для него рядом никого не оказалось…

– Что тут происходит? – сзади раздался женский голос.

Я с недовольным видом обернулся. Кого там нелегкая принесла? Еще немного и упертый хмырь сдал бы назад.

К небольшому удивлению в сворках приоткрытых ворот стояла Фэй. Забавно, я думал она на докладе у начальства.

– Не хочет расставаться с добром, – прокомментировал я действия кладовщика, кивая на оного. – А ты что здесь делаешь? Разве вас с Брасом не вызвали на срочное совещание по итогам миссии?

– Закончилось уже совещания, – Фэй зашла внутрь, подошла к прилавку и сказала: – Заказ 33–11, комплект оборудования 2-К.

Кладовщик часто закивал. Увидав что я знаком с леди из техотдела, он как-то сразу потерял весь воинственный настрой.

– Сейчас всю будет, – пообещал он, чуть помедлил и негромко добавил, стараясь на меня не смотреть: – Гадюку выкатят к задним воротам через десять минут.

– Отлично, – буркнул я.

Хорек испарился, оставляя нас наедине.

– Уже известны результаты эксперимента? – нейтральным тоном осведомился я.

Фэй неохотно кивнула.

– Да, группа контроля на другой стороне зафиксировала переброску через принудительный портал. К сожалению произошел распад на молекулярном уровне части груза. У другой наблюдалась значительное нарушение целостности структуры с полной потерей полезных свойств.

Вот даже как. Проще говоря, из всей

кучи грунта, что насильно перекинули в Дюны, ни одна горсть не сохранилась в исходном состоянии. Звучало, как грациозный провал. Толку утаскивать месторождения кристаллов, если на выходе он полностью изменится? Идея полностью теряла свой смысл.

– И что теперь? Будете продолжать опыты?

Девушка с необычно белыми волосами покачала головой.

– Нет, проект заморожен. Нам приказано заняться усилением стабилизации доступного портала в Улье.

Я нахмурился.

– Зачем?

Фэй удивленно взглянула на меня.

– А ты еще не понял? Предстоит война с гильдией Кобальт и надо проследить, чтобы случайная атака не закрыла наш единственный выход из этого мира…

Глава 18

Набор синтетических стимуляторов ушел по баснословной цене. Весь «патронаж» оценили почти в 119 тысяч монет. Чистыми. Я, когда услышал, то сначала не поверил и уточнил, не ошибка ли, на всякий случай. Оказалось нет, не ошибка. Снятый с трупа вражеского Мистика набор действительно стоил весьма дорого.

Объяснялась такая высокая стоимость тем, что гильдия Кобальт специализировалась на разработке и производстве «боевой химии», снабжая ею своих солдат по бросовым ценам, а на экспорт отправляла втридорога.

Их «стимы» были очень высокого качества. Действовали намного дольше стандартных образцов, давали лучшие результаты и почти не имели побочных эффектов. Фактически Роллс-Ройс на рынке подобных препаратов.

За такое многие готовы платить. И платили, с большим удовольствием.

В этом отношении мне конечно дико повезло. Срубить невероятное количество монет почти из воздуха являлось подлинной удачей.

Тут надо объяснить про дележ добычи в команде. Что взято с трупа убитого лично тобой врага, то твое по праву. Принцип трофеев действовал в привычном русле обычных взаимоотношений солдат (или скорее воинов) участвовавших в битве.

В общий котел кидали лишь что-то более значимое, захваченное общими усилиями или нечто, изначально выступающее основной целью завязавшегося сражения.

В любых других случаях, каждый оставался при своих. И тут уж кому как повезет. Кто попадется в противники, сумеешь ли его одолеть и станет ли добыча значительной.

А вот совместное имущество команды шло по иной категории. Саранча, например, формально считалась общей и находилась в совместной собственности всех членов группы. Таким образом, потеря колесной платформы с дальнейшей заменой ее на глайдер класса «Гадюка» означало, что и Боцман, и Грешник, и я числились совладельцами, неся бремя расходов по ее содержанию на совместных условиях.

И если вдруг решим разбежаться когда-нибудь в будущем, то технику придется продавать, чтобы каждый получил свою законную долю.