Паслён
Шрифт:
Его телефон коротко зажужжал в кармане, сигнализируя о текстовом сообщении. Он достал его, ожидая сообщение от Эхёрна. Но это была Моника Хуарес.
Мы в деле. Он придёт в 10. Без адвоката — пока. Ты будешь?
Стилвелл набрал короткий ответ.
Буду.
43
ХУАРЕС УДАЛОСЬ ЗАБРОНИРОВАТЬ отдельную комнату для того, что она назвала Стилвеллу «обсуждением» с Оскаром Террановой. Стилвелл напомнил ей, что,
— Мы просто побеседуем, — сказала Хуарес. — И он уйдёт отсюда, когда закончим.
— Он вообще знает, что я здесь буду? — спросил Стилвелл.
— Я сказала ему, что мне нужен следователь на встрече.
— Но ты не сказала, что это я.
— Нет, это будет сюрприз.
— И не из приятных.
Стилвелл ожидал, что Бэби Хэд развернётся на сто восемьдесят градусов, как только увидит его в комнате.
— Какой у нас лучший сценарий? — спросил он.
— У него должны быть доказательства, — сказала Хуарес. — Нельзя, чтобы это было просто «он сказал, она сказала». Такое мы даже не будем подавать.
— Ты ему это уже сказала?
— Да. Он сказал, что у него есть кое-что, что нам понравится.
— Ну, он…
Он замолчал, когда телефон Хуарес зажужжал. Она ответила, выслушала, затем сказала, что сейчас заберёт своего посетителя.
— Поехали, — сказала она, направляясь к двери. Её голос звучал неуверенно. Она нервничала, и Стилвелл понимал почему. Терранова уже оставил на ней шрам на всю жизнь. Никто не знал, как он поведёт себя, если в ближайший час что-то пойдёт не по его.
Комната не была похожа на типичную комнату для допросов в участке шерифа. Её в основном использовали для переговоров между прокурорами и адвокатами защиты. Стол, за которым сидел Стилвелл, был из чистого, отполированного лаком дерева, не испещрённого следами пота и слёз обвиняемых.
Дверь открылась, и первой вошла Хуарес, за ней Оскар Терранова, одетый в белёные брюки и незаправленную рубашку «Tommy Bahama» с синими попугаями на жёлтом фоне. Но, сделав два шага в комнату, он увидел Стилвелла и замер.
— Что он тут делает? — сказал он. — Это не остров.
— Я сказала, что на встрече будет следователь, — ответила Хуарес.
— Да, но не он, — сказал Терранова. — Это не катит.
Как и предсказывал Стилвелл, он повернулся к двери.
— Сядь, Оскар, — сказал Стилвелл. — Уйдёшь — нарушишь соглашение. У меня там снаружи помощники шерифа, которые схватят тебя и посадят в камеру. Хочешь этого?
Терранова обернулся и посмотрел на Хуарес за подтверждением.
— Оскар, сядь, пожалуйста, — сказала она. — Я думаю, единственный способ уйти сегодня свободным — это сдержать наше соглашение. Так что сядь и расскажи, что у тебя есть. Если это так же хорошо, как ты сказал, проблем не будет.
—
Но он подошёл к столу, резко выдвинул стул и сел напротив Стилвелла.
Хуарес села рядом со Стилвеллом.
— Как мы договорились, мы не будем это записывать, — сказала она. — Мы просто поговорим и выслушаем друг друга. Ты сказал, что не причастен к преступлениям, недавно произошедшим на Каталине, и можешь это доказать. Это твой шанс.
Терранова откинулся на стуле, положив одну руку на стол и постукивая пальцами по дереву, словно обдумывая ставку в покере. Наконец он заговорил.
— Ладно, вам нужно знать, что я полностью чист по поводу Гастона и тому, что случилось с твоей подружкой, Стилвелл. Это кто-то другой заправлял делами и ничего мне не говорил. Этот сукин сын Спивак — его человек, не мой.
Хуарес посмотрела на Стилвелла и слегка кивнула, передавая ему инициативу.
— Кто заправлял делами? — спросил он.
— Это мой козырь, el jefe [32] . Я не раскрываю его, пока все не пойдут ва-банк.
— То есть?
32
Вождь, босс — исп.
— То есть я хочу гарантированную сделку без тюремного срока. Как вы собирались дать Генри Гастону, чтобы добраться до меня.
— Мы не заключаем сделку, пока не узнаем, что у тебя есть. Хватит вилять, Оскар. Я знаю, что твой молчаливый партнёр — мэр Аллен, и отпечатки твоего корпоративного адвоката повсюду в сделке с Большим Колесом. Почему бы тебе не начать с того, как вы с мэром связались.
Стилвелл не сводил глаз с Террановы, ища реакцию. Терранова не показал удивления, что Стилвелл знает о нём и Аллене.
— Да, у нас есть дела, — сказал он. — Я заработал немного денег дома и приехал на Каталину, чтобы их вложить. Хотел открыть легальный бизнес, знаешь, так что я сделал домашнюю работу и увидел, что там нужны гольф-кары и туры. Я подал заявку на лицензию, и тогда встретился с ним.
— Из-за твоей заявки на бизнес-лицензию?
— Ага. Я быстро с ним познакомился, и он сказал, что лицензию на оператора можно получить за три года или за три месяца, в зависимости от того, как я хочу это провернуть.
— Он хотел взятку.
— Я просто называю это ведением бизнеса. Всегда все хотят кусок от хорошего дела. Я не против, знаешь. Я говорю: идите навстречу, чтобы двигаться дальше.
— Ты знал, что это дорога с двусторонним движением. Заплатишь парню, и потом у тебя будет на него рычаг.
— Точно, именно так.
— Ты вёл записи об этих… транзакциях?
— Скажем так, у меня достаточно, чтобы договориться. Хотите моей помощи — держите меня подальше от камеры, навсегда.
— Если всё, что у тебя есть, — это мэр, берущий откаты с мелкого туроператора, то мы закончили, Оскар. Это расследование убийства, а не мелкое дело о коррупции. Но я могу подвезти тебя в центр, где с тобой хотят поговорить.