Пай-девочка

Королева Мария Михайловна

— Девушка, пройдемте в отделение, — сказал он.

И голос его прозвучал как-то неприятно строго.

Тут бы мне заподозрить неладное, но куда там! Я конечно, решила, что ему не терпится продолжить знакомство. Поэтому он меня и пригласил.

— В отделение? Знаете, вообще-то тут неподалеку есть отличное кафе. Там пекут свежие круассаны. И недорого совсем.

Его рука метнулась к поясу. На поясе висели наручники.

— Пройдемте, гражданочка, — прошипел он. — Что вы себе позволяете? Никогда не встречал

ещё такой наглой путаны.

Только тогда до меня дошло, что он принял меня за проститутку. Ну конечно, а все потому, что я была в леопардовой юбке и этих отвратительных красных туфлях. Я вдруг с ужасом увидела себя со стороны. Некрасивая бабенка шаткой неуверенной походкой топает по улице в вульгарных туфлях. Как я могла? Зачем я вообще связалась с Юкой? Зачем я пошла за булочкой? Зачем я родилась на свет?

Я извинилась перед милиционером и показала ему паспорт. Он недоверчиво пролистал документ и отошел, но несколько раз подозрительно на меня оборачивался.

Вечером я, конечно же, рассказала о неприятном инциденте Юке. Я рассчитывала, что она смутится и признает свою ошибку. Но смущение и Юка — это две несовместимые вещи. Она выслушала меня и сказала, усмехнувшись:

— Молодец, конечно, что ты учишься ходить на каблуках. Но известно ли тебе, что красный нельзя носить с леопардовым? Две агрессивные яркие вещи нельзя надевать вместе, поняла? Тебе надо было надеть черное платье, тогда милиционер точно был бы твоим.

— Зачем он мне нужен? — зло фыркнула я. — Он урод.

— Урод? Ты же вроде бы только что сказала, что симпатичный!

— Нет, урод! И хам к тому же.

Ладно, расслабься. Будет у тебя твой принц на белом коне. Ты, главное, меня слушай, и тогда все будет!

И почему-то я снова ей поверила.

Когда с «теорией» было покончено, мы приступили к практическим занятиям.

— Конечно, ты ещё далека от совершенства, — сказала однажды Юка, — но думаю, что попробовать уже можно. Так что сегодня вечером мы идем в бар.

— В какой ещё бар? — подозрительно я спросила. — Что ещё зачем?

— Как зачем? Соблазнять мужчин! Зачем же ещё. Но сначала я займусь твоей внешностью.

— Ты уверена? — Мне припомнился не внушающий оптимизма случай с леопардовой юбкой и красными туфельками. — Уверена, что опять не получится так же, как с тем милиционером?

— Уверена, — невозмутимо сказала она, — при условии, что ты опять не поведешь себя как полная идиотка.

Что и говорить, поставить на место Юка умела превосходно. Если бы в данной дисциплине проводились спортивные состязания, то она давно стала бы мастером спорта международного класса.

Юка выдала мне легкомысленное платье на бретельках. Плюсы — платье было длинным и, слава Богу, черным. Минусы — оно было почти прозрачным. То есть совсем прозрачным.

— Юк. Да как я могу такое надеть? — ужаснулась

я, глядя на четко просвечивающие из-под тонкого шифона белые трусы в крупный красный горох.

— Еще как сможешь. Конечно, вниз придется надеть другое белье. Сейчас носят трусы-стринги, ты что, не знала?

— Знала, но не представляю, как в них можно ходить. И потом, даже в модных журналах пишут, что стринг — это белье для свиданий. А в повседневной жизни стоит уделить внимание практичному удобному белью.

— Так ты разве не на свидание намылилась? — усмехнулась она.

Ну, что я могла на это возразить.

Юка заставила меня примерить миниатюрные трусы, похожие на наряд проститутки с рекламного буклета. Трусы, конечно, смотрелись бы умопомрачительно на тугой Юкиной попе, но на мне… Я выглядела принарядившимся бегемотом. Только вы не подумайте, что я решила заняться самоуничижением. Нет, я вовсе не кажусь себе уродиной или безнадежной девицей. По правде говоря, временами я даже бываю довольно симпатичной. И эта новая блондинистая стрижка чрезвычайно мне идет. И я похудела на пять килограммов. Но если бы у вас была такая подруга, как Юка вы бы меня прекрасно поняли! Рядом с Юкой и профессиональная манекенщица вдруг почувствовала бы себя дурнушкой.

— А что Настя, ты вполне ничего! — похвалила она.

Юка редко меня хвалила. Чем ценнее был её комплимент.

Итак, в половине десятого вечера мы с Юкой сели в такси. Она сказала, что знает потрясающее местечко на Таганке — бар со спортивным уклоном.

— Почему со спортивным? Там собираются фанаты? — ужаснулась я.

— Там собираются мужчины, — снисходительно улыбнулась Юка. — Много мужчин. И соответственно мало женщин. Это лучшее место для начальной практики. Конкуренции почти никакой.

Водитель такси все время посматривал на меня в зеркало заднего обзора. Я сразу это заметила. Было ему лет тридцать — тридцать пять. Блондин, глаза голубые. Нижней части лица в зеркале видно не было.

Но верхняя выглядела вполне пристойно. Когда мы выбирались из машины, он мне подмигнул. Мне, а не Юке! Это вселило в меня надежду — раз вечер начался так чудесно, то, может быть, мне и правда удастся кого-нибудь соблазнить. Я подумала об этом и тут же сама себя отругала — рассуждаю как прожженная проститутка.

Юка, кстати, ничего не заметила. Я имею в виду водителя такси. А если бы заметила, то наверняка пренебрежительно сказала бы, что он маргинал или что-нибудь в этом роде.

Просто Юка терпеть не могла, когда кто-то обращал внимание на её подруг, игнорируя при этом её саму. Может быть, поэтому у неё не было подруг. Кроме меня.

В баре было не то чтобы очень много народу. Над барной стойкой висел громадный телевизор. Транслировали баскетбол.

— Обожаю Дениса Родмана, — шепнула мне Юка.