Пилот
Шрифт:
— Действительно, любопытно! — Улыбнулся я. — И у вас, наверное, сохранились записи с камер того патруля, что обнаружил тело, а также результаты анализа найденных предметов?
— Зря сомневаетесь! — Поджал губы продавец. — Многое из перечисленного у меня действительно есть, как и результат анализа этого клинка известным искусствоведом и историком.
— Что же, я люблю загадки, поэтому хотел бы приобрести меч и все имеющиеся у Вас материалы по находке.
— О! — Тут же оживился продавец. — Вы не пожалеете об этой покупке!
Тут моё сердце как-то подозрительно «ёкнуло», но тогда я не обратил
Часть 4. Шторм Тысячелетия. Глава 4 и Эпилог
— Хрень какая-то… — Устало вздохнул, откидываясь в мягком кресле.
Передо мной в большой прозрачной сфере голографического проектора высокой чёткости висела схема из переплетающихся структур, внедрённых в металл купленного недавно клинка. И чем больше я её рассматривал, тем удивительнее и непонятнее она мне казалась.
Дело в том, что, несмотря на грубость материала меча, внедрённые в него Пси-структуры были выполнены весьма качественно, а сами они могли быть разделены на несколько сотен весьма изящно выполненных схем, имеющих входы, выходы, контактные точки и внутреннюю структуру весьма занятного вида! Эти схемы абсолютно не напоминали бутафорские. Напротив! Они будто пришли к нам из будущего, когда Пси-мастера полностью постигли свои возможности и достигли совершенства в своей работе. Именно такие ощущения я получал, рассматривая Пси-схему меча… И, одновременно, НИ ОДНА из этих схем не производила ВООБЩЕ никаких воздействий. Они были абсолютно инертны и, исходя из имеющихся у меня знаний, никак не могли взаимодействовать с физическими законами нашего мира. Передо мной была целая Пси-школа, очень прогрессивная и развитая… которая не делала ничего! Эта загадка просто ставила меня в тупик.
Единственное решение, помимо того, что кто-то очень умный решил меня тонко потроллить, заключалось в идее, что все эти схемы направлены на взаимодействие с чем-то, чего в данный момент рядом не было. Другими словами, меч мог быть аналогом ключа или Пси-механизма, работающего только в связке с другим.
Учитывая, что моя интуиция при взгляде на меч начинала усиленно «зудеть» о том, что я, получив его, сильно приблизился к решению загадки, связанной с моим отцом, появлялись мысли попробовать подойти к решению с другой стороны: отправиться в соседнюю систему и тщательно изучить место обнаружения трупа. Вдруг патрульные что-то упустили?
Но приступить к выполнению этого плана сразу мне не удалось — в дело вступили события куда более масштабные и глобальные, чем кто-либо мог до этого представить.
Со времени Первого Полёта, когда лишь путём использования чрезвычайно рискованного манёвра получилось избежать гибели, я посвятил тренировке своих сенсорных возможностей несколько тысяч часов — больше, чем любым другим упражнениям. Как и у любого сколько-нибудь себя уважающего псиона, на Пси-тренировки тратилось как минимум два часа в сутки. В среднем же выходило около шести часов. Это было необходимо, чтобы не останавливаться в развитии. К счастью, многие упражнения уже давно были «забиты» на рефлекторное выполнение, поэтому я мог одновременно тренироваться и работать. С сенсорикой так не выходило — при работе с собственными чувствами необходимо было часами вслушиваться в себя, ловя малейшие признаки наступающих
Так как времени уходило много, а результат работы был неочевиден, такие тренировки оставались наименее любимой частью упражнений для большинства Пилотов. Многие считали, что они и вовсе после выхода на некое «плато», перестают давать какой-либо прогресс. Я так не считал, предполагая, что прогресс есть, просто в обычной жизни высокая сенсорика не даёт каких-либо дополнительных «бонусов». Что она есть, что её нет — без разницы. Достаточно «среднего» уровня ощущений, чтобы получать необходимую информацию об окружающем мире. Но бывает так, что ситуация меняется, и в мире возникает некий скрытый, неочевидный на первый взгляд фактор, который «средний» псион никогда не сможет обнаружить, и вот тогда высоко развитая сенсорика скажет своё веское слово.
Именно это и произошло, когда я приготовился запустить очередное Слияние с браслетом, для которого Мара разработала свежую порцию загружаемых элементов, обещавшую существенно расширить функционал ИскРы. Чувство, настигшее меня, было крайне слабым, но я никогда в жизни его ни с чем бы не спутал. Пришлось возвращать оборудование в спящий режим, а потом и вовсе консервировать мастерскую. Всё-таки, несмотря на пассивную защиту от Пси, мастерская располагалась на борту космического корабля, что накладывало свои требования к оснащению систем.
Стоило поняться на мостик, и смутное до этого чувство превратилось в непоколебимую уверенность, так как работающие здесь усилители природного фона Пси позволили почувствовать происходящие где-то в «Глубине» события с куда большей эффективностью. Дежурный псион, который с недавних пор отвечал за контроль окружающего пространства и назначался из рядов самых лучших «сенсоров», когда я спросил его, что он ощущает, так и не смог ответить ничего внятного. Пси-усилители не заменяют собственные ощущения, а лишь делают их чётче. Если нечего усиливать, то и ничего особенного псион не почувствует. Одно это разом окупало все потраченные на тренировку Пси-сенсорики усилия.
Ничего не говоря удивлённому и смущённому «сенсору», уселся в капитанское кресло «Меркурия» и перещёлкнул несколько тумблеров, в своё время вернувшихся из небытия истории, когда технологически продвинутые виртуальные приборы управления начали выходить из строя и выгорать под действием Пси. Откровенно говоря, современная капитанская приборная панель, установленная в рубке БДК, уже не напоминала произведение стимпанк-маньяка, до чего доходило в самые «чёрные» годы космонавтики, так как технологии на основе Пси-кристаллов смогли вернуть лаконичность и удобство управления, не жертвуя при этом его надёжностью. Тем не менее несколько удобных тумблеров, штурвалов и кнопок на приборной панели сохранялось.
Сейчас я с помощью одного из них перевёл Пси-усилители рубки в активный режим, превратив своё кресло в самую мощную вещательную станцию на сотни световых лет вокруг. Голографической панелью рубки это событие не осталось незамеченным — карта системы сменилась картой галактики, существенная часть которой теперь попадала в зону трансляции Пси-сигнала с «Меркурия». Все находящиеся в рубке псионы оставили свои дела и удивлённо повернулись ко мне. Поспешил развеять их сомнения, начав трансляцию: