Планета

Тарасов Андрей Александрович

– Борн, послушайте, может тут осталась моя квартира?
– это Никита озаботился.

– Давай, Никита, проверим, - ответил согласием.

Шестиэтажный дом по Рублёво-Пушкинской здесь наличествовал. Новёхонький дом был в окружении толпы зевак. В квартиру Никиты, попали благодаря Шатрову, который молча, сдвинул с дороги двух городовых. Квартира была на третьем этаже, куда доехали на лифте.

Сорок минут на мытьё-бритьё-одевание, и к нам в зал вышли два джельтемена. Лиэль, даже в ладошки захлопала. Шувалова Никита и подстричь успел.

Когда Никита

закрывал квартиру, на лестничной площадке показались ещё две персоны. Александр Тупакович Тарапунька в форме таможенника, и Людмила Соросовна Штепсель в домашнем цветасто-затрапезном халате.

– Салют, соседи. У, бухаем? Людочка, вы так форму потеряете, - укор от Никиты.

– Саша, теперь нам не так страшно будет. Правда?
– Лица соседей, загорелые от природы, стали прояснятся, - Салют, господа, - колоритные соседи скрылись за металлической дверью...

Топ-топ вниз и с улицы послышался вопли сигнализации. Спустились. Ошарашенный городовой с ужасом, глядел на "крякающий" джип. Человек двадцать зевак, давали ему советы. Дали рубль за испуг, и поехали в присутствие - Гордуму.

Оставили машины рядом с ГАЗ- 233036 "Тигр" с надписью - ОМОН, тремя ВАЗ-2121 "Нива", пролётками и городовыми. Вытащили заготовки - подарки и пошли искать "точку приёма".

– Подождите, господа, - тормознул у кабинета городского главы - Бучкова Модеста Витальевича - его личный помощник.

Помучились минут двадцать. Шатров расспросил о текущем моменте у своих помощников, которые приехали в Ростов ночным поездом. Те выдали прямому начальнику инфу, что Ростову достались: два моста, два асфальтобетонных шоссе, два стадиона. Плюс торговый комплекс "Темерник", дом Никиты, заправка "Роснефть", в авангардном стиле исполненный офис "М-фона". И на станции пять платформ с легковыми машинами.

'Хо-хо. Ростов-то рулит!'

– А на блокпосте, господа, остановился тот "Тигр", что внизу увидали. А ещё тут вместо Нахичевани город Гасконь!

– Да?! А чей это тогда вообще Ростов-на-Дону?
– задал такой вот вопрос без вразумительного ответа.

– Господа, кто из вас - Борн Роман Михайлович?
– сделал шаг вперёд.
– Прошу.

Ладони у меня сразу вспотели, по спине пробежал холодок. Шагнул за порог, где в ноздри шибануло духами.

'Оу, сколько паф'oса!' В кабинете, где-то шесть на девять метров, за большим столом, сидело восемь человек. И только один в цивильном костюме. Городской глава. Зато остальные! Кремлёвская новогодняя ёлка проиграет сразу. Вицмундиры, ордена, монокли и набриолиненные головы с надменными лицами. Я прошёл и остановился у стола. Коротко кивнул.

– Господин Борн? Вы утверждаете, что вы из будущего?
– вопросил главный тут Вицмундир.

– Да, утверждаю - спокойно ответил.

Со стула подорвался, какой-то невысокий мужчина, замахал руками и стал орать. По-французски. С грас-с-с-сированием-с. Понимал я с пятое на десятое, и получалось кратко это так: - да этот, субчик, гонит!

'Ему бы к Кащенко надо, нервы подлечить'. Мне стало скучно. Пооглядывался вокруг, углядел стул, взял и уселся. "Вицмундиры"

ошарашенно смотрели на меня. Городской маковка заулыбался. Дальше разговаривал только с ним.

– Модест Витальевич, у меня есть документальные подтверждения, что я из 2012 года. В приёмной находятся мои люди с техническими устройствами.

Модест Витальевич, нажал на звонок. Зашёл помощник, получил от шефа поручения и в кабинет зашли "мои люди". Переставили стол, поставили на него видеодвойку "Тошиба", подключили, и мне Лиэль подала пульт. В кабинет зашло ещё семь человек, видимо помощников главы. Далее больше часа шла нарезка из личного видеоархива Борнов, фильмов - художественных и документальных. Это Эльза придумала, а Лиэль технически постаралась. И пришлось отвечать на вопросы. Лиэль, Никита и Макс помогали. Когда просмотр закончился, глава отвёл меня в сторонку.

– Борн, вы меня заинтриговали.

– Чем?

– Многим. Я бы хотел, чтобы вы получили какое-то поприще для приложения ваших талантов.

– Да, до пенсии нам ещё далековато.

– Вот-вот, завтра будет заседание управляющих, обещаю вам место, и вашим людям тоже.

– Окей, сэр. А вот это чудо техники позвольте у вас оставить, - и пожали руки.

Вышли в приёмную, дожидаться исчезнувшего Шатрова. И мне было, почему-то неловко.

– Борн, а чё это ты всё раздаёшь?
– Максу стало жалко видеодвойку.

– Борн дипломата в себе растит, мля, - Борисов мне подмигнул. 'Просто я побыл сегодня Буратино, который по ошибке или не досмотру не попал на "поле чудес"', - это про себя.

– А, что там за павлины сидели?
– от Макса.

'Ба, Макс своих не узрел!' Но ответить Шувалову я не успел.

– Господин Борн, я вызываю вас на дуэль!

'Я ж о тебе, соколик, уже забыл!' - подумал, когда обернулся. "Пациент Кащенко" с вызовом смотрел на меня. Карие его глаза сверкали.

– Выбор оружия за мной?
– осведомился при полном молчании 'моих людей'.

– Да!
– каркнул любитель дуэлей.

– Не разумно. ...Я выбираю рукопашный бой. Немедля!

– Где?
– апломба стало на порядок меньше.

– Да на задворках этого присутствия.

Шустренько выбрали секундантов, и пошли искать закуток. Нашли. Разделся до пояса, попрыгал и огляделся. В закутке стало тесно от желающих посмотреть поединок. 'И тут любят Макс файт эм-один?!'

– Ромыч, ты этого курёнка сделаешь?

– Должон, - ответил с ленцой и посмотрел на не-мономаха.

– В лицо не бей, - советовал Борисов.

Бледноватый противник снял вицмундир. Затем Борисов, посовещавшись с товарищами любителя французского грассирования, огласил правила поединка. Секунданты "вицмундира" закивали согласием на бой.
–

– Господа, бой.

– А кого я бить-то буду?
– дуэлянт мой, себя не озадачил представить.
– Э-о, пионер, - "пионеру" было лет тридцать, - ты хто?

– Князь Георгий Горюнов-Горячев.

– Ты смотри, тройное "гэ"!

Толпа радостно заулюлюкала. Лицо у князя стало злым, но в драку он не ринулся.