Полукровка
Шрифт:
«Мало ли что на охоте вместе побывали, это вовсе не повод ручонки протягивать. Одзынь».
Тут же Палкан вынужденно предъявил наглецу свой фирменный оскал и впривесок грозно рыкнул. Из соображений предосторожности Колька, как намагниченный, тут же отпрянул назад.
— Ты что взбесился, Палканчик? Это же я — Коля, не узнаёшь меня? Мы с тобой охотились сегодня, ну что, вспомнил?
Колька забыл, что перед ним не человек, а собака, и продолжал его уговаривать. Бархатным и полным мнимой нежности голоском опытного ловеласа он продолжал монотонно бормотать:
— Ты же знаешь, я свой, меня нельзя кусать, я хозяину пожалуюсь и на
После слов он вновь приступил к действиям и решил наконец вынуть партизана из его импровизированного логова. В этот момент Палкан оскалил пасть, блеснули его ужасные клыки и всем телом он приподнялся на лапах, насколько позволил ему низкий потолок убежища. В этот раз до Кольки наконецто дошла серьёзность намерений противника.
— Вот даёт обормотина. Ну что с ним поделать? А ну тебя, пусть сам Николай с тобой торкается. Я пошёл, как хочешь.
Колька, за пять минут получив от грозного начальника очередную взбучку и задание на рабочий день, прибыл в кормоцех к Николаю с обоснованной, как он считал, жалобой на его Палкана.
— Слушай, Коль, я его и так и эдак, а он зубы скалить. Иди сам гони его, а то случится что, тогда как? — скороговоркой, с порога, почти прокричал Колька, вбегая к Николаю в кормоцех.
— Чего бормочешь?
Между шумом зернодробилки и Колькиной речью Николай разобрал только шум и ни одного его слова.
— Выйдем на улицу. Там слышнее будет, — почти криком попросил Колька.
— Я чего тебе говорю, Палкан твой, там под эстакадой, я его гнать, а он кусаться.
— Откуда? Как он там оказался? Врёшь?!
— Чего «врёшь», сам иди и смотри. Эстакада вон.
Колька раздосадованно ткнул пальцем в сторону своего трактора. Не сговариваясь, они оба рванули в ту сторону.
— Ну, показывай, балаболка, где он?
— Слушай, клянусь, только что тут был. Вон туда забился и на меня скалился.
Колька с недоумением вглядывался в то место, где он только что оставил своего нечеловеческого оппонента. Никого там не было.
— Это тебе бессонная ночь мстит за то, что ты её нынче сиротой оставил. Спать надо ложиться вовремя, а не девок тискать. Езжай, тракторист, а то Дуська выпорет.
Палкан тем временем уже был дома и, разместившись под сиреневым кустом, в полудрёме нёс службу по охране вверенного ему двора. Теперь он точно знал, где днями пропадает его хозяин. Но зачем ему это, так и не разобрался.
4
Палкан за последние месяцы заметно вырос, от роду в год он превратился в настоящего пса, так сказать, полноразмерного сторожа. Высокий для собачьего роста, с широкой грудной клеткой, он слегка походил на волка серой масти, но собачий облик в нём читался безошибочно. Хоть и стал он маститым сторожевым псом, но у него не получалось пособачьи лаять. Вместо лая получались странные хрипловатые звуки, которые сравнить ни с чем собачьим невозможно. И ещё появилось у Палкана странное чутьё, он точно знал, где ему в данный момент нужно находиться. Откуда он это знал, его не волновало. Но даже окружающие, знавшие Николая, стали замечать эту его особенность — появляться в нужный момент подле своего хозяина. Както однажды обычным февральским днём, возвращаясь домой
В последнее время Николай стал частенько замечать, что Палкан провожает его до свинофермы. Бредёт чуть позади и не вмешивается в происходящее, но и не позволяет произойти случайностям. Прямо «талисман», ни дать ни взять. Както в самом конце февраля Николай с женой возвращались домой затемно. Шли по улице, не спеша, по накатанному снежному насту и тихо разговаривали, вдруг чтото заставило Николая обернуться назад.
— Смотри, Лида, Палкан идёт позади нас.
— Интересно, откуда он взялся? Он ведь не видел, как мы к Никитиным уходили.
— Выходит, видел? Разве его когда во дворе заметишь. Где он спрятался или его вовсе нет, никогда не понять.
— Нет, нет, точно, его не было, когда мы собирались. Кнопка крутилась рядом, а его не видно было. Что он делатьто собирается, Коль?
— Он меня уже месяц провожает повсюду, както позади нас собачонку сцапал за шкирку и через забор зашвырнул.
Николай взмахнул своей рукой, как это выглядело в тот момент, когда перепуганная псина, завывая, взлетела вверх. Лида представила себе эту картину, и её разобрал смех. Но в следующий момент чтото вдруг её остановило. Она испуганно переспросила мужа:
— Постой, как это через забор? Он что, загрыз её, что ли?
— Нет, конечно, просто зашвырнул, и всё. Та, видно, хотела сзади подкрасться и шугануть нас, а может, кого и за сапог тяпнуть. Откуда Палкан взялся? Леший его разберёт. Мы когда обернулись на визг, смотрим, та летит себе и в полёте верещит, как мандолина.
— Слушай, а сейчас он что, тоже охраняет нас?
— Видишь, как телохранитель, на расстоянии передвигается, всё пространство перед ним просматривается. Прямо профессионал. Нас этому порядку учили в армии на службе, когда мы спортсменов и их скакунов на разных соревнованиях сопровождали. Один из охраны обязательно позади и всё просматривает.
— А ято заметила, что сегодня идём поздно, кругом темно, а собаки на нас не лают. В другой день просто спасу нет, лаем как зальются — в ушах звон стоит.
— Правда, интересно, как он нас выследил? Давайка, Лида, иди, не останавливайся, а я прикинусь без сознания, поглядим, что он делать станет.
В эту пору снег по дорогам лежал последние денёчки. Наступающая ранняя весна своим ярким солнечным светом очень скоро слижет его, в первую очередь с проезжих дорог да протоптанных тропинок. Вотвот потекут обычные для этого времени ручьи. К концу марта снег останется только на затенённых склонах холмов да в расщелинах. А сегодняшней лунной ночью дорога была скользкой, плотный укатанный наст не позволял уверенно по ней шагать, норовя каждому шагу подставить ножку и опрокинуть пешехода навзничь.