Последний хранитель
Шрифт:
Тропа делала поворот, и я вдруг услышал голоса за поворотом. Осторожно выглянув из за скалы я увидел двух тонгирцев, играющих в кости, видать одурев от безделья, воины вообще плюнули на службу. До них было метров пятнадцать, очень не хотелось стрелять, что бы не всполошить остальных, кто знает ,сколько их тут. Я достал нож и сюрикен, нож взял в правую руку, а звездочку в левую. Ну… с богом, подумал про себя, вдруг почему то вспомнив бога своего мира. Резко выскочив из-за скалы, я метнул нож, а потом и сюрикен. Нож точно вошел в горло одного из воинов, а вот звездочкой почти смазал, она рассекла не горло, а щеку второго. Он заорал и я понял что задуманное получилось лишь на половину, выхватил пистолет и выстрелил в вскочившего
А затем бегом кинулся к посту, выдернул нож, обтер его об одежду убитого врага и осмотрелся. Метра в ста стоял две юрты и там сновали тонгирцы, несколько человек кинулись бежать к посту, но увидев незнакомца, то есть меня, остановились и повернули назад. Тропа к ним шла на подъем и быстро к ним не добраться. Вдруг из-за юрт выскочил драгон, а рядом семенил поводырь в своем черном балахоне, наверное за юртами были еще какие то строения, от сюда не видные. К этим двоим, присоединились еще с десяток воинов, и они не спеша двинулись ко мне, изредка постреливая из луков…..
– Мари, спрячься и не высовывайся, я тебя потом позову,- не успел я это сказать, как рядом со мной упало тело, я скосил взгляд, Принцесса лежала рядом и сжимала в руках кинжал. Я чуть не выматерился, ну принесла ее нелегкая, и что теперь делать, не дай бог стрелой зацепят.
– Лежи не шевелись, приказал я, и посмотрел где сейчас противник. Те были еще далеко, стрелять ,только зря расходовать боеприпасы. По этому, я достал обойму и добавил два патрона, один перед этим я загнал в ствол, внимательно наблюдая за противником. Вот они пересекли воображаемую черту и я тщательно прицелившись выстрелил, и с удовольствием отметил что один упал, ранен он был или убит не важно. Снова прицелился и выстрелил, и снова попал. Тут драгон ускорился, но я прозевал этот момент, потому что в этот момент Мари приподнялась. Так что мне пришлось орать что бы лежала и не двигалась, пока не разрешу, и силой укладывать ее на место. Когда посмотрел в сторону врага, эта ящерица была уже метрах в пятнадцати. Я стал всаживать в нее пулю за пулей, но попасть в глаз ни как не мог. Вот уже она рядом пять метров, три метра, наконец я попадаю ей в глаз и она падает чуть не сбивая меня с ног. Левой рукой, в которой у меня меч, я перечеркиваю фигуру поводыря, и он безжизненной куклой замирает рядом со своей зверушкой. Стреляю в набегающих тонгирцев, крутясь как волчек, один, второй, третий выстрел, после четвертого боек сухо щелкнул и я отбросив пистолет выхватил второй меч. С последними тремя я не церемонился блок удар, труп и так три раза. Наконец враги закончились, я осмотрелся, и устало вытер пот, присел рядом с лежащей принцессой.
– Серж можно мне приподняться,- попросила она.
– Можно,- прохрипел я, в горле ужасно першило и страшно хотелось пить. Почему то ужасно болело бедро и бок. Я посмотрел на ногу, бедро с внешней стороны, было пробито насквозь стрелой, в горячке боя, я даже не заметил ранения. Рядом заохала Мари, расширенными глазами смотря на мою ногу. Теперь, когда возбуждение схватки отступало и я почувствовал дергающую боль в бедре и сильную ноющую в ребрах. Наверное успел где то приложится, так что и сам не заметил. Кое как с помощью Альва -Мари снял рюкзак, достал свой самогон облил им место ранения. И обломив наконечник и оперение, выдернул стрелу, при этом сам чуть не лишился сознания. Затем отхлебнул из фляги и полил на рану , зашипел и скрипя зубами достал последний шприц с антибиотиком, и вколол себе, затем Мари перевязала полотном мне рану и я попытался встать. Попытка прошла удачно, я подобрал пистолет и стал набивать обойму патронами, ни кто ведь не знает, что там еще может быть впереди. Закончив, вставил обойму в пистолет, поднялся и осторожно похромали с принцессой к жерлу вулкана, до которого еще было метров триста и все на подъем.
Наконец мы достигли цели, вот оно жерло, заросшее кустами, довольно полого опускающееся с середине
Я схватил Альва-Мари за руку и потащил ее от этой опасности, та видать тоже что то почувствовала, по этому даже не подумала сопротивляться. Мы неслись как лоси, дорога шла хорошо под уклон, и я до сих пор удивляюсь, как мы ни за что не зацепились, ведь вокруг было уйма всевозможных камней и обломков скал.
Вдруг за спиной грохнуло , задрожала земля и вся гора словно живая пошла волнами, нас сбило с ног и мы упали, я попытался прикрыть девчонку своим телом инстинктивно опасаясь за ее жизнь. Но больше ничего не произошло, все постепенно успокоились. Подо мной, завозилась Альва-Марии и я отвалился в сторону , освобождая ее. Она приподнялась, посмотрела на меня и сначала несмело, а потом все сильней и сильней стала смеяться, и так искренне и заразительно, что я не выдержал и принялся тоже хохотать.
А потом….а потом мы стали целоваться, она так не умело, но с таким энтузиазмом это делала, что я начал терять голову.
– Нет,- сказала вдруг она,- не стоит нам это делать впопыхах , не думай я не против, только хочется что бы это было нормально, а не в грязи и кое как. Мы поднялись с земли, стали спускаться, у юрт я все осмотрел и проверил, ни чего подозрительного, и ни кого не было. По этому, решили остаться здесь, так как опустился вечер, а ночью идти по тропе я бы ни за что не рискнул.
Перетряхнув все кошмы и войлок, мы зажгли стоящую по середине жаровню, я достал последнюю банку тушенки и пошарив по юрте нашел воду в бурдюке , крупу, сушеные овощи и быстро сварганил немудреный суп. Мы похлебали и попадали спать, все таки очень устали и нервно и физически, даже почти не целовались….так пару раз.
Утром встали, доели суп разогрев его, и отправились восвояси, нога моя почти не болела, тропа за сутки, когда шли по ней последний раз сильно изменилась. Хорошо что я не рискнул, вчера идти по ней в ночь. Кое где, ее перегораживала осыпь, где то она уменьшилась до минимального размера надо было очень осторожно пробираться, что бы не улететь в пропасть.
Наконец вы выбрались на нормальную тропу, которую не зацепил вчерашний катаклизм, и уже спокойно пошли к пещере, где были наши вещи.
– Альва -Мари,-наконец я решился задать вопрос,- ты выйдешь за меня замуж?
– Ты говоришь это серьезно?- удивилась она.
– Очень серьезно, и жду конкретного ответа,- сердце мое замерло.
– Конечно выйду, ты что еще сомневаешься,- улыбнулась она-теперь как ты почти соблазнил меня, даже не думай отвертеться, и что то ты долго меня не целовал,- проговорила, прыгая мне на шею.
– Тогда я официально предлагаю тебе свою руку и сердце,- говоря это, я опустился перед ней на одно колено.
– Я принимаю твою руку и сердце,- не менее торжественно ответила она-и отдаю тебе всю себя, и буду рядом с тобой в горе и радости, пока смерть не разлучит нас.
Мы поцеловались, раз, потом еще раз, а потом я даже не стал считать.
В одном месте тропа была всего полтора метра, я пропустил Альва-Мари вперед, а сам шел сзади, ни что не предвещало беды. Как вдруг впереди в самом узком месте появилось что то непонятное, вроде бы тонгирец в богато расшитом халате, со свисающей набок головой, и телом которое можно было увидеть, тронутое разложением. И словно кто то еще, просвечивался сквозь это тело, намного больше и мощней с толстым телом на коротких ногах, с длинными руками и маленькой головой. Это нечто вдруг ринулось ко мне отбросив с тропы Альва -Мари , та конечно не ожидала этого, и не успела ни чего предпринять, как впрочем и я.